На Грани
Шрифт:
— Как вам будет угодно, — протектор не стал настаивать. — Если же герцогине случайно все-таки станет известно об участии короля, то всегда можно сказать, что его величество из скромности умолчал о своей роли в вашем спасении.
— А теперь скажите, зачем я вам понадобилась? — Тэсс решила перейти к делу.
— Мне хотелось бы обсудить с вами одну любопытную деталь, на которую я обратил внимание, когда доставил вас вчера в покои принца…
— Доставили? — девушка не поняла. — Что-то я не помню…
— Логично, — Торн пожал плечами. — Вы же спали. Я отнес вас на руках.
— Серьезно? — Лотэсса не на шутку удивилась. — Вы лично отнесли меня?
— Ну не мог же я доверить бесценное тело своей будущей королевы кому-нибудь из гвардейцев или тем более слуг. Его величество не одобрил бы подобного пренебрежения.
— А что же он сам не соблаговолил отнести свою драгоценную невесту в постель? — язвительно поинтересовалась она.
— Он порывался, — мужчина как-то странно взглянул на нее. — Забыв о руке, которую искромсал до кости осколками стекла, спасая вашу бесценную жизнь и красоту.
Лотэсса испытала нечто похожее на стыд, осознав свой промах. Но, разозлившись на себя, досаду, естественно, решила сорвать на спутнике.
— Я не просила меня спасать, — пробормотала она.
— Разумеется, как в первый, так и во второй раз…
Девушка не поняла, что он имеет в виду, но уточнять не стала.
— Впрочем, мы отвлеклись, — Торн вновь был совершенно бесстрастен. — Я хотел поинтересоваться, куда исчезло кольцо.
— Какое еще кольцо? — внутри у Тэссы все сжалось. Она-то, естественно, поняла, о чем идет речь.
— Кольцо Йеланда Ильда, точнее, всех Ильдов, — спокойно пояснил мужчина. — До вчерашней ночи вы носили его на среднем пальце правой руки… по крайней мере, во время завтрака у короля оно было еще при вас.
— А вы наблюдательны, — зло бросила Тэсса. — Даже чересчур.
— Замечать разного рода мелочи — или, точнее, то, что кажется мелочами другим — часть моих обязанностей, — он пожал плечами. — Так где кольцо?
Девушка лихорадочно думала. Имеет ли она право рассказать правду и натравить Торна на королеву? Конечно, тарнийка была с ней почти груба, но это еще не повод подвергать ее преследованиям новой власти. И потом, скорее всего, Шафира действительно хотела оставить кольцо мужа как память о нем, и если его отнимут… Размышления Лотэссы были бесцеремонно прерваны Торном.
— На вашем лице слишком ясно читается ход ваших мыслей, энья Линсар, — вздохнул протектор. — Так что хватит выдумывать идеальную ложь, скажите правду. Версию, что кольцо утеряно, можете даже не оглашать. Это имело бы смысл, умей вы лучше скрывать свое волнение.
— Я отдала его Шафире Тарнийской, — слова давались ей с трудом. — Ее величество попросила меня вернуть драгоценность, принадлежавшую ее супругу.
— Сейчас эта драгоценность принадлежит казне, — возразил Торн. — Пока вы носили кольцо Ильдов на руке, я не видел смысла в изъятии. В конце концов, оно было в сохранности и у нас на глазах. Но теперь…
— Но королева имела право его забрать, — Тэсс, еще недавно сомневавшаяся в этом, теперь из чувства противоречия встала на сторону Шафиры.
— А мы имеем право забрать его у нее, — парировал мужчина. — По крайней мере, поинтересоваться, с чего ей столь внезапно понадобилась королевская регалия.
Бедная королева! Теперь ей не дадут спокойно вернуться в Тарнику. Лотэсса, хоть и была в курсе планов Шафиры, раскрывать их Торну не собиралась. Благо он и не требовал, очевидно, удовлетворившись тем, что услышал.
Тем временем они подошли к покоям Линсаров. Дверь открыла одна из фрейлин — долговязая Вайрис. При виде гостей девица сдавленно ойкнула, а за ее спиной уже возникла герцогиня собственной персоной. Мирталь была облачена в утреннее платье — свободное и прозрачное. Нежный персиковый цвет, надо признать, очень шел к маменькиному лицу, придавая ему свежий вид.
— Эн Элвир, какая неожиданная радость, — проворковала женщина, но, кинув взгляд на дочь, изменилась в лице. — Светлые богини! Тэсса, на кого ты похожа?!
Уж матушка-то не сочтет, подобно Торну, что с Лотэссой все в порядке и она выглядит восхитительно, как, впрочем, и всегда…
— Я могу все объяснить, — поспешил заверить протектор, избавив девушку от необходимости объясняться с матерью, за что Тэсс ощутила к нему нечто похожее на благодарность. По крайней мере, он честно выполнял свою часть сделки.
Торн как можно сдержанней поведал о «трагической случайности» с зеркалом, попутно выразив желание поговорить с дамами, прислуживавшими Лотэссе накануне вечером. Пожелание это было высказано небрежно и между делом, словно разговор не имел особого значения, а был, скорее, досадной формальностью. Мирталь, естественно, ни в чем не могла отказать столь важному гостю, более того, всячески старалась угодить.
Глядя на мать, девушка подумала, что той куда приличнее было бы переодеться, находясь в присутствии постороннего мужчины. Но сама эна Линсар, очевидно, так не считала. Конечно, она отдавала себе отчет, что утреннее одеяние идет ей чрезвычайно. Нежный цвет делал женщину почти юной, свободный покрой и прозрачная ткань являли взору формы все еще довольно соблазнительные. Короче, утренний наряд, в отличие от обычных платьев, открывал то, что обычно скрыто, но при этом скрывал все, что не слишком уже молодой женщине хотелось скрыть. Но щеголять в таком виде перед протектором — просто бесстыдство! И где, интересно, отец?
Но Торн не обращал внимания на красоту стареющей герцогини, он был занят расспросами. Дамы все как на подбор твердили одно и то же: они внезапно поняли, что должны уйти. Да, да, именно должны, а не просто желают. Каждая из них осознала, что совершенно необходима герцогине и как можно скорее. А потому, как только какая-то из них (уже не могли вспомнить, кто именно) первой огласила свое желание покинуть молодую госпожу, остальные немедленно присоединились.
— Бред какой-то, — вполголоса пробормотал протектор.