Чтение онлайн

Сзади раздался тихий плеск и голос графа:

— Ты не поможешь мне?

— Да, что надо делать?

— Помой голову и спину! — глаза Михаэля смотрели спокойно и доброжелательно.

Вздохнув, Мари взялась за ковшик.

Единый, это было так приятно — пропускать сквозь пальцы, массировать, втирать, споласкивать… Волосы графа отрастали, она помнила, что аристократы в Империи носили длинные волосы, заплетая их в косу или захватывая в хвост. Но к ней Михаэль попал коротко стриженым.

— Всё, — коротко известила она о завершении процедуры.

— Ещё спину потри, — попросил Михэ. — Мне не дотянуться!

И она намылила мягкую тряпочку и долго водила по плечам, спине, захватывая грудь и бока, сама не в силах оторваться. И только вид заметно подросшего мужского орудия, показавшегося из воды, когда граф привстал, отрезвил и вернул с небес на землю. Единый, что она творит?!

— Ополоснешься сам, — буркнула она.

— А вытираться мне чем? — спросил Его Сиятельство, рассматривая влажную простыню. — Ты намочила обе!

— Прости, я не подумала, — покаянно пробормотала женщина. — Этой я волосы вытирала, она не вся намокла.

— Ты так и будешь жить в простыне? — поинтересовался Михаэль, когда, надев чистые штаны, повернулся и обнаружил замершую у кровати женщину. — Учти, в кровать я тебя в ней не пущу, мне хочется спать в сухой постели.

В очередной раз покраснев, Мариэта добралась до своего узла, вытащила чистую сорочку и, повернувшись спиной к комнате, натянула её поверх простыни и потом стянула влажную ткань вниз, переступив ногами.

Граф разочарованно вздохнул.

Грах подери, почему она настолько стеснятся? Такое впечатление, что они с мужем спали исключительно в темноте и одетыми! Но он не мог ошибиться — ей нравились прикосновения его рук, её тело отзывалось, даже без согласия самой женщины. Вернее, Мариэта сама себе боится признаться, что совсем не против его прикосновений, и готова позволить ему больше.

Им еще неделю или чуть больше ехать, неизвестно сколько раз ночевать вместе, да он с ума сойдет от воздержания! Нет, надо с этим что-то делать!

В дверь постучали.

— Ар, ваш ужин! Если вы закончили купаться, мы уберем воду!

Тихо пискнув, Мариэта, рыбкой метнулась к постели и зарылась в одеяло по самую макушку.

Михаэль открыл дверь и стоял рядом, внимательно наблюдая, как проворная служанка расставила на столе блюда, чашки и кувшины с напитками, а не менее проворные мальчишки, едва не бегом, вычерпали воду, а затем вынесли и купель.

— Выбирайся, — позвал он Маризту, когда они остались одни. — Надо поесть.

— Да я не очень голодна, — попыталась отказаться Мари.

На ней же одна тонкая сорочка, как она встанет?!

Вздохнув, граф подошел к кровати, сгрёб девушку вместе с одеялом и коконом усадил за стол.

— Ешь! Нам нужны силы, неизвестно когда сможем поесть по-человечески, я чувствую — надо спешить. Если получится, будем через пять-шесть оборотов менять лошадь на свежую, и ехать без остановок.

— Кто же обменяет свежую лошадь на уставшую? — засомневалась Мариэта, успевая откусывать от большого куска пирога. Как же вкусно!

— Придется доплатить.

— Сам говоришь — надо экономить.

— Если останавливаться, мы так и так потратим на ночлег, ванну, еду, кормежку коня, поэтому, обмен лошадей с доплатой нам даже дешевле выйдет.

— Хорошо, как скажешь. Только — вымотаемся мы, да и ты не сможешь сутками править конем.

— Часть пути вожжи держать будешь ты.

— Но женщины не бывают возчиками!

— Значит, замаскируем тебя под мужчину, и сядешь на мое место в сумерках и перед рассветом. Ешь, не отвлекайся.

Горячая ванна и сытная еда разморили. Последние куски Мариэта доедала с закрытыми глазами.

— Спишь?

Сил ответить не было.

Женщина почувствовала, как сильные руки подняли её, прижали к груди, а потом опустили на мягкий матрас, и сознание окончательно уплыло.

Проснулась она, как от толчка, и первую минуту пыталась понять, где это она, и чья рука по-хозяйски лежит поперёк её живота.

Михаэль! — осознание опалило щёки и прогнало сон без остатка. Они лежат в одной кровати, мужчина прижимается сзади, а на ней одна сорочка!

Медленно повернув голову, женщина увидела, что граф крепко спит.

Когда его, в виде бесчувственного тела сгрузили в доме, ей было не до разглядываний, да и виду мужчины был, мягко говоря, не очень. А теперь бывший раб подкормился, окреп, его щеки больше не пытались поздороваться друг с другом внутренними поверхностями, исчезли круги под глазами, кожа порозовела.

Единый, а ресницы-то у него какие! Пушистые, длинные, вон, даже тень отбрасывают — любая девушка позавидует. Вот скажите, зачем мужчине такие ресницы?

Ровный нос, сильный подбородок, красиво очерченные губы. На лбу морщинка, так и хочется разгладить её пальцем.

Маризта ещё раз вздохнула и вернула голову назад — смотреть из-за спины было неудобно, а поворачиваться она боялась — вдруг, проснется, а они лежат лицом к лицу?

Тихонько поёрзав, женщина попыталась выползти из-под руки, но даже у спящего графа хватательный рефлекс был отменный: мужчина что-то недовольно пробормотал и подгрёб женщину ближе, буквально впечатав её в своё тело.