Чтение онлайн

— Ты и Сэм Диллинг? Ты хочешь с ним сотрудничать? Впервые слышу об этом…

— Что тебя так удивляет? У Сэма есть свободные средства, а мне их катастрофически не хватает сейчас. Новые вложения будут очень кстати…

Берни обреченно вздохнул. Ну вот, со мной как всегда никто не посоветовался, подумал он.

— Диллинги хотят, чтобы ты вернулся к Алисон, — упрямо произнес он. — Для этого все и устраивается: и проект, и вечеринка, и приглашение.

— Зачем им это? И вообще, Берни, я не вижу никакого повода скрываться от бывшей жены. Почему я должен от нее бегать? — с некоторой досадой проговорил Энтони. — Полгода я вел затворнический образ жизни, пора наконец развлечься немного…

Энтони встал и потянулся. Потом подошел к окну и пошире распахнул тяжелые бордовые портьеры. Яркий солнечный свет залил библиотеку. Берни, чьи глаза успели привыкнуть к щадящему полумраку, растерянно заморгал. Энтони же счастливо жмурился и улыбался.

— Я поеду к Диллингам, Берни, и если хочешь отдохнуть, последуй моему примеру! Лично мне не помешает даже целая толпа бывших жен.

Энтони повернулся к другу и подмигнул ему. Неужели я ошибся, думая, что Алисон все еще небезразлична ему? — нахмурился Берни. Надо же так просчитаться…

Двадцать первого июня Бланш Диллинг исполнялось тридцать три года, и она хотела отпраздновать это событие как следует. Сэм Диллинг, добродушный толстяк, намного старше жены, не смел ни в чем ей перечить. С первого дня их совместной жизни Бланш постоянно давала ему понять, что невероятно опозорила себя, согласившись стать супругой американского мыловаренного магната.

Подумать только! Она, Бланш Атринс, состоявшая в дальнем родстве с самой герцогиней Кентербери, пошла на такую жертву! В то время, как она изучала Китса и Шелли в обществе таких же знатных и изысканных особ, ее будущий муж вовсю надрывал спину на какой-то американской фабрике. Потом каким-то чудом ему удалось сказочно разбогатеть и с помощью денег приблизиться к ней. Сэм Диллинг чувствовал собственную ничтожность и старался потакать всем капризам жены, чтобы искупить неблаговидное прошлое. И когда Бланш заикнулась о том, чтобы празднование ее дня рождения длилось целую неделю, он беспрекословно согласился.

Один только список приглашенных составлялся несколько дней. Бланш и ее многочисленные подруги и родственницы старательно прикидывали, кого следует почтить приглашением, а кого можно и не звать.

— Кстати, а что делать с Грейвудом? — протянула Бланш, делая вид, что имя Тони только что пришло ей в голову. — Приглашать его или нет? Что скажешь, Алисон?

Ее кузина Алисон, которая уже давно гостила у Диллингов, поморщилась.

— Это твой праздник, Бланш, ты можешь приглашать кого угодно. В том числе и Тони.

— Но мне бы не хотелось, чтобы тебе было неприятно встречаться с кем-нибудь из моих гостей, — пропела Бланш, не сводя с кузины глаз.

Ее милая улыбка никого не обманула — все прекрасно знали, что за внешним дружелюбием скрывается вечная вражда и зависть.

— С чего ты взяла, что мне будет неприятно встречаться с Энтони Грейвудом? — хладнокровно спросила Алисон. Она владела собой лучше Бланш, и ее красивое лицо не выражало ничего, кроме легкой скуки. — Наоборот. Он очень мил. Иногда. К тому же я уверена, что все приглашенные женщины будут на седьмом небе от счастья, если увидят здесь Тони.

Алисон многозначительно посмотрела на Бланш, намекая на то, что хозяйка дома сама неравнодушна к Грейвуду. Бланш чуть покраснела.

— Тогда я записываю Энтони Грейвуда, — сказала она.

На самом деле Тони был бы приглашен, даже если бы Алисон на коленях умоляла ее не делать этого. Накануне Сэм Диллинг лично попросил жену об этом, упомянув, что у них с Энтони общие дела. Бланш просто не могла устоять перед искушением немного подразнить Алисон.

Между кузинами с детства существовало некое соперничество. Алисон была на три года моложе Бланш, гораздо красивее и богаче ее. Она вышла замуж за красавца Энтони Грейвуда, а незаметной Бланш, видимо, была уготована роль старой девы. Все это давало Алисон право относиться к кузине с добродушной снисходительностью. Однако как по мановению волшебной палочки они поменялись ролями. Сказочный брак Алисон был расторгнут, денежные дела ее семьи пошатнулись. Бланш же встретила пятидесятилетнего американского богача Сэма Диллинга и к собственному удивлению вышла за него замуж. Неограниченные средства мужа, а главное, его любовь превратили Бланш в привлекательную, уверенную в себе женщину. Теперь она могла оказывать покровительство бедняжке Алисон, принимая ее в роскошном загородном доме, который Сэм выстроил специально для молодой жены.

Алисон ничуть не обманывалась насчет напускного радушия кузины, но ничего не могла поделать. Все денежные авантюры, затеваемые ее отцом, заканчивались крахом. Казалось, что развод с Энтони Грейвудом послужил сигналом для всех деловых людей держаться подальше от Дипплдери. Горько было сознавать, что если бы не Бланш и ее муж, ей бы пришлось продать все свои драгоценности и отказаться от светских вечеринок!

Погоди, Бланш, будет и на моей улице праздник. Я тебе все тогда припомню, хмуро думала Алисон, наблюдая за ужимками кузины. Приглашай побольше денежных мешков, чтобы я могла выбрать достойнейшего. Слава Богу, я пока еще неплохо выгляжу!

Алисон явно прибеднялась. Она выглядела до такой степени обольстительно, что даже Сэм Диллинг, души не чаявший в жене, невольно краснел, когда разговаривал с Алисон.

Ничего, еще посмотрим, кто будет смеяться последним, утешала она себя. Подумать только, она еще спрашивает меня относительно Тони! Как будто мое мнение имеет значение… Алисон злилась еще и потому, что на самом деле ей до безумия хотелось увидеть бывшего мужа и проверить, действуют ли еще на него ее чары… Что бы там она ни утверждала, Алисон Дипплдери горячо сожалела о том, что се брак с Энтони Грейвудом так печально и быстро закончился.

Бернард Мелчет, который чувствовал такое отвращение к вечеринке по поводу дня рождения Бланш Диллинг, все-таки согласился составить своему другу компанию.

— Если не ты, то кто же предостережет меня от уловок коварной Алисон? — с легкой насмешкой спросил Энтони.

Берни издевки не заметил, и этот простой довод перевесил все минусы. Но наблюдая за Энтони, который уверенно вел низкий спортивный автомобиль, Берни засомневался в своей способности утихомирить этого человека или вытащить его из какой-нибудь передряги. Даже обычная просьба не гнать на такой сумасшедшей скорости вызвала у Энтони лишь ухмылку. — Ты полагаешь, что я покупал эту машину, чтобы плестись как черепаха? — осведомился Энтони у несколько позеленевшего друга. — Ты мог бы воспользоваться общественным транспортом…

Берни обиделся и целый час молчал. Энтони не делал ни малейшей попытки вовлечь приятеля в беседу. Как и следовало ожидать, Берни тишина надоела и он снова заговорил.

— Кстати, Тони, думаю, тебе будет интересно узнать, кто еще приглашен к Бланш, — небрежно начал он.

— Я знаю обо всех, кто мне нужен. Джереми Уоткинс, сэр Родерик и его сомнительный племянник, Энджел Файервел… Ах, да, еще и Сэм Диллинг. Надеюсь, Бланш не забыла пригласить его…

Энтони сверкнул белозубой улыбкой. Берни тоже не мог удержаться от смеха. Пренебрежение, с которым Бланш Диллинг относилась к мужу, не было ни для кого секретом.