Чтение онлайн

Подходя к комнате сына, дядя Витя еще раз сделал глубокий вдох и приоткрыл дверь.

Сергей, не подозревающий в каких страшных грехах он сейчас будет обвинен, уже проснулся и разговаривал по мобильному телефону с другом, с которым они вчера разминулись и поехали в разные клубы. Одной рукой младший Нинкин брат придерживал трубку, другой натягивая штаны.

–  Ну, чего, оттянулись вчера в "Горизонте"?
– Говорил он.
– А мы с телками в "Турецком папе" были, на конкурсе мокрых маек… Не, мы клево оттянулись, там было много девочек, хороший ди-джей сет и все такое. А вы как?… Что говоришь? Драка была?… И чего? Менты аж приезжали? Не, круто у вас в "Горизонте" вчера было! Троих на белой карете увезли?… А мы в "Папе" спокойненько так, в дружеской атмосфере, с приятными девочками посидели… А из-за чего мочилово-то началось? Телку не поделили?… Сколько-сколько человек не поделили? Да ну на фиг, за одной девочкой сразу десять мужиков не могут бегать! В "Горизонт" Водянова, что ли приехала? Чего-то я, Лерыч, не понял, это как такое может быть?… Заливаешь!

Друг, которого Сережа называл Лерычем, принялся долго и доходчиво объяснять младшему Журавлю о том, что вчера произошло в популярном клубе. И если бы те, кто непосредственно участвовал в этих событиях, услышал этот разговор, то сильно удивился бы таким слухам. Слишком сильно преувеличенным. По словам Лерыча, выходило, что ночью в "Горизонте" появился какая-то "супер крутая телочка-блондиночка", и "была она такая вся из себя", что понравилась она очень большому количеству "тусующегося пипла", в результате чего за девушкой обалдевшие парни стали просто-напросто бегать, а потом они и подрались, привлекая к этому делу большое количество постороннего народа. Сережин друг, правда, не участвовал в этом безобразии - в это время он как раз был занят в хороводе, который решили поводить на малом танцполе, но зато двое его приятелей, которые вышли покурить, едва не попали в эту драку.

Дядя Витя, который прекрасно слышал разговор и не спешил заходить к Сергею, понял, что вроде бы его сын нормальный - раз все-таки девушками интересуется - не зря же он о них по телефону беседует. Правда, для любящего отца стало большим открытием узнать, что, оказывается, его сынок вчера не ночевал дома, а пришел ранним утром в состоянии алкогольного опьянения средней тяжести.

"Ладно, пусть по клубам шляется лучше, чем с "сынымы парнамы", - подумал про себя дядя Витя, - а насчет выпивки я сегодня вечером с ним поговорю и урежу карманные расходы этому паршивцу. А пока кое-что уточню, а то вдруг ему те, и другие нравятся…"

Он приоткрыл дверь шире и вошел в комнату, ярко освещенную электрическим светом - за окнами стало почему-то пасмурно. Сережа тут же свернул разговор, довольно почтительно сказал: "доброе утро" и выжидательно уставился на отца, который просто так в спальни своих детей не заглядывал. Чаще всего Виктор Андреевич приходил читать нотации. Нинка, как самая хитрая, обычно умело переводила разговор на другую тему и сбивала отца с толку, Ира тоже была девушкой довольно-таки изворотливой, а вот их брат, не обладающий женской смекалкой, отдувался за всех троих.

–  Хороший сегодня день, сын, - с такими словами глава семьи уселся на стул перед компьютерным столом, - правда?

–  Хороший, папа.
– Согласился Сережа и подумал про себя с отчаянием: "Чего он опять придумал? Взгляд у него какой-то странный, изучающий"

–  Сегодня на ужин к нам приедут гости, - сообщил давно известную информацию дядя Витя, - мы должны показать себя с лучшей стороны.

–  Конечно, папа.
– Парень не понимал, куда клонит отец. Но то, что родителю от него что-то нужно, он не сомневался - слишком уж хорошо знал его повадки.

–  Мы им покажем, как нужно принимать гостей! Правда?

–  Правда.
– Кивнул его сын, не сводя глаз с Виктора Андреевича, который в свою очередь буравил молодого человека пронзительным взглядом.

"Чего он от меня хочет?
– в некоторой панике подумал Сережа, - в чем я опять виноват? Где я накасячил?". И он принялся вспоминать все свои маленькие грешки.

–  Хорошо, что я придумал Семейный день, - сам себя похвалил Нинкин отец, - теперь отношения между нами станут крепче и лучше. Журавли всегда должны стоять друг за друга горой. Уютный вечер с родственниками, что может быть прекрасней? Мать уже уехала в ресторан, а я договорился насчет вина - нам привезут прекрасное коллекционное вино, сынок. И пусть все видят, что мне, Виктору Журавлю не жалко заплатить за всего одну бутылку кругленькую сумму!

"Про вино заговорил! Батя узнал, что я сегодня ночью выпил, - пронеслось в голове Сережи, - а теперь он ждет от меня признания в этом! Издевается. А как он догадался-то? Или от меня пахнет? Да нет, вроде… Стукнул кто, может быть?"

Дядя Витя очень строго относился к употреблению алкоголя, и не разрешал просто так его пить не только дочерям и собственной жене, но и сыну, который не очень-то слушался папу, но прекрасно скрывал.

А в голове у хозяина дома были совершенно другие мысли. "Что-то он на меня испуганно смотрит, и не разговаривает почти. Скрывает какую-то информацию. Щенок! Если он все же с этими светло-синими связался, а другу насчет клуба с девочками лапшу на уши повешал, я его из окна выброшу!".

Еще раз смерив обычно веселого и разговорчивого сына пристальным взглядом ярких голубых глаз, Виктор Андреевич произнес:

–  Ну, признавайся, дружок.

Сережа, который вовсе не хотел лишаться карманных денег или подвергаться любому другому наказанию папы, решил, что лучше стоит признаться. Сказать, что выпил он всего один раз, потому что… потому что вчера в клубе перепутал бокалы, вот и все! И вообще, он, Сергей, алкоголь не признает.

–  Папа, - опустил глаза в пол сын, проклиная, на чем свет стоит, догадливость родителя, - это было всего один раз. Один.

Виктор Андреевич схватился за сердце, чувствуя себя так, словно он только что потерял контрольный пакет акций собственно фирмы.

–  Первый, - покаянным тонном произнес его ребенок, не догадываясь даже, о чем думает глава семьи.

–  Первый?
– Слабым голосом проговорил Журавль, хватаясь руками за стол. "Убить его сейчас или дослушать?"

–  Первый.
– Кивнул Сергей.
– Это нечаянно произошло. Я просто перепутал в темноте - ну, в клубе же темно было. Вот поэтому и получилось так. Но я не хотел.

–  Не хотел, значит?
– Прошептал Журавль-старший в страшном гневе.

–  Нет. Папа, мне это не понравилось, - честными и печальными глазами посмотрел на отца сын.
– Я больше так не буду, мне очень стыдно.Я понимаю, что это…неправильно.

–  Готовься к смерти, - вдруг поднялся со стула дядя Витя и стал надвигаться на молодого человек, скрючив пальцы.
– Тебе только стыдно, а мне позор на всю жизнь, да? А я тебя всем обеспечил, ничтожество! Ты совсем заелся, я смотрю! По клубам своим шляешься! Женщину от мужчины в темноте отличить не можешь!