Чтение онлайн

— Нет, не желаю. Надеюсь, вы у нас не задержитесь. Ваш кузен мертв, следовательно, у вас здесь больше родственников не осталось.

— Графиня носит моих двоюродных племянников! Потом, я хочу убедиться, что ей удобно и комфортно. И, конечно же, поддержать женщину. Она наверняка раздавлена горем.

— Полагаю, двух дней на все более чем достаточно, — сухо ответил Рольф. — Релиф! РЕЛИФ!

— Да, Ваша Милость? — слуга бочком протиснулся в кабинет и замер.

— Проводи лорда Делаверт в те комнаты, которые он занимал до отъезда, пусть дворецкий выделит ему лакея, а экономка пришлет горничную навести там порядок.

Слуга поклонился и вопросительно посмотрел на Энгеля.

— Не прощаюсь, — бросил кузен и, подцепив по пути лакея под руку, вместе с ним покинул кабинет.

— Мне нужно освежиться, переодеться, а потом я собираюсь навестить Её Сиятельство, — сообщил барон слуге. — Мои вещи куда-то дели, поэтому найдите мне приличную, чистую одежду. И букет красивых цветов. Ждать я не люблю, надеюсь, вы все помните это. Время пошло.

Спустя оборот, Энгель, вымытый до блеска, облаченный в один из парадных камзолов Михаэля, сжимая в руке букет горицветов, подходил к женской половине.

Возле дверей стоял лакей.

— Прошу простить, но туда можно только с разрешения целителей.

— Так, позови кого-нибудь, — Энгель честно старался сдерживаться.

— Не могу отойти, — развел руками лакей.

Хмыкнув, барон выпустил воздушную струю, та подхватила помеху и прокатила ее на спине по полу коридора.

— В следующий раз попробуешь мне помещать, что-нибудь сломаю, — пообещал Энгель и скрылся на женской половине.

Он шел к Гвинет и переживал, как она его встретит? Может быть, она как раз оплакивает Михаэля, а тут — он с цветами?

Служанок, уже каким-то образом прослышавших, что случилось с охраной на входной двери, будто тоже сдуло — никто не заступал дорогу барону, никто ему не мешал, пока мужчина не вошел в приемную перед покоями графини.

— Барон Делаверт! — поднялся ему навстречу Визар. — Сочувствую, что ваши поиски не увенчались успехом.

— Как она? — Энгеля ничего, кроме Гвинет, не интересовало.

— Графиня отдыхает.

Хотелось отшвырнуть его в сторону, но потревожить Гвинет, когда у нее горе и еще малыши… Энгель вздохнул и сделал шаг назад, намереваясь выйти, но тут открылась дверь, ведущая в покои Гвинет, и вышла она сама.

Барон жадно смотрел — бледная, вся какая-то прозрачная, под глазами синяки… Единый, что они с ней сделали?

— Энгель! — графиня всхлипнула и бросилась ему в объятия, растерявшийся кузен едва успел подхватить женщину. — Вы живы! Живы! А Михаэль…

— Гвинет, милая, все будет хорошо, — забормотал Энгель, досадуя, что все это происходит на чужих глазах, лишний раз не прижмешь, не приласкаешь. — Не плачьте, детям вредно! Я живой, я вернулся.

— Не бросайте меня больше! — рыдала графиня. — Мне так плохо!

Энгель осторожно обнял женщину, ощущая под руками выпирающие косточки.

— Единый, Гвинет, почему вы такая худая? Вы что, совсем не следите за питанием миледи? — повернулся он к целителю.

От возмущения у барона даже в глазах потемнело. Новая сила, переполнявшая его в последнее время, вырвалась тонким вихрем, взметнув занавеси.

— Успокойтесь, лорд Делаверт! Никто Её Сиятельство не обижает и голодом не морит. Она сама ничего не ест! — Визар встревожено смотрел на барона — только разбушевавшегося стихийника им и не хватало! — Не забывайте, миледи нельзя нервничать!

— Почему вы не едите, Гвинет? Невкусно готовят?

— Не хочется, — прорыдала женщина.

— Знаете, а я еще не ел сегодня. Составите мне компанию?

Графиня оторвала заплаканное личико от груди барона и кивнула.

— Только вы и я. И больше никого!

— Миледи, это неправильно, — подала голос одна из служанок. — Лорд вам не кровный родственник, неприлично оставаться с ним наедине.

— Да что же это такое! — вскричала Гвинет. — Вы меня уморить сговорились? Энгель, представляете, я ни мгновения не бываю одна! Днем и ночью, в купальне и спальне. Даже в уборной!!! — рядом со мной кто-то есть. Это так невыносимо, постоянно на чужих глазах!

— Так-то вы бережете покой графини? — Энгель зло зыркнул на целителя.

— Его Милость, опекун барон Кроуф, приказал никогда не оставлять Её Сиятельство, — робко пояснила одна из служанок. — Вдруг, ей станет плохо, а рядом нет никого?

— Вы что — за десять арпелей от миледи будете? Из соседней комнаты не услышите, как она зовет? На себе попробуйте так пожить. Принесите поесть, накройте… Где вы хотите посидеть? — Энгель наклонился к графине.

— В моей гостиной, — отозвалась женщина и тут же возразила служанке. — О каком «неприлично» ты говоришь? Что со мной ещё может произойти, если я уже беременна? Убирайся с глаз моих!

Служанка вылетела вон, а графиня взяла барона за руку и повела за собой.

— Поторопитесь с обедом, мы голодны.

Визар только головой дернул и придал прислуге ускорения:

— Графиня пожелала поесть — живо несите еду!

— Что именно принести, миледи не сказала, — пискнула служанка, когда за бароном и графиней закрылась дверь. — Что она и лорд хотят покушать?

— Несите всего, — решил целитель.

Наконец, они остались наедине.

Графиня хотела что-то сказать, но барон помотал головой:

— Пока не поедим, я и слушать не буду. Выдумали — голодом себя морить! Кому вы этим поможете?

— Энгель, я…

— Ешьте!

Некоторое время раздавалось только постукивание ложек.

Наевшись, барон почувствовал, как напряжение его отпускает, да и Гвинет порозовела и даже робко улыбнулась.

— Вот, теперь вы на себя похожи. Рассказывайте, что произошло, почему вы себя совсем довели?

— Я устала, если бы вы знали, Энгель, как я устала! Постоянно на чужих глазах, я даже почесаться не могу, потому что при посторонних неприлично. Это невыносимо! Потом — вязь пропала, — графиня вытянула руку, показывая запястье, — Михаэль умер. Конечно, мы не были любящей парой, но смерти ему я никогда не желала. И в довершение всего, меня доводит баронесса, жена опекуна.