На брудершафт со смертью
Шрифт:
– Да, нас предупреждали, мы согласны со всеми условиями и очень на вас надеемся, только, ради бога, найдите сына!
– Татьяна, умоляем вас! – На лице Софьи Михайловны застыло страдальческое выражение.
Закрыв за посетителями дверь, я прошла в комнату и достала свой заветный мешочек с косточками, тремя двенадцатигранниками, которые всегда помогали мне в сложных ситуациях принимать важные решения. Все зависело от того, какие цифры выпадут при бросании. А так как этим гаданием я пользовалась довольно часто, значения многочисленных цифровых комбинаций уже помнила наизусть. Я молила косточки, чтобы они дали положительный ответ на вопрос о том, стоит ли приниматься за это дело: ведь я им уже загорелась, к тому же все, что касается детей, для меня всегда свято. И косточки меня не подвели. Выпала комбинация: 16+26+6 – «Ведите себя так, чтобы, сохранив достоинство, пойти на разумный компромисс и быть оцененной по делам своим». Ну что ж, раз предостережений нет, значит, сама судьба решила: берусь!
Ровно через час я позвонила Заманским. Узнав, что никаких новостей нет, сообщила о своем согласии начать расследование, уточнила кое-какие детали, в частности, узнала адрес фирмы, которую намеревалась посетить завтра с утра.
Последний телефонный звонок был моему давнему другу Кирсанову. В отличие от меня, вольной натуры, часто идущей на компромиссы, если того требовали мои интересы, Киря был образцовым законником. Он работал в прокуратуре, и я часто пользовалась его услугами – в рамках закона, разумеется. В свою очередь, я не раз предоставляла ему результаты своих расследований, естественно, не в ущерб своим клиентам, и наши доблестные законники доделывали за меня черновую работу по расчистке общества от криминала. Так что интерес у нас был взаимный, а отношения корыстно-бескорыстные.
В данный момент меня интересовала сводка происшествий за прошедший день. Через десять минут Кирсанов мне перезвонил, и я облегченно вздохнула: ничего связанного с младенцами или их трупами в сводке не значилось.
Перед сном я прикинула план на завтра: фирма, опрос няни, потерпевших, остальное – по обстоятельствам.
Ну вот и ладушки. Завтра начинаю.
Левушка! Я найду тебя!
ГЛАВА 2
Утром, позвонив клиентам домой и узнав, что ничего нового не произошло, я решила действовать по составленному накануне плану. Итак, под первым номером – фирма. Не то что я надеялась там что-нибудь накопать, но и эту версию необходимо быль проверить: неизвестный телефонный звонок с угрозами мне не понравился. Однако не в пользу этой версии было то, что до сих пор не поступило никаких требований от похитителей.
Интересующая меня фирма «Антарекс» находилась на одной из центральных улиц города. Я подъехала туда в половине девятого утра. Открыв массивную дверь, которая, как ни странно, легко поддалась, я попала в просторный вестибюль. С правой стороны за столиком сидел охранник. Он поднялся мне навстречу и вежливо поинтересовался, кто я и к кому. Из утреннего телефонного звонка я знала, что Альберта Львовича сегодня в фирме не будет, так как он «не в состоянии работать, и нужно поддержать Соню», поэтому я назвала фамилию директора фирмы, отца Софьи. Охранник связался по телефону с шефом и, получив «добро», объяснил мне, как добраться до нужного кабинета.
В секретарской миловидная девушка быстро печатала на машинке и, ответив на приветствие, пропела:
– Михаил Самуилович ждет вас.
Постучав и дождавшись ответа, я переступила порог просторного кабинета, обставленного в современном офисно-деловом стиле. У двери меня встретил приятный мужчина лет пятидесяти. В нем чувствовалась врожденная интеллигентность, я бы сказала порода, которую не приобретешь ни за какие деньги, это дается свыше. Он приветливо обратился ко мне:
– Вы Татьяна? Мне позвонила Софья и предупредила о вашем визите.
Мы уселись в мягкие кресла.
– Спрашивайте, Танечка, что вас интересует, но, думаю, вряд ли стоит связывать эту историю с делами фирмы. А вообще, я так и полагал, что они еще хлебнут с этим ребенком. – Что-то не очень лестно о внуке, к тому же какие нервы! Пропал малыш, а он спокоен, как удав, – мелькнуло в голове.
– Почему вы так полагали? – с ударением на последнем слове спросила я.
– Да нет, это я к слову, – видно, поняв, что сказал что-то не то, поправился Михаил Самуилович. – Так что вам, Танечка, конкретно хочется знать?
– Софья Михайловна говорила, что были телефонные звонки с угрозами. С чем это может быть связано? – Я вопросительно посмотрела на собеседника.
– Попытаюсь объяснить, – неторопливо начал он, – в общем, так: в наш бизнес пытались вторгнуться посторонние, они хотели взять нас нахрапом, на испуг, но теперь уж не начало девяностых годов и, как вы понимаете, сферы влияния давно поделены. Самозванцев вежливо попросили. Поверьте, все уже улажено, и я стопроцентно уверен, что тут нет никакой связи с исчезновением ребенка.
Не верить ему у меня не было оснований. Еще минут пять мило побеседовав и выпив по чашечке кофе, мы распрощались.
Интуиция с самого начала подсказывала мне, что я тяну пустышку с этой фирмой, но ведь любую версию, чтобы исключить полностью, необходимо проверить. И все-таки что-то в этом разговоре мне не понравилось, осталась какая-то недоговоренность. А может, показалось? Ладно, пока идет этап сбора информации, поэтому анализировать следует позже, тем более что я уже подъезжала к дому Заманских, и нужно было настраиваться на разговор с ними и Катей.
Дверь мне открыла девушка лет двадцати пяти, как я догадалась, это и была Катя, няня Левушки. По осунувшемуся заплаканному лицу видно было, что ночь она провела не лучшим образом. Войдя в квартиру, я попала в просторный холл со встроенными шкафами и огромными зеркалами, зрительно увеличивающими его объем. Услышав мой голос, вышел Альберт Львович. Он помог мне раздеться и пригласил в гостиную, которая, несмотря на солидные размеры, выглядела очень уютно, благодаря уголку с мягкой мебелью, большому количеству цветов и огромному мягкому ковру, устилающему пол.
На второй этаж из гостиной вела оригинальная винтовая лестница, органично вписываясь в общий интерьер.
– Мы сегодня ночью глаз не сомкнули, – начал разговор хозяин дома. – У Софьи разболелась голова, и она с полчаса назад прилегла в детской. Катя тоже не спала, но я попросил ее подождать вас, ведь вы хотите с ней поговорить?
– Да, обязательно, и, если можно, наедине, – попросила я.
– Конечно, можно, проходите в мой кабинет, а я пока поднимусь к жене, узнаю, как она.
В кабинете мы присели на кожаный диванчик, и я попросила Катю рассказать, как все случилось. Она повторила то, что мне уже было известно, а я хотела услышать от нее, как выглядела женщина, похитившая ребенка.