Чтение онлайн

— Нет, Рассел, пожалуйста, — прошептала Ивейна, в страхе пятясь от края пропасти, и тут же радостно вскрикнула: — Орланы! Они унесут нас отсюда!

И правда прямо перед ними над ущельем парили белоснежные орланы, Ивейна даже в ладоши захлопала, всхлипывая от радости: — Арчи, Лерр, Севи! Летите сюда!

«Только вперед, Рас», — снова возник голос в его голове, он сделал шаг и закрыл собой Ив.

— Нет, мы не полетим с ними, Иви, — упрямо качнул он головой, не обращая внимания на сыплющиеся на его спину удары маленьких кулачков. И тут один из орланов повернул голову и сверкнул черным угольным человечьим глазом, отчего у Рассела мороз по коже пошел. Морок! Он сплюнул и замахал рукой, прогоняя птиц: — Пошли прочь! — а сам развернулся к плачущей Ивейне и положил руки на худенькие плечи. — Иви, это не наши орланы, посмотри.

А те уже расплывались, смешиваясь с дымкой, лишь самый большой обернулся и подмигнул Расселу своим угольным глазом, и тут же растворился в тумане. Рас держал Ивейну за плечи, а сам увлекал ее потихоньку к обрыву, двигаясь спиной, и замер у самого края.

— Я боюсь, Рас! — подняла она на него свои черные блестящие глаза и умоляюще заглянула ему в лицо.

— Я тоже боюсь, Иви. Ты просто не смотри вниз, — сказал он, обхватил ее руками и упал спиной в пропасть.

Ивейна уткнулась ему лицом в грудь, и они так падали, казалось, целую вечность. Ветер свистел в ушах, теребил края одежды, завывая и стеная, и вдруг все стихло. Рассел увидел, что лежит на груде сухих листьев, сверху к нему прилепилась маленькая фигурка Ивейны. А над ними, на широком стволе, на самом видном месте красовалась та самая пятая зарубка.

— Цела? — Рассел поднялся сам и поставил Ивейну на землю. — Вот и славно.

— Сколько еще это будет продолжаться, Рас? — Иви не устояла на дрожащих ногах и с размаху села на ту самую груду листьев.

— Полагаю, всего должно быть три, — буркнул Рассел, присаживаясь рядом. Он понимал, что надо дать девушке передохнуть и собраться с силами, а сам мысленно подумал: «Надеюсь, эта старая хрычовка не станет изменять традициям». И тут же в голове у одного уха разлился ядовитый саркастический смех.

«Рас!» — раздалось возмущенное у другого уха, и тут же зазвучало умоляющее: «Сибилла, не обращай внимание, он просто устал!»

«Ну, устал, не устал, это уж меня не касается, — ответил тот же скрипучий ядовитый голос, — почтительность никто не отменял. А ты не переживай, сестра, справится твой красавчик. И где ты их находишь таких? Помнится, твой бывший…»

«Это не то, что ты подумал, Рас!» — испуганно заговорил второй голос.

«А что это было, по-твоему? Ну все, хватит рассиживаться, — командным тоном заявил скрипучий голос, — поднимай свой зад, девин, тебя уже заждались».

— Твою ж тьму! — сквозь зубы процедил Рас, и голоса тут же исчезли. — Вставай, Иви, пойдем дальше, девочка.

Ивейна поднялась, опираясь на его руку, и они побрели по лесу, гадая, что еще может приключиться на пути.

— А что случилось с Эзарой, Рас? — спросила Ивейна, чтобы молчание не было таким тягостным. — Почему ей запретили заниматься магией?

— Ее клиент пожаловался в магическую жандармерию, — ответил Рассел, продолжая шагать по тропинке. — Ты же знаешь, как она нейтрализует тьму, остающуюся после своей магии? Эзара сжигает ее своей жизненной силой, потому и берет она плату жизнями — столько, сколько растратила сама во время обряда, плюс пару-тройку лет накидывает сверху. Когда мы виделись в последний раз, она пообещала мне, что бросит свое ремесло и будет лечить людей, как твоя мать. Но ей захотелось стать моложе… — Рассел было замолчал, однако затем все же заставил себя закончить рассказ: — Ее последний посетитель оказался негодяем, захотел извести беременную жену, и Эзара провернула все так, что все магическое действо обрушилось на него. Но негодяй пожаловался в магическую жандармерию. Там сильно мудрить не стали, есть договор, есть оплаченные услуги, клиент свои обязательства выполнил, а Эзаре пришлось платить неустойку жизненной силой… Послушай, Иви, тебе не кажется, что где-то пожар? — он потянул носом воздух, и тут перед ними разом вспыхнула трава, затрещали вершины деревьев, в лицо пахнуло жаром.

— Мы теперь должны лезть в огонь, Рассел? Пожалуйста, скажите, что мы туда не пойдем.

Рассел подошел и взял ее за руки.

— Иви, ты знаешь, что я не распоряжаюсь более своей жизнью, она принадлежит тебе, уж не знаю, как это работает. Так скажи, неужто я допущу, чтобы с тобой что-то случилось? Поверь мне Ив, — с этими словами он подхватил Ивейну на руки и шагнул в огонь.

Вокруг бушевало и сыпало целыми снопами искр пламя, Рас бежал, держа на руках Ивейну и чувствовал, как загораются на нем волосы и плавится одежда, вот уже они с Ивейной оба охвачены огнем и пылают, как два факела. Последнее, что видел Рас, как на них падает огромное горящее дерево.

Очнулись они, сидя в обнимку на тропинке, которая упиралась в небольшой аккуратный домик, почти полностью спрятавшийся под причудливо сплетенными кронами двух деревьев, что по виду напоминали королевскую корону.

Рас помог Ив подняться и осмотрелся сам. Они направились к дому, и тут из ближайшего кустарника послышалось глухое, утробное рычание. Затем оттуда же сверкнула пара светящихся красных глаз, а затем еще одна, и еще. Кусты зашевелились и показалось неизвестное существо размером с сайрана, с крупной головой, короткими ногами и черной вздыбленной шерстью. Вслед за ним подтягивались собратья, и вскоре Рассел с отчаянием смотрел на стаю красноглазых тварюг с оскаленной пастью и понятия не имел, что ему теперь делать.

Бок обожгло огнем, Рас сунул руку в карман и нащупал зуб турона, тот самый, что дала ему Эзара. Он достал зуб и увидел, что, из него словно льется свет, и через миг в руках Рассела сиял меч, рассекающий мглу ослепительными сполохами. Ближайшая к нему тварь грозно рыкнула и прыгнула.

— За спину, Ив, — крикнул Рас, взмахивая мечом. Тварь взвизгнула и рассыпалась серебристой крошкой.

Они бросались на девина то сразу несколько, то по очереди, Рассел только успевал махать мечом, развеивая сумрачных тварей над густой травой. Вскоре он устал и едва удерживал в руках меч. И все это время в мозгу билась мысль — откуда-то же он знает, как вообще держать в руках этот меч и как нужно правильно ударить, чтобы сразить мерзкую тварь наповал.

Наконец последний призрак с воем рассыпался, Рассел вытер меч о траву, тот начал уменьшаться, съеживаться в размерах, и вот уже у Рассела на ладони лежит обычный гладкий туроновский зуб. Он посмотрел на домик — дверей не было, только небольшие окошки, откуда струился холодный лунный свет. Северин не выдержал и швырнул в домик зуб.

На стене домика проявились очертания двери, затем дверь скрипнула и отворилась. На порог вышла высокая, почти на пол-головы выше Рассела, женщина. Ее можно было назвать старухой, если бы не безупречная осанка и роскошные рыжие волосы почти до колен, собранные и перехваченные лентами в трех местах.

— Ну здравствуй, Итем Родерик, — без тени насмешки сказала она и отошла в сторону, давая Расселу знак войти, — и ты проходи, принцесса. Да пошевеливайтесь, пока я не передумала.

Рассел сначала отступил, пропуская Ивейну вперед, но в последний момент передумал, преградил ей рукой дорогу и вошел в дом первым. От рыжеволосой колдуньи это не ускользнуло, но она промолчала, лишь в бесцветных глазах мелькнул огонек и пропал.