Чтение онлайн

И вновь дружный одобрительный гул.

— Конечно, в качестве подарочного или коллекционного изделия кубик можно делать и из дерева, допустим, ценных пород, и из той же моржовой кости, или, если кому-то приспичит, вообще из золота, — смешки по залу. — Но мы сейчас говорим в первую очередь о простых людях, чтобы и им было доступно это удовольствие, развивающее — тут я опять обращаюсь к записке — интеллект и моторику. Хорошо бы, к примеру, розничная цена кубика не превышала трех рублей. Как думаете, товарищи?

— Хорошая цена, отличное предложение, полностью согласен, — раздалось со всех сторон.

— Что ж, давайте мы послушаем автора изобретения, может, у него есть какие-то предложения?

— Удешевление и серийное производство возможно только при применении пластиковых масс, — откашлявшись, начал я с места. — Однако абы какие пластмассы не подойдут, тут нужно учитывать прочность и минимальное трение. Кубики должны быть легкими в изготовлении и в то же время долговечными.

— Полимеры у нас курирует министерство химического и нефтяного машиностроения, если я не ошибаюсь? — поинтересовался Косыгин.

— Так точно, — привстал дородный тип лет шестидесяти.

— Как, Константин Иванович, можете что-то сказать по поводу вышеизложенного?

— Ну-у, я думаю, что можно попробовать озадачить несколько научно-исследовательских институтов. Например, 'НИИ хлорорганических продуктов и акрилатов' в Дзержинске Горьковской области. Пусть подберут пластическую массу, соответствующую необходимым требованиям.

— А если не подберут?

— Тогда пускай изобретают!

— А товарищ Брехов, я смотрю, настроен решительно, — скупо, уголком рта улыбнулся председатель Совмина СССР. — Что ж, через месяц вы мне, Константин Иванович, представите доклад по данному вопросу. Надеюсь, что нужная пластмасса в стране имеется, иначе… Иначе ее, как вы и пообещали, придется изобрести. А может быть, это даже и к лучшему, глядишь, найдется вашему изобретению в области пластмасс и более серьезное применение…

И снова его взор обратился ко мне:

— Товарищ Мальцев, все ж таки я поражаюсь вашим способностям. Вы, конечно, извините за подозрение, но это точно ваша разработка, вы ни у кого ее не… не подсмотрели? А то ведь ездите по заграницам, мало ли…

Честный человек на моем месте кинулся бы на колени и завопил: 'Каюсь, отец родной, не я это придумал, а инженер из Венгрии, в одна тысяча семьдесят каком-то мохнатом году!'

Но я, естественно, колоться не собирался, а потому выдал на гора версию о своих пробудившихся после удара током способностях, которые, как оказалось, относятся не только к спорту и музыке.

— Фантастично звучит, но, учитывая неожиданные для вашего возраста достижения в уже перечисленных сферах, такое развитие событий не сильно и удивляет, — сказал Косыгин.

— Да, и еще одно замечание…

— Слушаем вас внимательно.

— Даже если нам удастся запустить кубик в серийное производство, боюсь, как бы на Западе не начали лепить контрафактную продукцию.

— Логично, — чирканул что-то предсовмина карандашом в листочке, — возьмем на заметку. Тут надо продумать все юридические тонкости, а то ведь наш-то патент на капстраны, наверное, и не распространяется.

— Ну а когда с лицензированием все будет улажено, то можно устроить серьезную рекламную кампанию, — продолжил я. — Реклама, как известно, двигатель торговли, чем раньше мы к ней приступим — тем более массовыми станут продажи по сему миру. Валюта для советского государства лишней уж точно не будет. А насчет подарочных экземпляров вы правильно заметили. Сувенирные кубики можно послам дарить, да даже главам других государств. Желательно развитых, где местное население может потратиться на приобретение впоследствии бюджетной модели кубика, а не озабочено добычей пропитания, как в странах третьего мира.

— Что ж вы так, Егор Дмитриевич, дискриминируете народы Африки и прочих государств, которые веками находились под колониальной пятой капиталистов? — нахмурился Косыгин. — Они же не виноваты, что им приходится думать о том, как прокормить себя и своих детей, а не о том, какой по счету автомобиль купить в свой личный гараж.

Бляха муха, вот я ляпнул, не подумавши. И ведь хрен чего возразишь, хлещет наотмашь, разве что краснеть остается. Жаль, не выскажешься о тех же зарвавшихся афроамериканцах будущего, да и прочих 'братьях наших меньших', которые и сейчас уже неплохо так пристроились на шее советских граждан, регулярно отчисляющих кровные копейки и рубли в соответствующие фонды…. Кстати!

— Почему же, я не дискриминирую, напротив, недавно даже участвовал в фестивале в помощь голодающим детям Африки. Более того, инициатива его проведения как раз от меня и исходила.

Тут уж я, конечно, приврал, надеюсь, Косыгин не совсем в курсе, что я предлагал изначально. На мое счастье, прокатило.

— Ладно, это уже частности, ваше мнение мы обязательно учтем. Не буду вас больше задерживать, вы свободны, товарищ Мальцев. А мы перейдем к обсуждению следующего вопроса…

Зал заседаний я покидал со вспотевшими подмышками. А если бы на месте Косыгина сидел, к примеру, Сталин? Да после обвинения в уничижении несчастных народов Африки я бы, может, и не обгадился, но вспотели бы у меня не только подмышки.

Дома, чтобы сбросить напряжение, отправился на прогулку с Лешкой, а затем, оставив сына возиться с игрушками, взял в руки гитару и стал негромко напевать какую-то ерунду.

— Ежик, спел бы лучше что-нибудь про любовь, — крикнула с кухни жена.

Втянув носом ароматный запах жарящихся котлет, я принялся перебирать в уме композиции соответствующего содержания. Тут же на ум пришла песня 'Кто-то простит' безвременно ушедшего Мурата Насырова.

'Вечер окутался тайной, — негромко запел я, — ты не узнаешь случайно

Что свет в моем окне уже погас давным-давно

Лето подарок природы, радует теплой погодой

Июльский вечер мне погасит в этом сне окно…'

Ленка встала в дверном проеме с полотенцем в руках, прислонившись плечом к косяку. Сзади из кухонного окна на нее падал багровый отсвет заходящего солнца, в свете которого она казалась сошедшей с чудотворного образа Богородицей. Мда, Богородица, жарящая котлеты… Впрочем, в данный момент я почувствовал некую бодрость не только духа.

'Кто-то простит, кто-то поймет