Мы спасаем попаданцев
Шрифт:
…Всплеск!
Глава 16
Он удобно устроился на мягком кожаном диване. Играл озорной джаз, в воздухе сладко пахло сигарами и солодовым виски. Одна красавица сидела у него на коленях, ее руки оплели ему шею, золотые локоны щекотали лицо, источая тонкий приятный аромат клубники с легкими нотами корицы. Вырез декольте обтягивающего красного платья зазывающе подмигнул подкаченными мячиками. Он улыбнулся, прильнул к этим округлым вершинам и постарался раствориться в вырезе декольте, затряс щеками и сделал: б-ррр, отчего девушка громко захохотала.
Вторая красавица сидела рядом, ее ладошка, поглаживая, поднялась по его пухлой ножке, остановилась в области чресел, и пальчики стали медленно расстегивать замок ширинки. Розовый язычок меж тем коснулся его уха, облизнул, сделал круг и что-то нежно зашептал. Он повернулся – захотелось прильнуть губами к ее губам. Девушка нежно улыбнулась, неожиданно в ее руках появился колокольчик, каким в богатых домах подзывают прислугу, и в следующую секунду: дзинь! Красавица отчего-то стукнула его колокольчиком промеж глаз.
– А ты шалунья, - усмехнулся он.
Но шалунья не захотела останавливаться на достигнутом и ударила его вновь.
Дзинь!
Он зажмурился.
Дзинь, дзинь, дзинь!
– Да ты чего? – простонал он. – Чего дерешься то?
Йосив Исакович Розенберг открыл глаза. Никакой красотки рядом с ним не было, на коленках тоже, лишь на груди лежал здоровенный черный котище, который тотчас открыл глаза, вспыхнувшие изумрудами, словно на тюрбане какого-нибудь раджи, и с недовольством уставился на хозяина.
– Вот так всегда, - вздохнул Йося, - на самом интересном месте.
И вдруг:
ДЗИНЬ! ДЗИНЬ! ДЗИНЬ!
Нет, это уже был отнюдь не колокольчик, колотивший по черепной коробке, а самый настоящий дверной звонок, доносящийся из прихожей.
– И кого там, во имя Иеговы, черт принес? – выругался Йося, подымаясь с кровати. Коту тоже, к его великому кошачьему неудовольствию, пришлось покинуть нагретое местечко и перебазироваться на пол.
Ноги лишь с третьей попытки попали в тапки. Кряхтя проклятья, Йося сделал несколько шагов, как вдруг...
Мяя-яяя!!! – во все горло заорал котище, поскольку хозяин наступил ему на самое ценное, что осталось у бедолаги после свидания с ветеринаром.
– Сдристни отсюда, блохастая тварь! – заорал Йося и попытался пнуть кота, но тот ловко ускользнул от пухлой ножки, а сам хозяин поскользнулся и обрушился на задницу.
– А-а-а, - протянул Йося, почесывая ушибленный зад.
ДЗИНЬ! ДЗИНЬ! ДЗИНЬ!
– Да иду я! Иду! – во всю глотку закричал хозяин квартиры, а затем добавил в полголоса: – Будьте вы прокляты семью казнями египетскими, кем бы вы ни были!
Он вновь поднялся и, продолжая испускать проклятья, двинулся в коридор.
Подойдя к двери, Йося осторожно заглянул в глазок. В парадной стояли трое: девушка - рыженькая, сексапильная, но лица не разглядеть из-за тусклого освещения, какой-то подозрительный здоровяк, лица тоже не видно, но уже по причине низкого расположения глазка и последний - молодой парень, лицо видно и это…
«Кара небесная, да что ему таки еще от меня надо? – простонал хозяин квартиры. – Может притвориться, что меня нет дома?»
– Йося, не дури, мы знаем, что ты дома! – донеслось из-за двери.
– Что вам от меня надо, господин чиновник особых поручений Федоров? – Йося хотел, чтобы это прозвучал грубо, надменно и недовольно, но голос дрогнул. – Мы же уже таки все решили и обо всем таки договорились, я подписал все ваши тайные бумаги, бланки и формуляры о неразглашении и наказании, и, как мог, загладил свою вину... Будь проклят тот день, когда я угодил в этот чертов временной разрыв! Пусть обрушится на этот день семь казней египетских!
– Да открой ты уже эту гребаную дверь, - раздался недовольный женский голосок, - здесь холодно, а мы мокрые!
– Мокрые? Почему? – удивился Йося, и руки сами собой нехотя потянулись к замку, все равно артачиться смысла не было.
Дверь отворилась, и хозяин квартиры увидел памятного ему по бытности попаданцем чиновника особых поручений Федорова в сопровождении двоих неизвестных. Все выглядели странно: взъерошенные, растрепанные и действительно мокрые с ног до головы. Да и одеты в какие-то исторические костюмы неудачников революционеров, которые когда-то пытались свергнуть монархию и так глупо прокололись на одной девчонке. «Да, девчонка потом натворила дел почище пресловутой Орлеанской девы, - подумал Йося. – С тех пор красный, как юбка у этой взъерошенной рыжей курицы, - взгляд на Юлю, - навсегда перестал быть символом революции. На его смену пришел черный, под которым новые революционеры пытаются прийти к власти. Но безуспешно. Охранка не дремлет». Вновь недоброжелательный взгляд в сторону Фадеева.
Игорек бесцеремонно оттолкнул Йосю, одетого в комичную пижаму: длинную белую ночную сорочку и колпак, и вошел в квартиру.
- Попепропешу попеанеккуранетданлоей, - взвинезгнлоул Ропезенлоберг нлоане грубопегопе ине смдуутданлоопе знлоанекопемдуопегопе здоперопевякане. Стдаанерый, нлоанемдуетдааненлонлоый еврейскиней гланез принегляделся.
– Ой!
– Вопетда нлое принедуриневанейся, хинетдаранея жинедопевсканея мдуопердане, - опебинеженлонлоопе хмдуыкнлоул Игоперек, – я тдаебя линешь слегкане в стдаоперопенлоу попедвиненлоул.