Чтение онлайн

Борис был частым гостем в детской библиотеке. Он старался брать книжки о приключениях и путешествиях, чтобы больше узнать об удивительных городах и далеких странах, неизвестных ему зверях, пальмах, баобабах. Самым любимым его писателем был Жуль Верн. Он с упоением читал о кругосветных путешествиях, о необыкновенных приключениях и экспедициях. Как и большинство замкнутых людей, Борис был парнем мечтательным, ему хотелось приключений, его тянуло к неизвестным далям, в душе у него жила надежда вырваться, уйти от этой убогой жизни. Он сопереживал героям книг, но настоящую жизнь не знал совсем. Прогулки и общение с ровесниками Борис заменил книгами. Персонажи Марка Твена, Дюма или Аркадия Гайдара были для него персонами более понятными, чем его одноклассники. Он не вел дневников и только из книг знал, что такое любовь. Он мечтал жить где-нибудь среди первобытной природы, своими руками добывать себе пищу.

Он больше любил лес и его обитателей, чем собственную маму и сестру. Он считал тихую лесную полянку и прилегающую к ней территорию своим убежищем. Неудивительно, что после нелепого убийства ноги сами привели его сюда. Теперь эта стоянка заменяла ему дом.

В этом году, как и в прошлом, Борис с нетерпением ждал тепла, чтобы можно было уединяться в лесу и наслаждаться природой. Как только стал сходить снег, он заходил пару раз посмотреть на свое местечко, свой маленький пятачок, свою полянку, со всех сторон окруженную величественными вековыми соснами. Он предвкушал скорые погожие денечки, и ему становилось радостнее на душе. Он с нетерпением ждал, когда солнышко полностью растопит снег, когда пол полянки, усыпанный мягким тонким ковром из хвои и шишек, освободиться от влаги, когда просохнут тропинки и можно будет бегать здесь босяком.

Весна не подвела Бориса. Она выдалась необычно теплая, ранняя и сухая. Последние дни стояла почти летняя погода. Даже в чаще леса, где в прежние годы в это время было полно снегу, остались лишь небольшие лужи, да и то не везде, а местами. Конечно, лес еще не просох, босяком по тропинкам не побегаешь, но на пригорках уже вовсю зеленела первая травка. Все пробудилось, ожило после зимней спячки, дышало свежестью. В дневные часы солнце припекало, можно было даже загорать. Пахло хвоей, смолой и прелым листом. Только ягод и грибов, которые могли бы утолить голод Бориса, еще не было. Но вовсю пели птицы, бегали муравьи и жуки, появлялись первые мухи.

Над головой у Бориса стучал по дереву дятел. Он забрался высоко и где-то у вершины сосны без устали колотил своим сильным клювом. Сосны, скованные зимой белым снежным нарядом, сейчас распрямили свои ветки и пустили смолу. Приятно пахнущая масса застывала густыми капельками на оранжево-желтых стволах.

Но Борису было сейчас не до дятла, он больше не хотел любоваться природой. Даже здесь, на стоянке, в относительной безопасности он не мог прийти в себя и сосредоточиться. Борис до сих пор находился в крайне возбужденном состоянии. Ему было и страшно, и тошно, и угрызения совести не давали покоя. Он никак не мог очнуться от какого-то странного отупения. Сердце колотилось неровно, он поминутно впадал в задумчивость, но думать не мог: обрывки каких-то мыслей лезли в голову и тут же путались, блуждали. Мысли даже не фиксировались в его голове, а лихорадочно сменяли друг друга; он сразу же забывал, о чем думал несколько секунд назад. Эти мысли или мчались как сумасшедшие, так, что нельзя было сосредоточиться, или напрочь исчезали из головы. С его сознанием творилось нечто невообразимое: оно то возвращалось к нему, и он начинал размышлять, то затухало опять. А ему так хотелось осмыслить последние события, понять, что следует делать дальше.

Ясно было только то, что вернуться к прежней жизни он уже не сможет. У него не было больше дома, ему некуда было идти. Положение его было отчаянное: он ударил мать, забил лопатой до смерти тетку. Прошедшие сутки оказались самыми тяжелым в его горемычной жизни. Борис был измучен и напуган. Зачем он убил женщину? Зачем выплеснул свои эмоции таким вот образом? И чем больше он думал об этом, тем становился возбужденнее. Его дикий, безумный поступок никак не вязался с образом доброго закомплексованного юноши. Как смог он, тихий мальчик, сделать такое?

Все вокруг было омерзительным, Борис потерял счет времени. Он пошел к ручью и долго сидел у воды. Весенняя свежесть ручья и благодатная тишина леса помогли ему немного прийти в себя. Волнение отчасти улеглось, он опять стал прокручивать в голове последние события. Борис убеждал себя в случайности убийства. Он никого не хотел убивать, но у него не было выбора, ему ничего другого не оставалось. Он убил тетку, потому что она своей руганью и угрозами спровоцировала его. Он знал ее. Если бы он попался другой, незнакомой ему женщине, в нем не взыграла бы такая вот ярость. А эта подруга матери, с которой они обсуждали его недостатки, стала к тому же оскорблять его.

Имел ли право он убивать? Конечно, никаких прав лишать жизни человека у него не было, но он находился в таком состоянии...

Он совершил страшное преступление, нелепое и бессмысленное по своей сути. Его поступок был настолько диким, что казался невозможным ему самому. Он удивлялся своему поведению, своей силе и злобе. Он убеждал себя, что убийство произошло помимо его воли. И в самом деле, словно кто-то чужой вселился в него и командовал его действиями. Убийство было совершено в порыве неконтролируемой ярости. Оказывается, временами Борис не способен контролировать свои действия, но в то же время он обладает могучей силой и может постоять за себя. Он раньше даже и не подозревал, что способен обидеть кого-либо, а тут он ударил мать, и затем совершил кровавое преступление. Ударив мать, он словно преодолел себя, набрался злобы и решимости. Накопившаяся в нем злоба требовала выхода. Она и привела к агрессии, убийство стало внезапной разрядкой напряжения и ненависти, реакцией на нечеловеческие унижения и страх, которые он испытывал постоянно.

Борис ненавидел свою жизнь, его тревога и раздражение достигли своего предела, выплеснувшись сначала на мать, а затем кровавой драмой на подвернувшуюся под руку тетку.

Юноша вдруг подумал, что будет сожалеть о смерти женщины всю свою оставшуюся жизнь, но он ничего не мог уже поправить, хоть как-то изменить ситуацию. Сердце его опять стало разрываться на части от жалости к самому себе, по щекам вновь потекли горькие слезы. Он плакал молча и безутешно. Грусть захватила все его существо, на душе было прескверно. Борис понимал весь трагизм своего положения. Ситуация была чудовищной. Он убил человека и ему придется расплачиваться за это, как-то выпутываться из создавшегося безвыходного положения, опять мучиться и страдать. Ему не на кого было надеяться. Душа его маялась. Он устал от гнетущих переживаний, но освободить сознание от мучительных размышлений было невозможно.

Однако постепенно характер его мыслей поменялся. Они стали какими-то противоречивыми. С одной стороны, он прекрасно понимал, что совершил ужасное злодеяние и раскаивался в этом, но в то же время из глубины подсознания шли непонятные ему сигналы, оправдывающие его поступок. Его не покидало ощущение, будто он освободился от своего злейшего врага, порвал невидимую нить, которая связывала его с ненавистным прошлым. Временами ему стало казаться, что он совершил не страшное преступление, а избавил мир от злой твари, покарав ее за грехи. Удивительно, но помимо сожаления он реально ощущал и некое удовлетворение. Борис вспомнил, что и во время бойни он испытал секундный экстаз, порыв мимолетной радости, который пронзил его, когда он добивал поверженную тетку.

Как бы то ни было, Борис чувствовал себя опустошенным и разбитым. Однако мысли о самоубийстве больше не тревожили его. В нем что-то перевернулось, надорвалось, злодейство в какой-то степени пошло ему на пользу, по крайней мере, избавило от унылой навязчивой идеи покинуть этот мир. Принеся в жертву жизнь другого человека, Борис словно освободился от тяжкого, мешавшего ему груза. Ему больше не хотелось умирать. И только смутная, неосознанная тревога так и не покидала его.

Юноша бродил около своей полянки, странные чувства завладели им. Раскаяние отошло на задний план. Ему не было жалко тетку, он больше не испытывал сильного сожаления. Наоборот, он вдруг ощутил себя взрослым мужиком, имеющим право карать людей. В этот момент Борис был чем-то похож на Раскольникова, героя романа "Преступление и наказание". Впрочем, Раскольников убил старуху ради денег, а Борис просто выплеснул на тетку свою злость. Да и Достоевского Боря, по сути, не читал и не знал о переживаниях главного героя романа. У Бориса была своя драма, которая требовала осмысления.