Чтение онлайн

–  Выйди лучше к своим поклонникам! Видишь, как они тебя требуют.
– Попыталась вложить я в свой голос как можно больше язвительности, только у меня этого не получилось.

–  Я не люблю, когда на меня обращают много внимания.
– Его ответ показался мне странным. Как такой как он, считающий себя мегазвездой, не любит фанатского внимания? Это же так лестно.

Кей продолжал, задумчиво глядя в стекло на размытые фигуры страждущих увидеть его.

–  Скажи, детка… а, да-да, я забыл, что ты отзываешься на "эй". Эй, скажи, почему они все хотят со мной встретиться? Почему радуются, видя Кея?

Ого, о себе мы уже в третьем лице говорим? С меня пример берем?

–  Почему Кей так популярен, эй, детка?

Я недовольно посмотрела на него. Знаю-знаю, хочешь услышать хвалебные слова о том, что все эти детишки желают лицезреть своего кумира. Эта его уловка из серии: "Ой, мне, кажется, пора садиться на диету!", когда эту фразу произносит вполне себе стройная или даже излишне худая девушка, желая, чтобы окружающие тут же принялись уверять ее, что никакой диеты ей совсем не нужно, она ведь и так тоненькая аки тростинка! Так и Кей хочет услышать о том, какой он знаменитый и крутой.

–  Эй, я серьезно, - вдруг совершенно неожиданным для меня серьезным тоном проговорил Кей, потирая подбородок.
– Они ведь меня не знаю. И все равно хотят от меня чего-то. Вот скажи, ты ведь в курсе насчет меня и моего характера, стала бы выкрикивать слова любви, как те девушки?

–  Нет, - честно сказала я, но добавлять о том, что он, характер, ужасен, я не стала.

–  А почему бы тебе все-таки с ними не встретится? Ну, там, допустим, не со всей толпой сразу, а то это, конечно, опасно, а просто хотя бы автографы раздать.

–  Прямо в школе?
– Зевнул Кей.
– На уроке музыки, да?

Ага. Глядите, к нам пришло наглядное музыкальное пособие. Сейчас оно нам споет, и вы узнаете, например, что такое гроулинг или скрим, ребята.

–  Нуу…- Уклончиво отвечала я.
– Они требуют, чтобы ты спел. Слышишь?

–  Не жалуюсь на слух. Петь не буду. Только на концертах.

–  Почему?

–  Ты хочешь это знать?
– С какими-то задними мыслями спросил парень.

–  А что?

–  Признайся, что я тебе нравлюсь, тогда и я открою тебе свою маленькую тайну.

Я тут же отказалась. Буду я позориться, в таком признаваться. Видно же, что этот экстравагантный дурак надо мной измывается.

Я опустилась на корточки. И долго нам тут сидеть? Надо же, любая из тех девчонок, которые там сейчас едва ли не скандируют, чтобы солист любимой группы дал им автограф, была бы счастлива, если бы оказалась на моем месте. А мне вот тут торчать не очень нравится. Нет, конечно, наличие Кея - это, с одной стороны, очень даже мило. И смотреть на него эстетически приятно. Но, с другой же стороны, он вызывает у меня бурю эмоций, очень даже негативных. Я теперь во всем виновата.

Ну, Нинка, заварила кашу, спасибо тебе огромное! Сама то дома сидишь, а я мучайся.

–  Эй, тебе было приятно, когда я тебя обнимал?
– С коварной полуулыбочкой спросил Кей, наклоняясь ко мне. Выкрики фанатов его никак не трогали, как и их просьбы дать им автограф.

–  Что?
– Повернулась я к нему, сглотнув. Понравилось. Ты же знаешь, что понравилось.

–  Если признаешься, я обниму тебя вновь. А может быть даже… - Он не договорил, таинственно замолчав, и с этими прекрасными словами беловолосый протянул руку ко мне и чуть коснулся плеча, на которое падали волосы. Я осторожно следила за его движением. Ну что за человек! Даже просто его прикосновение переполнено самодовольством! Не парень, а целая фабрика по производства комплектующих для мании величия.

–  Слушай, отстань, пожалуйста, от меня.

–  Признайся, тебе нравились мои прикосновения.
– Уже не вопросительно, а, скорее, утвердительно произнес он.

Ну, вообще-то, да, только не думаю, что вы, Кей Батькович, их услышите. Тогда вы опять начнете упиваться собственным "я". А такого Екатерина Томасовна, пожалуй, не выдержит и самоуничтожится.

–  А что твои прикосновения? Обычные. Наглые. Противные даже.
– Вспомнила я теплую удобную грудную, хе-хе, клетку.

Кей явно был разочарован.

–  И все?

–  А что? У тебя что, руки особые? Из них волшебство появляется?

–  Я тебе, все-таки нравлюсь.
– Вынес алогичный вердикт музыкант.
– Может быть, сядешь ко мне на колени?

А на шею тебе на забраться?

–  Слушай, там целая толпа твоих фанатов грозит школу разворотить на камешки, а ты тут засел и спокоен, как удав? Всякой фигней страдаешь!
– Не выдержала все же я.

–  А мне что, плакать? Эй, признайся мне - я тебе нравлюсь?

–  С ума сошел?
– Вздрогнула я.
– С чего это вдруг. Ты вообще…эээ…не в моем вкусе.

–  Неужели?
– Такое чувство, что она сам себя по затылку сейчас гладить начнет.
– А кто тебе нравится?

Я не успела и рот раскрыть, а он продолжал, в упор глядя на меня:

–  Помнится, у тебя молодой человек есть?

–  А тебе то что?
– Сверлила я взглядом солиста. Какой еще молодой человек? Ах, да, дернуло же меня в лифте соврать…

–  Какой он? Хуже меня? Лучше? Не может быть. Кей почти что идеален.

Естественно хуже. Он же не существует. А идеалов вообще не бывает.

–  Отстань от меня с глупостями.
– Вновь не нашла я, что ответить.

Подумав, я решила добавить что-нибудь плохое, чтобы этот тип отвязался от меня.

–  И у тебя этот…одеколон противный.
– Решилась я, наконец, на гадость, однако Кея это совсем не смутило.

–  А у тебя нет вкуса, к примеру.
– Ничуть не расстроившись, произнес он.
– Но я же молчу.

–  Нормальный у меня вкус. То, если ты мне не нравишься, значит, он обязательно должен быть плохим?
– Распалилась я. К тому же вдруг вспомнилось, почему я вообще пришла в школу. Интересно, сестра ждет меня или беситься где-то среди фанатов?
– И вообще, мне нравится не такие, как ты, а импозантные и вежливые мужчины вроде твоего менеджера Андрея. Вот.