Чтение онлайн

Приняв такое решение, Гуров больше не стал медлить ни секунды. Развернувшись на Грузинской площади, сыщик поехал на Лубянку.

По дороге в ФСБ Гуров позвонил по сотовому телефону дежурному офицеру своего главка и попросил его распорядиться о проверке данных на Стешенко. Гуров сказал, что эта информация нужна ему срочно. К тому моменту, когда он за ней приедет, распечатка должна быть готова.

То, что Гуров получил на Стешенко в главке, полковнику ничем не помогло. В распечатке был стандартный набор фраз о законопослушном гражданине: «не был», «не судим», «не привлекался», «не имеет»... Что же, в психологический портрет, нарисованный Ларисой Скоковой, эта информация укладывалась полностью.

«А с чего ты решил, что заместитель главного редактора должен быть непременно мерзавцем и потенциальным преступником?» – спросил Гуров сам себя. Ответить на это было нечего.

Полковник не привык менять свои планы. Поэтому, несмотря на исчерпывающий ответ на свой запрос, на Лубянку он все-таки поехал.

Бурдин встретил сыщика, словно родственника с Алтая, но удивления своего не скрывал и довольно ехидно полюбопытствовал, не нашел ли Гуров уже разгадку в деле о купюрах. Не за группой ли захвата приехал сыщик?

– Да нет. У меня запросы попроще. – Гуров сделал вид, что не заметил иронии. – Поищите мне данные на Стешенко Андрея Анатольевича.

– Это не зам главного редактора? – проявил осведомленность Бурдин и, получив утвердительный ответ, спросил: – А вы уверены, Лев Иванович, что вам именно Стешенко нужен? Может, вам в нашей базе данных подругу жизни поискать?

– Спасибо, у меня уже есть жена. Чего и вам желаю, – сухо сказал сыщик. – Снижает, знаете ли, давление мошонки на мозги!

От такого оборота разговора Бурдин несколько опешил. Полковник был уже наслышан о крутости «ментовского важняка». Но такого не ожидал. Он привык к тому, что с ним стараются говорить уважительно, памятуя о том, где он служит. Именно от неожиданности Бурдин и не взбесился, наоборот, начал уважать этого сыщика. Который никого и ничего не боится.

Бурдин молча склонился над компьютером и послал по сети запрос.

На этот раз ответ пришел не столь быстро. Прочитав его, Бурдин на некоторое время задумался. Затем он внимательно посмотрел на Гурова:

– Вы думаете, Стешенко причастен к делу о купюрах? У вас есть какая-то информация?

– Пока ничего определенного сказать не могу, – пожал плечами Гуров. – Его фамилия всплыла случайно. Причем несколько по другому поводу. Мне нужны полные данные о нем, чтобы делать те или иные заключения.

– Не знаю, зачем он вам, – хмыкнул Бурдин, – но у нас Стешенко пару раз «засветился».

Дождавшись, пока из лазерного принтера выползет листок бумаги с информацией о Стешенко, Бурдин взял его и протянул Гурову. Сыщик несколько секунд изучал напечатанное, а затем утвердительно кивнул головой и поблагодарил.

– Вам это чем-то помогло? – спросил Бурдин, видя, что Гуров собрался уходить.

– Да, – улыбнулся сыщик. – Я понял, что Стешенко не ангел...

К шести часам вечера Крячко окончательно выдохся. Он искурил пачку сигарет, исчертил тонну бумаги всевозможными схемами, но прийти к каким-то обнадеживающим выводам так и не сумел.

О чем только не думал сыщик, отыскивая решение стоящей перед ним задачи. Даже вариант подключения к проверке банков целого батальона муровских нештатных осведомителей Крячко обдумывал не один раз. Рассматривал со всех сторон и вновь отвергал как негодный.

К тому моменту, когда Гуров вернулся в главк, Станислав выкуривал свою последнюю сигарету, рисуя на листке очередной план действий. Увидев входившего Гурова, Крячко скомкал листок бумаги и запустил им в полковника.

– Чтоб ты провалился, тиран! – рявкнул Станислав. – У меня от твоего задания уже мозги кипят. Смотри, сварится на них котел революции!

– Судя по тому, насколько заполнилась мусорная корзина, на твоих кипящих мозгах не сварится и чашка кофе. Их на нее просто не хватит! – Гуров увернулся от очередного бумажного шарика и посмотрел на переполненную пепельницу. – Стас, а у тебя целый вагон здоровья!

– На чем основано сие гениальное умозаключение? – полюбопытствовал Крячко.

– Той дозой никотина, что ты сегодня употребил внутрь, – ухмыльнулся Гуров, – можно извести на колбасу целый табун лошадей.

Полковник взял пачку «Мальборо», открыл ее и укоризненно покачал головой. Крячко ухмыльнулся. Дескать, обломились вы с халявным куревом! За что тут же и получил пустой пачкой из-под сигарет по голове.

– Конечно, сироту всякий может обидеть, – со скорбной физиономией проговорил Крячко. – Кстати, после такого напряженного трудового дня не мешает действительно что-нибудь принять на грудь. Как ты на это смотришь?

– Пока я смотрю только на тебя, – ухмыльнулся Гуров. – Если соберешься через две минуты, то мы поедем ко мне домой. Там и посмотрим на что-нибудь более интересное. Не только посмотрим, но и попробуем.

Крячко схватил с вешалки свою кожаную куртку и выскочил за дверь. Через три минуты они вместе с Гуровым уже ехали к полковнику домой.

По дороге были куплены традиционные пельмени, которые из-за простоты приготовления всегда покупал Гуров, когда ему было лень готовить. Сегодня спектакль у Марии заканчивался около девяти вечера, поэтому на ее великолепные салаты Крячко рассчитывать не приходилось.

– Гуров, когда тебе наконец надоедят пельмени? – посетовал на друга Крячко. – Попроси Марию, чтобы она съестного на неделю наготовила.

– Бесполезно, – пожал плечами Гуров. – Ты все равно сожрешь все за один раз...

Пока готовились пельмени, Гуров с Крячко выпили по стопке «Смирновской». Разговор долгое время шел ни о чем, наконец терпение Станислава лопнуло.

– Лева, может, исповедуешься мне, отчего ты такой счастливый? – спросил Крячко.

– Люди торопятся, потому ошибаются, – неопределенно ответил Гуров.

Полковник рассказал Станиславу о деталях похищения Скокова. Гуров умолчал о «чеченском следе», но информацию из ФСБ скрывать не стал. Оказывается, первый раз Стешенко «засветился» во время афганской войны. Тогда он был простым корреспондентом. Ездил делать репортаж с места боев.