Чтение онлайн

Веровах, – говорит пророк, – темже глаголах (Пс.115,1). Молитва без веры есть ничто – сеяние на камень. Верую в истинного Бога и веру свою выражаю стремлением к Нему, которое и может быть только чрез молитву, а потому и молюсь Ему, чая этим сподобиться Его милости. Молитва, по учению святых отец, называется материю всех добродетелей, поэтому в числе своих чад необходимо имеется и вера – яко первородная дщерь ее.

А что, по-видимому, молились святые и угодники Божии другими молитвами, то это вовсе не может служить нам благовидным предлогом и причиною уклонения от обязанности непрестанной Иисусовой молитвы, потому что нет ни одной молитвы, которая могла бы исключать присутствие Сына Божия, яко единого от Святые Троицы; и нет такой молитвы, в которой бы не присутствовал Он – един Ходатай Богу за человеки, Господь Иисус Христос. Есть молитвы к Отцу Небесному и Святому Духу, а более всего к Сыну Божию.

Но во всех молитвах, возносимых от земли на небо, Он есть Посредник, Ходатай и Примиритель, и потому всякая молитва, не во имя Его делаемая, должна быть суетна и безплодна, потому что Он составляет ее внутреннюю силу, хотя бы для чувственного слуха и не слышалось Его пресвятейшее имя.

Без Него недейственна никакая наша молитва – ни к Отцу Небесному, ни к Духу Святому.

Один только Он отверзает вход нашим молитвам к престолу благодати, яко Посредник между Богом и нами, яко Примиритель наш и Спаситель.

Отсюда необходимо вытекает такое заключение, что ничего не теряет в своем духовном приобретении, по внутреннему приближению к Богу тот, кто молится общими молитвами Святой Церкви с должным, конечно, вниманием, благоговением и правильным отношением своего ума и сердца к Богу и ко всему, что изложено в молитвах, равно и тот, кто исключительно все свое молитвенное упражнение производит Иисусовою молитвою, непрестанно читая ее днем и ночью, не должен надеяться на какое-нибудь преимущество, потому что сила того и другого моления состоит в одном, чтобы внутреннее чувство души соединить с Господом Иисусом Христом, предварительно очистивши его слезами покаяния, смирением и сознанием неизбежной нужды нашего единения с Господом.

Но дело в том, что при чтении продолжительных молитв, является немалая трудность, но причине многих предметов, там содержащихся, иметь ум свой единично прилепленным к Господу Иисусу, потому что разнообразие предметов держит его на себе, что в свою очередь, дает врагу немалую возможность всевать в ум молящегося и свои помыслы. Молитва же Иисусова, будучи чужда всего этого, прямо и непосредственно обращает все наше внутреннее существо ко Господу Иисусу Христу и тем дает нам легчайший способ единения с Ним, а врагу там уже нет места, чтобы сеять свои плевелы.

В доказательство сему можно привести учение святого Григория Синаита. Он делает вопрос: «откуда это различие, что одни учат много петь псалмов, другие – мало, третьи совсем не петь?»

Ответ: разрешение сего вопроса таково: которые деятельною жизнью, чрез многие труды и в долгие годы обрели действа благодати, те как сами научились сему, так и других учат. Они не верят тем, кои говорят о себе, что по милости Божией, достигли сего в короткое время – теплою верою, как говорит святой Исаак, и порицают таковых, будучи окрадаемы неведением и самомнением, других уверяют, что, если что бывает иначе, чем у них, то оно прелесть есть, а не действо благодати.

Не ведают они, яко удобно есть пред очами Господними внезапу обогатити нищего (Сир.11,21).

Укоряет и апостол тогдашних учеников, яко неведующих благодати, говоря: или не знаете себя, яко Иисус Христос в вас есть? Разве точию чем не искусни есте (2 Кор.13,5), то есть – за леность вашу непреуспеятельны.

Почему таковые и дивных свойств молитвы, действом Духа Святого производимых в некиих, не приемлют, не признают за истинные, по причине неверия и высокомудрия.

Деланий много, но они частны; сердечная же молитва велика и всеобъемлюща, как источник добродетелей, по Лествичнику (пункт 1, о молитве), потому что ею стяжавается всякое благо. Святой Максим говорит: «нет ничего страшнее помышления о смерти и велелепнее памяти о Боге», показывая превосходство сего дела. Некоторые же в нынешнее время даже и слышать не хотят: есть ли благодать, будучи, по великому нечувствию и невежеству, ослеплены и маловерны.

Добре также творят и те, кои совсем не держат псалмопения, если они преуспевают. Таковые не имеют нужды в псалмопении, но должны пребывать в молчании, непрестанной молитве и созерцании, если достигли просвещения.

Ибо они с Богом соединены и не должны отторгать ум свой от Него и ввергать его в смущение или в толпу помыслов.

Святой Лествичник говорит, что «для послушника (живущего в братстве) падение – есть своей воли следование, а для безмолвника падение – молитвы оставление или пресечение. Ибо ум таковых прелюбы творит, когда отступает от памяти Божией, как от жениха, и с любовию емлется за другие последнейшие вещи».

По поводу всего вышесказанного можно сказать со всяким страхом, благоговением и смирением, что молитва Иисусова, как выражение высшей любви, есть как бы сокращение всего закона, совокупность совершенства. Как и Сам Господь Иисус Христос есть краеугольный камень и основание, на котором все оно держится – есть, можно сказать, его внутренняя сила и содержание. Как исповедует сие Святая Церковь в чине Божественной литургии: исполнение закона и пророков Ты еси, Христе (Служебник).

Ибо как Ветхое Писание, так и Новое предметом своим имеют одно: спасение рода человеческого во Христе Иисусе.

Первое слово о Спасителе мира было произнесено еще в Раю, тотчас по грехопадении наших прародителей, и оно названо святыми отцами первоевангелием, и от тех пор Он не переставал быть в человеческом роде, не только по своим Божественным свойствам: вездеприсутствию, вседержительству, управлению, промышлению и прочим качествам, но и по принятому Им на Себя делу домостроительства нашего спасения.

Все ветхозаветные Богоявления, по разуму святых отцов, были явлениями Сына Божия. Он был Один из трех Странников, Коих угощал патриарх Авраам под дубом Мамврийским. В силу его заслуг, яко Агнца заколенного от сложения мира (Откр.13,8) даваемы были откровения патриархам. Он только мог умолить Отца Своего Небесного, чтобы Дух Святой снисшел на пророков, как потом нисшел Он на апостолов (Ин.14,16).

Вследствии чего и говорится о пророках, что ими руководил Дух Христов (1 Петр.1,10). Он был посредником между Богом и людьми, когда среди громов и молнии давался народу еврейскому Закон Божий на Синайской горе. О Христе писал Моисей (Ин.5,46), о Христовых страстях и о словах, яже по сих предвозвестили пророки (1 Петр.1,11) и свидетельствуют все ветхозаветные Писания (Ин.5,39), и Он всегда был и есть основание нашего спасения, по слову святого апостола: основания иного никтоже может положити паче лежащего, еже есть Иисус Христос (1 Кор.3,11) [из богословия Макария, митрополита московского].