Чтение онлайн

– Кто-то хотел спрятать ее, Тона?

– Нет, Аб, – она покачала головой, вглядываясь в амулет, – это ее истинное лицо. Амулет наводит морок, если его снять. Я такое вижу впервые.

– Я вообще никогда не видел никого под мороком, – пробурчал Аб, – что же нам теперь делать? Давай искупаем ее и отнесем к старейшинам, пусть сами решают, как поступить.

– Ее выбросили в реку, завернутую в мужскую рубаху, и ты думаешь, что спасешь ее, если о ней узнают люди? – взглянула жена на мужа и завела за ухо выбившуюся прядь. – Ты совсем выжил из ума, муж мой.

– И что ты предлагаешь? – Абидал угрюмо смотрел на жену. Тона снова осторожно сняла амулет и тихо молвила: – Посмотри, Аб. Она так похожа на тебя, когда без амулета.

Аб изумленно смотрел на некрасивое треугольное личико девочки, попеременно поглядывая на себя в висящее на стене зеркало. И правда что-то есть.

– Небесный Бог не дал нам детей, но послал тебе эту кроху, так зачем отказываться? Аб, – она прижалась к мужу, продолжая стискивать амулет в руках, – давай оставим ее себе. Скажем, что я родила ее раньше времени, что живота не было видно. Я могу не показываться на люди, а она такая крошечная, нам поверят, Аб, я прошу тебя!

В глазах Тоны стояли слезы.

– Смотри, – муж схватил ее за руки, в которых был зажат амулет, и поднял на уровень глаз, – смотри, Тона, что ты наделала!

Камень стремительно терял цвет, серебро темнело и съеживалось, и теперь руки Тоны сжимали обычный серый дорожный камень, нанизанный на обычный веревочный шнурок. Женщина вздрогнула и бросилась к младенцу, она снимала и надевала камень, но больше ничего не менялось. Камень оставался камнем, девочка сморщила худенькое, некрасивое личико и разразилась плачем. За окном раздались скрежещущие звуки, словно кто-то пытался оцарапать стекло.

– Аб, – Тона указала мужу на окно. Там бились три белые птицы, пытаясь открыть раму. – Что это за птицы?

– Не знаю, – он не на шутку испугался, – что теперь будет, Тона?

– Аб, – женщина снова умоляюще сложила руки, – амулет погас, значит он был заряжен не надолго. Это знак. Небесный Бог и его Пресветлая Матерь подарили нам дочь, неужто ты сможешь отказаться от такого подарка? Ту, светленькую, мы бы не смогли оставить, нам бы никто не поверил, а с такой все получится. Ну?

Верон смотрел на ребенка, не двигаясь. На плите кипела вода, выплескиваясь и шипя о раскаленные угли. За окном птицы били крыльями о стекло, и тогда он решился.

– Хорошо, – вдохнул полной грудью, – тогда пусть ее зовут Ивейна, как мою мать.

Тона бросилась ему на шею, затем к младенцу, успокоить, затем к плите, снять воду, налить ее и разбавить холодной. Она подгоняла мужа, спеша обмыть и искупать девочку, а затем укачивала ее на руках, напевая колыбельную, пока Аб Верон, усмехаясь в бороду, мастерил на заднем дворе кроватку для малышки Ивейны Верон, пусть некрасивой, но такой нужной его дорогой жене. Да и ему самому, наверное.

И они оба не заметили, что белые птицы перестали биться, а лишь заглядывали попеременно через стекло, словно желая убедиться, что девочке тепло и уютно в ласковых руках Тоны Верон. И когда Аб вошел с кроваткой в дом, они влетели за ним, чуть не сорвав с петель дверь и уселись полукругом на пол перед изумленной Тоной. Аб поставил кроватку и потянулся за арбалетом.

– Не спеши, муж, – негромко сказала Тона, – мне кажется, они хотят добра нашей малышке.

Птицы словно услышали ее, поднялись к потолку и встряхнули крыльями. Колыбелька наполнилась легчайшим белым пухом. Аб смотрел на это, разинув рот.

– Нам достался необычный ребенок, Аб, – шепнула ему жена, – пойду-ка я дам ее друзьям воды и чего поесть.

Она уложила девочку в колыбельку, белые птицы тут же опустились и уцепились когтями в боковины. Ивейна спала, зарывшись в пух, и Аб видел, что малышка в самом деле чем-то похожа на него.

– Это орланы, Тона, белые горные орланы, только очень большие, – сказал он жене, обретя способность говорить. – Они хищники.

– Значит, дам им мяса, – кивнула жена и вышла из дома. Аб протянул руку к щеке девочки, один из орланов повернул голову и в упор уставился на мужчину, и тот готов был поклясться, что у птицы совершенно человечий взгляд.

Верон легонько погладил щечку, девочка улыбнулась во сне, и Аб улыбнулся в ответ своей новой маленькой дочке. Орлан закрыл глаз и тоже казался уснувшим.

– Добро пожаловать, Ивейна Верон, – прошептал Аб и смахнул тыльной стороной ладони слезу, радуясь, что никто не видит его слабости, кроме трех белокрылых орланов, но и они не смогут никому рассказать, как плакал от радости немолодой Абидал Верон, от того, что у него теперь есть дочь, маленькая, похожая на него, как две капли воды.

– Смотри, Ив, видишь? Он ползет! А ты говорила, он летает.

– Он не ползет, – Ивейна поджала губки и смерила мальчика презрительным взглядом, – он хочет улететь. И сейчас полетит. Вот, у него крылья здесь спрятаны, – она ткнула перемазанным пальчиком в спинку ползущего по травинке жука.

– У меня тоже крылья спрятаны, – мальчик выпрямился и повернулся к Ивейне спиной, – вот здесь.

– Врешь, – она снова презрительно поджала губки, – нет там у тебя ничего.

– А спорим, что есть! Мой отец дракон, и я тоже дракон, – мальчик вытянул шею, пытаясь заглянуть себе через плечо.

– Никакой ты не дракон, – Ив фыркнула и снова принялась рассматривать жука.

– Дракон! – мальчик сжал кулаки, но с места не сдвинулся. Не драться же ему с девчонкой, пусть даже такой вредной, как Ив. Да еще и такой крошечной. Ей уже пять лет, а она ему едва достает до пояса. Хоть руки и чесались врезать ей подзатыльник, но нельзя, отец будет сердиться. Он сын короля, Эйнар Астурийский, наследник Героны, а она обычная девчонка. Но какая же вредная! И смелая. Смотрит на него безмятежно, будто знает, что он ее не тронет. Как жаль, что она не мальчишка, вот бы он всыпал ей тогда!

– Я дракон, Ивейна, – повторил Эйнар, – только я еще не умею обращаться. Мама говорит, мне нужно подрасти и набраться сил.

– А почему тогда Арчи летает? И Лерр, и Севи?

– Ну ты сравнила, глупая! Они же птицы, они родились птицами. А я человек. Мне нужно много сил, чтобы обернуться драконом. А еще мне нужна иллама, ты знаешь, что такое иллама, Ив? Это сила пламени, она рождается вот здесь, – Эйнар прикоснулся к груди и ко лбу, – и здесь.

Ивейна смотрела на него с любопытством, но Эйнар видел, что девчушка понимает в лучшем случае половину из того, что он говорит. Он вздохнул, что поделать, никого более подходящего для игр поблизости все равно нет, а Ив даром что мелочь, зато у нее есть ручные орланы, целых три. Эйнару самому не помешали бы такие орланы, хоть бы один, да где ж их взять? Даже у отца нет своего орлана, а он король целой Героны!