Чтение онлайн

— Сам ты… — от обиды Игорь разбегается и пытается толкнуть Громова. Тот — его ровесник, только выглядит намного крепче и взрослее. Недаром несколько поколений военных докторов в семье. Олег успевает схватить хлюпика за шкирку и отступить, направив дальше по траектории. Потёмкин пролетает мимо и врезается в кучу листьев, наметённую дворником с утра.

— Да что ты делаешь? — Рита подскакивает и начинает бить маленькими кулачками в грудь. Это совсем не больно. Он хватает её за локти, сжимает, крепко встряхивает, чтобы она остановилась, пытается достучаться.

— Рита! Милая! Идём со мной, что этот… прости Господи… может дать тебе? Да он даже не способен постоять за тебя!

— Не твоё дело! Это моя жизнь! Отвали! — она вырывается и порывается отойти, но Олег бросается следом, хватает, разворачивает и целует. Рита же хочет освободиться, но не может. И тогда…

Громов ощущает удар чем-то тяжёлым по спине. Отпускает Риту, разворачивается — это он. В руках у Потёмкина сломанный сук, которым парень вновь замахивается. И Олег от злости бросается вперёд. Хватает палку, вырывает из его рук и наносит Игорю удар в челюсть, но не даёт упасть, берёт за воротник и вновь бьёт… и снова… Лицо его заливает кровь, много крови, море…

Сознание вернулось слишком быстро, пронзая голову сильной болью. Олег медленно встал, скидывая с себя обломки дерева. Через развороченные стены виден коридор, кое-где горят доски, освещая руины, оставшиеся от жилищ.

На месте коридора, где недавно пробегал Олег, ничего нет. Словно взрыв выгрыз из поселения шар объёмом в пять метров, а далее — фрагменты комнат и коридоров на два этажа вверх и вниз, ощерившиеся, словно зубами, изломанными и обожжёнными досками, выдранными металлическими листами и несколькими телами людей, не вовремя находившихся в зоне взрыва.

Одноглазого завалило обломками, из-под них выпала рука и растеклась лужа крови. Она медленно расползалась вокруг ноги Олега и капала в образовавшуюся пропасть. На одной из стен висел изогнутый АКСУ, наглядно указывая Грому, что причина и жертва катастрофы — Кондрат, а вернее — взрывоопасное содержимое его рюкзака. Покойся с миром…

Мужчину покачивало, в ушах звенело, но не было времени отдыхать. Потёмкин вполне может скрыться, а деревянная конструкция вот-вот рухнет: треск дерева и пошатывание пола становятся все ощутимей.

Олег, прихрамывая, пошёл по коридору в ту сторону, где видел силуэт в плаще. Нужно догнать, нужно схватить. Потёмкин… сука!

***

Юрий Соколов некоторое время ещё наблюдал за крышей, но, знать, любопытный идиот, так удачно подставившийся под пулю, на самом деле мёртв. Кто же высматривает стреляющего, когда убивают рядом стоящего человека? М-да… Но внутри появилось туманное чувство, будто всё очень просто получилось. Сокол за несколько мгновений снял караульных с крыши; Гром, судя по грохоту, удачно вломился в обитель выживших и до сих пор хозяйничает там, так как стрекот «Печенега» почти не стихает. Как-то неправильно. Нечасто судьба и удача настолько благоволят людям. Особенно последние двадцать лет.

Но нужно сворачиваться и догонять вперёд ушедших. Сокол ещё раз сквозь оптику осмотрел крышу здания — никого, встал с удобного холмика и огляделся: дорога впереди, покинутая деревушка сзади, по правую руку — всё ещё покрытая туманом дамба водохранилища, а после дамбы — речка. Он поднял на лицо чёрный платок и зашагал к заводскому зданию, словно корабль, плывущему по туману.

Странно было входить в это белёсое облако, стелящееся по земле, будто и не по твёрдой почве идёшь, а где-то в небесах. Всё вокруг расплывчато и нереально, тёмные силуэты возникают по сторонам, иногда пугают похожестью на что-то. Искривлённое дерево, дорожный столб или старый автомобиль — всё искажается и превращается в причудливых чудищ, и создаётся ощущение, что они живые. Настолько сильно туман изменяет знакомые очертания предметов.

Вот вроде человек. От лёгкого перемещения воздуха он колышется. Опять, наверное, какой-нибудь пень или изогнутый и скрученный неведомыми силами фонарный столб. Но нет, теперь он принимает очертания уродливого чёрного существа, неподвижно застывшего у Сокола на пути. Аж мурашки по коже — так это реалистично. Но вот наплывает более плотный слой тумана, и существо снова превращается в зыбкий фонарный столб, скрученный и чуть-чуть завалившийся набок. Отменная игра с миражом, самое то, чтобы пощекотать себе нервы.

Снайпер прошёл мимо темнеющего в тумане силуэта, он был спокоен, хоть и чуть напуган: мало ли что привидится в столь зыбком белёсом мареве…

Внезапно краем глаза он уловил движение, лёгкое и молниеносное. Повернулся, а чёрный силуэт растворился в «белом молоке», словно его и не было. Вновь мурашки побежали по телу, но… это ведь просто туман? А холодок пробрался уже в душу. Туман туманом, но не могут предметы исчезать настолько быстро. Снайпер обернулся и увидел его: чёрное в лохмотьях существо, похожее на человека. Оно стояло перед ним и протянуло руку настолько стремительно, что Сокол не успел среагировать. Юра вдруг понял, что висит над землёй, удерживаемый всего лишь одной клешневидной лапой. И сколько он ни бился, сколько ни дёргался, не мог вырваться из сильного захвата. В глазах потемнело. Соколов, чуя неминуемую смерть, попытался направить на существо винтовку. Но не смог: монстр оказался слишком силён. Последнее, что услышал Юра, был ужасный взрыв, страшным звуком разнёсшийся по округе.

***

— Стой! — Семён подставил руку, чтобы придержать Яра, вынырнувшего следом из-за угла. Юноша остановился, вытянув шею, чтобы увидеть, что происходит за поворотом. Последний прямой коридор вёл к железной двери в бетонной стене, а проход напуганные нападением жители Кольчугино перегородили мешками с песком. Двое бойцов с ружьями наготове всматривались во тьму впереди, откуда, по их мнению, должен выйти приближающийся неизвестный с пулемётом наперевес, расстреливающий где-то в глубине всё подряд. Звуки стрельбы действительно приближались, и надо было что-то делать, но дробовик забрал с собой Игорь. — Чёрт! Засада!

И это действительно была засада: спереди защитники, сзади нападавшие, а Яр с Семёном оказались зажаты меж двух огней в прямом смысле. И пространство это неуклонно сжималось.

— Стой здесь! — прошептал юноша на ухо Волкову. — Я быстро.

И исчез в коридоре, ведущем вглубь здания.

Судя по звукам выстрелов, работала команда из нескольких человек, и они разбрелись сейчас по лабиринту ходов нижнего этажа, что несколько упрощало задачу. Яр на слух отделил автоматные выстрелы от пулемётных и направился по узким проходам в ту сторону, откуда доносились звуки перестрелки. Это не было безумством, а лишь желанием испытать возможности перерождающегося нового организма. Чем бы ни был вирус, он дал Яросу силу, о которой юноша и не мечтал. Кто знает, чем ещё наградила его необычная болезнь?