Чтение онлайн

– Я согласна стать вашей женой, вождь. Через шесть месяцев. Даю вам слово. – Она поднялась на цыпочки и скрепила обещание поцелуем. Она едва коснулась его губ, но он не мог скрыть своего удивления. – Я не должна была вас целовать? – спросила она и почувствовала, что краснеет. Видимо, она нарушила приличия.

Кольм между тем нагнулся и поцеловал ее так, что у нее дух захватило. Закружилась голова, сердце едва не выскочило из груди.

Габриела посмотрела на него и стыдливо опустила глаза.

– Хорошо, что мы одни. Целоваться, пока мы не обвенчались, грешно.

Кольм заметил, что Габриела не очень переживает из-за этого.

– Мы скоро поженимся, так что это не грех. И мы не одни. – Он позвал, не поворачивая головы: – Стивен?

– Да, вождь?

– Сколько воинов наблюдает за нами?

– Я насчитал семерых.

Кольм был разочарован. Он ожидал от опытного воина большей наблюдательности.

– Нет. Их восемь.

– Их было восемь, но теперь их семь.

– Что приключилось с восьмым?

В голосе Стивена звучало удовлетворение.

– С ним приключился Кристиан. Ваш воин слишком близко подошел к принцессе. Кристиан остановил его. Он его не убил, просто отправил спать.

Кольм выругался вполголоса и пошел обратно к лошадям. Габриеле пришлось бежать, чтобы поспеть за ним. Он подождал ее и взял за руку.

– Вождь, если вы знали, что ваши люди наблюдают за нами, зачем же вы поцеловали меня так…

– Как?

– Страстно.

– Это мое право, – ответил он. – Поскольку мы собираемся пожениться, можешь называть меня Кольм. – Он продолжил, не глядя на нее: – И вот еще что, Габриела. Ты не будешь мне больше перечить. С телохранителями вопрос решен, но это единственная уступка с моей стороны. У меня нет времени целыми днями урезонивать упрямую жену. Есть дела поважнее.

– Я не могу даже возразить вам?

Он кивнул:

– Договорились, Габриела?

Она опустила глаза.

– Как скажете, вождь.

Для Сары Тобиас сплетни были все равно что печенье с кремом – устоять невозможно. Она обожала первой передавать сплетни, и ей было не важно, правда это или вымысел. Заканчивая очередную историю, она входила в раж, лицо ее покрывала испарина, дыхание сбивалось, ладони становились влажными. Она считала, что сплетни возбуждают так же, как близость с мужчиной. А порой еще сильнее.

Сара редко распускала слухи о чьей-то хорошей работе или большой удаче. Грех всегда интереснее, а если этот грех – блуд, то новость становится совсем уж пикантной.

Однажды за ужином ее брат, Нилл, рассказал, что ему довелось услышать в Арбейнском аббатстве.

Сара съела два печенья, пока слушала его, и еще три, выпытывая детали. Когда Нилл закончил, ее уже распирало от нетерпения, и последнее печенье она засунула в рот целиком.

Еще до обеда следующего дня все в клане Данбар знали о Габриеле. Но Саре и этого было мало. Она напекла печенья и пошла с ним к своей дальней родственнице, Хильде, которая была замужем за Босуэллом. Она покинула владения клана Босуэллов, лишь когда все до единого узнали о случившемся.

Распускать сплетни было не единственной слабостью Сары. Рассказывая одну и ту же историю раз в тридцатый, она уже не испытывала такого удовлетворения. Сплетня устаревала, и Сара придумывала разные подробности, чтобы ее оживить. Ничего непристойного, разумеется. Только немножко перчинки. Разве это может кому-нибудь навредить?

Спустя две недели слухи дошли и до клана Макхью.

Габриела почувствовала, как изменилась атмосфера. Женщины, которые раньше улыбались ей, сейчас отводили глаза и спешили пройти мимо. Габриела поняла, что им все известно.

Кольм вернулся с охоты, на которой провел целый день, и у конюшен заметил поджидавшего его Брейдена. По выражению его лица он понял, что его ждут плохие новости. Первая его мысль была о Габриеле. Неужели с ней что-нибудь случилось?

Он спросил, не слезая с лошади:

– С Габриелей все в порядке?

– С ней все хорошо.

Второй вопрос Кольма также можно было предугадать.

– Что она натворила на этот раз?

– Да вроде бы ничего, насколько мне известно, – заверил его Брейден.

Кольм спрыгнул с лошади, бросил поводья конюху и спросил:

– Она не пыталась уехать?

Брейден улыбнулся:

– Пока не пыталась. – Он посмотрел на небо и добавил: – Впрочем, солнце еще не зашло.

Габриеле не просто было привыкнуть к новому дому. Каждый день она выкидывала что-нибудь новенькое. За прошедшую неделю дважды покидала крепость, и дважды Кольму приходилось возвращать ее. Она уверяла его, что не пыталась сбежать. В первый раз она объяснила свой поступок тем, что хотела покататься на лошади и посмотреть Финнис-Флэт. Во второй раз она сказала, что ей хотелось немного поохотиться.

– Леди Габриеле нужно время, чтобы привыкнуть к законам, по которым мы живем, – сказал Брейден, встав на ее защиту.

Кольм нахмурился:

– Она знает законы. Но постоянно их нарушает. Мне уже дважды приходилось бросать дела и пускаться за ней в погоню.

– Ведь я предлагал съездить за ней.

– Это моя ответственность и, следовательно, моя головная боль. Я не стану перепоручать ее кому бы то ни было.

Брейден знал, что дело не в этом. Хотя Габриела прожила в их крепости всего четырнадцать дней, Кольм относился к ней как к своей собственности. Не терпел ничьего присутствия рядом с ней. Едва выносил ее телохранителей. Они подчинялись только Габриеле и слушали только ее приказы. Кольм не мог мириться с этим, хотя вынужден был признать, что охраняли они ее хорошо.