Чтение онлайн

Угрюмо хмыкнув на трибуну, поднялся ответственный за безопасность комплекса некто И.Д. Гринёк. Знал я этого субъекта только по фамилии и инициалам. Они постоянно мелькали в различных официальных документах, которые приходилось часто подписывать. Вот теперь хоть увижу воочию человека, отвечавшего за сохранность интеллектуальной и материальной собственности нашего проекта.

Собственно, напоминал он, скорее, каменную глыбу, нежели обычного человека. Громоздкий, широкоплечий. Казалось, в нём нет плавных линий. Только резкие и обрывистые штрихи. Завершал образ тяжёлый, словно давящий, взгляд светло-серых глаз из-под массивных бровей.

– Итак, перейдём к конкретике. Спасибо, Владислав Игоревич, – чуть заметным жестом он отослал предыдущего оратора и, прочистив горло, продолжил:

– В настоящий момент известно, что нанесены удары по всем наиболее крупным стратегическим целям евразийского материка. Атака произведена как межконтинентальными ракетами с различными версиями боеголовок, так и орбитальным энергетическим оружием. Вследствие чего затронуто множество населённых пунктов, и имеются огромные потери среди мирных жителей.

По его словам, об общей степени разрушений говорить было пока сложно, но уже сейчас понятно, что примерно 70 % всех подконтрольных территорий объединённых правительств превращены в пепел, и дальнейшая жизнь там невозможна. Что касается «противника» (хотя в данном контексте трудно говорить так о людях, совершивших столь самоубийственный поступок), то здесь данные чуть более размыты.

Тем не менее подтверждено попадание как минимум по 4503 целям. Зафиксировано также уничтожение всех важнейших военных баз и пусковых шахт в Северной и Южной Америке. Африка и Австралия пока не учувствуют в конфликте, но это не защитит их в случае срабатывания программы «Мёртвая рука».

Сделав небольшой перерыв в своём отчёте, Гринёк сделал глоток воды из любезно предложенной ему секретарём бутылки. Затем, переждав начавшийся ропот толпы от столь неприятных новостей и чуть повысив голос, вновь заговорил:

– Обобщая всё вышесказанное, могу сказать одно. Нам предстоит преодолеть множество трудностей. Мир вокруг нас решил сжечь себя в собственной ненависти, но у нас есть шанс спасти тех, кто может жить мирно. Не буду долго распинаться. Фронт работ каждый из вас получит от начальника отдела.

– Ограниченность во времени и ресурсах так же ставит определённые рамки, – продолжил он.

– Что касается человеческого фактора, то скажу сразу: паникерства и упаднических настроений я не допущу. Официально вводится закон военного времени, так что всё серьёзно. На сегодняшний момент я складываю с себя полномочия руководителя отдела безопасности и принимаю бразды правления всем комплексом, тем самым упраздняя совет директоров и вводя деспотический режим.

Вот тут у меня перехватило дыхание. Не успело ещё отгромыхать эхо войны, как у нас тут появился свой монарх. Неужели этот человек, действительно, хочет неограниченной власти? Но зачем? Или это нелепая попытка устроить пир во время чумы?

Мои раздумья прервали возмущённые крики, что неслись со всех сторон. Видимо, не только мне было непонятно это решение руководящего состава. Всё-таки учёные в большинстве своем – это свободомыслящие люди. А здесь нас буквально пытаются превратить в рабов.

Неожиданно наступила полная тишина, словно кто-то резко прикрутил звук. Непонимающе оглядевшись, я почти случайно заметил причину столь странного поведения толпы. Конечно, для меня эти серые фигуры в монолитных шлемах давно стали элементами интерьера – настолько привычно они вписывались в каждодневную рутину. Но теперь охранники, стоявшие до этого без единого движения, синхронно навели своё оружие на ошарашенных людей.

– Итак, думаю, сейчас все понимают, что демократия и подобные «власти толпы» отходят на задний план. Конечно, многие из вас будут не согласны с моим решением. Но позже, я уверен, вы одобрите мою точку зрения и, возможно, даже поблагодарите. Впрочем, довольно разглагольствований. Собрание окончено. Прошу всех направиться в индив-ячейки для получения дальнейших указаний, – закончил И.Д.Гринёк и, развернувшись, ушёл с трибуны.

Какое-то время вокруг царило всё то же гнетущее безмолвие, пока охранники, а теперь, возможно, «по совместительству» и стражники, не убрали «орудия смерти» в первоначальное положение к плечу. Вот тогда-то народ буквально взорвался яростными возгласами. Но прежней уверенности в них не было. Всё это, скорее, напоминало пустой лай собаки на прохожего.

Я же, решив не участвовать во всеобщем помешательстве, развернулся, и пока вокруг опять не образовалось активное движение, направился в «общагу». Война войной, а спать мне хотело безумно. Может, когда я проснусь, всё это окажется очередным дурным сном? В любом случае соображать нормально я сейчас был не в силах. Поэтому кое-как, на ватных ногах, добрался до нужного мне уровня и, не снимая рабочего комбеза, плюхнулся на первую свободную кровать. Как только моя голова коснулась подушки, сознание милосердно перешло из фазы бодрствования в свою альтернативу, а именно сон.

…

Тяжеловато просыпаться под вой сирены. Особенно когда кажется, что она орёт у тебя над самым ухом. Да и общая суматоха не способствует приятному пробуждению. Так что с трудом открыв глаза, я уже заранее был готов к самым негативным жизненным перипетиям.

Как оказалось, я был прав, хотя меня это совсем не радовало. Сменивший сирену голос с металлическим отливом вещал о начавшейся атаке противника. Подобная информация спросонья показалось мне дико абсурдной. Ну кто, скажите на милость, будет прокапываться через пару десятков метров радиоактивной расплавленной породы, что добить несколько сотен выживших учёных? Если только параноик – шизофреник, взявший на себя руководство столь нелепой атакой.

Впрочем, возможно, всё так и было, ведь и начавшаяся война была сама по себе абсурдной и несуразной. Тем не менее при всей нелепости происходящего мне приходилось иметь дело с совершенно реальными событиями. Как, например, с окружающей меня суматохой. Казалось, будто вооружённый противник уже вовсю разгуливает по уровню, отстреливая всех и каждого на своём пути. Но, судя по общему переполоху, всё активно к этому приближалось. В какой-то мере и на меня подействовал это начавшийся массовый психоз. Хотелось забиться в какой-нибудь уголок и постараться пережить всю эту безумную вакханалию.