Чтение онлайн

— Эния, — дозорная сразу обернулась на зов и вопросительно вскинула брови. Милоса кивнула в нужную сторону. — Там что-то есть.

— Тебя опять на приключения потянуло? Артемиды ради, давай… — девушка не успела договорить свою гневную речь, так как Милоса быстро заткнула её одним взмахом руки.
– Ой, делай что хочешь.

Всадница Духа направилась к навесу и, подойдя поближе, аккуратно попыталась раздвинуть ветки, чтобы разглядеть то, что так привлекло её внимание. Снег, лежавший на тонкой природной подстилке, тут же свалился на землю, а из-под него внезапно послышалось недовольное урчание. Девушка поражённо уставилась на крошечный сугроб, который внезапно начал шевелиться и шипеть. Быстро сообразив, что надо делать, Милоса начала откапывать то, что спряталось под сыпучим холодом. И каково же было её удивление, когда она обнаружила двух маленьких драконов, жавшихся друг к другу и смотрящих на потревожившую их амазонку во все свои огромные глаза.

— Ну, ничего себе находочка, — Эния, неизвестно каким образом оказавшаяся за спиной королевы, присвистнула от удовольствия и удивления.

— Почему они здесь без матери? — Милоса задумчиво нахмурилась и окинула внимательным взглядом заметённые окрестности, силясь обнаружить хоть какие-то следы, намекавшие на присутствие здесь, в этих краях, взрослых драконов.

— Возможно, потерялись в бурю. Это, — Эния указала на то, что осталось от навеса, — явно не гнездо. Тем более, Фурии не селятся в таких легкодоступных местах. – Дозорная пожала плечами и внимательно посмотрела на свою королеву. — Да и посмотри на них — это два подвида: одна вон какая пернатая и белая, а второй чернее ночи да исполосован золотом. Значит, мамаши разные. Вопрос: как эти две Фурии оказались вместе?

— Без понятия, но мы заберём их в город. Иначе они здесь погибнут: сожрёт кто из драконов или хищников. Если что, мамаши всегда могут их выследить и явиться в город, — Милоса потянулась к пернатому ящеру и взяла его на руки. Малыш тут же принялся вырываться, не забывая при этом шипеть, недовольно урчать и пускать из ноздрей сизый пар.

— Да ладно тебе. Я же друг, — амазонка направилась к Сапфире и без труда забралась в седло. — Эния, бери второго, и полетели отсюда.

— Уже иду, — тяжело вздохнув, девушка взяла вторую рептилию, оказавшуюся куда более податливой, и подошла к своему Змеевику, на которого тут же забралась. — Домой. Со всех крыльев.

— Ладно, Астрид. Ты же амазонка. Ты уже умеешь держать в руках меч и стрелять из лука. Неужели тебя сможет перебороть какой-то там сон? — белокурая воительница уже две четверти часа пыталась уговорить себя встать с прохладных шелков и отправиться на подготовку к сегодняшнему празднику. Тяжело выдохнув, юная северянка решительно скинула с себя шёлковое одеяло и села на кровати. Взгляд голубых глаз тут же упал на соседнюю постель, где сладко спала её сестра, а затем медленно переместился на чёрную и белую рептилий, которые довольно громко сопели в унисон друг другу, лёжа на мраморном полу. Астрид оглядела Мелиссу и хранителей завистливым взором и, не сумев сдержаться, с громким стоном рухнула обратно на одеяла. — Пожалуй, посплю ещё чуть-чуть.

Однако двери комнаты тут же распахнулись, и в помещение вошла королева Милоса.

— Астрид, ты уже не спишь? Очень хорошо, — она подошла к постели и поцеловала свою дочь. — С добрым утром.

— С добрым утром, — блондинка сладко зевнула и сонно уставилась на свою маму. — Обязательно вставать так рано?

— Астрид! — женщина посмотрела на юную амазонку с укором. — Тебе уже десять лет. Сегодня твой первый полёт на драконе. Так что быстро вставай с постели и отправляйся приводить себя в порядок. И своего хранителя тоже.

Эллинке ничего не оставалось делать, как подчиниться.

Юная амазонка никогда не любила наряжаться в отличие от своих сверстниц. Однако сегодня Праздник Артемиды, а значит, и выглядеть ей придётся подобающе: негоже под взглядом покровительницы разгуливать как попало. Впрочем, стоять возле огромного количества одежды и заниматься самобичеванием ей не пришлось: девочка выудила из заморского сундука пару удобных вещей, которые более-менее подходили для церемоний и полётов, быстро нацепила их на себя и вернулась к Милосе, которая уже успела разбудить Мелиссу. Астрид подошла к двум драконам, спавшим крепким сном, и принялась толкать своего хранителя.

— Сицилия*, — амазонка аккуратно погладила дракониху по голове. — Пора просыпаться. Сицилия! — рептилия в ответ что-то сонно прорычала, а затем открыла один глаз и недовольно посмотрела на свою юную хозяйку. — Пора вставать. Сегодня будем летать. — Стоило рептилии услышать о полётах, как она тут же подскочила и села рядом Астрид, нетерпеливо размахивая хвостом и с интересом разглядывая девочку.

Сицилия мягко толкнула будущую наездницу в бок и расправила свои огромные пернатые крылья, демонстрируя двуногой всю свою красоту: телосложением рептилия походила на Ночную Фурию, лишь только белая, словно снег, чешуя, ярко блестевшая в свете солнца, отличала этого дракона от «призрака ночи»; мощный длинный хвост, украшенный пёстрыми элеронами, с лёгкостью ломал кости диким животным и средних размеров драконам; радужка больших глаз походила на бирюзу — редкий в темискирских краях минерал, но главная гордость этой рептилии — крылья, покрытые тремя рядами разноцветных, острых, словно ножи, перьев, — белыми, бирюзовыми и сиреневыми.

— Оракул! Ну вставай же, нам пора, — невольно залюбовавшуюся своим драконом Астрид отвлёк громкий крик младшей сестры: Мелисса никак не могла достучаться до своего хранителя. — Оракул! — она упёрлась руками в чёрный бок дракона и начала толкать его. Рептилия, не открывая глаз, подняла голову и повернула её в сторону хозяйки. — Да проснись ты! Нам пора! — девочка замахала руками перед мордой дракона, который удосужился открыть сначала один глаз и только затем - второй. Сбитый с толку ящер перевёл взгляд на Сицилию, на что та лишь что-то тихо проурчала на своём драконьем языке. Лишь после этого Оракул соизволил встать.

Оракул — точная копия Ночной Фурии. Единственное, что отличает его от своего собрата — хитрые узоры золотистого цвета, покрывающие тело рептилии. Разнообразные линии и круги можно увидеть на крыльях, элеронах, голове, лапах и хвосте. И, если присмотреться, можно заметить, что они в точности повторяют силуэт драконьего скелета.

— А теперь пойдёмте, — голос Милосы привлёк внимание юных амазонок. — Мы уже опаздываем.

В темискирском полисе уже вовсю кипела жизнь: туда-сюда сновали нарядно одетые амазонки, тут и там слышалась греческая и заморская речь, отовсюду доносились возгласы приветствий и поздравлений, а над храмовой площадью шальным ветром разносилась во все доступные уголки полиса складная песнь, прославляющая богиню-амазонку:

— … Эту священную рощу одень, Артемида, цветами,

Брось их на радость Харит* к лёгким сандалиям их.

Милоса вместе со своими дочерьми первым делом отправилась в храм Артемиды: в течение всей праздничной недели каждая эллинка, следуя древней традиции, должна будет поднести к алтарю плоды нового урожая или серебряные монеты любого достоинства, благодаря таким образом луноликую покровительницу за еду на столе и серебро в кошеле.

— Драконы остаются здесь, - Милоса бросила короткий взгляд на рептилий, а затем посмотрела на дочерей. — А вы — в храм вместе со мной.