Чтение онлайн

– Как будто бы неплохо!

– Слава Богу, – заметил Коберн. – Я не в состоянии больше пить чай даже для спасения собственной жизни.

Человек, расцеловавший Рашида, подошел к машинам. На нем было толстое шерстяное пальто.

Он поздоровался за руку со всеми американцами.

Рашид и оба охранника сели обратно в машины.

Через несколько минут они уже поднимались по горному склону к погранзаставе.

Пол, который вел вторую машину, вдруг снова вспомнил о Дэдгаре. Четыре часа назад в Резайе ему казалось разумным отказаться от перехода границы верхом на лошади, который был задуман, чтобы избежать появления на дороге и погранзаставе. Теперь Пол уже не был уверен в том, что им следует пренебречь этим замыслом. Дэдгар мог разослать фотографии Пола и Билла по всем аэропортам, морским портам и погранзаставам. Даже если на здешнем пропускном пункте нет правительственных чиновников, фотографии могут поместить где-нибудь на видном месте. Иранцы, похоже, всегда рады поводу задержать американцев и допросить их. В ЭДС постоянно недооценивали Дэдгара…

Погранзастава была ярко освещена мощными неоновыми лампами. Обе машины медленно проехали мимо зданий и остановились в том месте, где перекрывавшая дорогу цепь отгораживала иранскую территорию.

Рашид вылез из машины.

Он поговорил с охранниками на погранзаставе, затем вернулся и сказал:

– У них нет ключа, чтобы открыть замок и опустить цепь.

Вся группа тоже вышла из машин. Саймонс сказал Рашиду:

– Перейди на турецкую сторону и посмотри, там ли Булвэр?

Рашид исчез. Саймонс поднял цепь и убедился, что «рейнжроверы» под ней не пройдут.

Кто-то нашел несколько досок и положил их на цепь, чтобы посмотреть, нельзя ли переехать через нее по доскам. Саймонс отрицательно покачал головой: нет, это не получится.

Он повернулся к Коберну.

– Нет ли там в багажнике среди инструментов ножовки?

Коберн вернулся к машине.

Гэйден сказал Полу:

– Тебе нужно решить, что делать с этим паспортом.

– Что ты имеешь в виду?

– По американским законам за подделку паспорта взимается штраф в десять тысяч долларов, а за пользование им полагается тюрьма.

– Правильно, – подтвердил Саймонс – Как только выберемся из этой проклятой страны, станем соблюдать все законы. Мне вовсе не улыбается вытаскивать вас еще и из турецкой тюрьмы.

Пол отдал свой паспорт Гэйдену. Билл сделал то же самое. В свою очередь, Гэйден отдал паспорта Тэйлору, а тот спрятал их за голенище своих ковбойских сапог.

Появился Коберн с ножовкой. Саймонс взял ее у него и принялся перепиливать цепь.

Иранские охранники подняли крик и кинулись к нему.

Саймонс перестал пилить.

С турецкой стороны вернулся Рашид. За ним шли двое охранников и офицер. Рашид поговорил с иранцами, а затем обратился к Саймонсу:

– Нельзя перепиливать цепь. Они говорят, что нам придется остаться здесь до утра. Да и турки не хотят, чтобы мы переходили границу сегодня ночью.

Саймонс буркнул Полу:

– Пожалуй, вам придется заболеть.

– Что вы имеете в виду?

– Если я скажу вам заболеть, заболейте. Ясно?

Тут Пол понял, что задумал Саймонс: турецкие пограничники захотят поспать, а не торчать около кучки американцев; но, если одному из них понадобится неотложная медицинская помощь, охранники едва ли посмеют отказать им. Турки ушли на свою сторону.

– Что нам теперь делать? – спросил Коберн.

– Ждать, – ответил Саймонс.

Все, кроме двух иранских охранников, ушли в служебное помещение. Было очень холодно.

– Делайте вид, что мы готовы ждать здесь всю ночь, – велел Саймонс.

Оставшиеся охранники тоже удалились.

– Гэйден, Тэйлор, – позвал Саймонс – Идите в служебное помещение и предложите охранникам деньги, чтобы они позаботились о наших машинах.

– Позаботились? – недоуменно воскликнул Гэйден. – Да они их просто украдут!

– Правильно, – подтвердил Саймонс – Они смогут украсть их, если разрешат нам уйти.

Тэйлор и Гэйден направились в домик охраны.

– Теперь пора, – сказал Саймонс. – Коберн, берите Пола и Билла и просто переходите на ту сторону.

– Что ж, пошли ребята, – велел им Коберн.

Пол и Билл перешагнули через цепь и зашагали. Коберн держался прямо за ними.

– Что бы ни случилось, продолжайте идти, – напутствовал их Коберн. – Если услышите крик или стрельбу, бегите вперед, но ни в коем случае не останавливайтесь и не возвращайтесь.

Саймонс присоединился к ним.

– Идите быстрее, – приказал он. – Я не хочу, чтобы вас застрелили здесь, у черта на куличках.

До них доносились обрывки спора, который начался на иранской стороне. Коберн повторил:

– Никому не оборачиваться, идти только вперед.

Там, на иранской стороне, Тэйлор достал пачку денег и держал ее в руке. Охранники смотрели то на деньги, то на переходящих границу четырех мужчин, то на два «рейнжровера», каждый из которых стоил, по крайней мере, двадцать тысяч долларов.

Рашид говорил охранникам:

– Мы не знаем, когда вернемся за машинами. Может быть, нескоро.

Один из охранников перебил его:

– Все вы останетесь здесь до утра.

– Машины очень дорогие, и за ними нужно присмотреть…

Охранники переводили взгляд с уходящих людей на машины и не могли решить, что делать.

Пока они колебались, Пол и Билл перебрались на турецкую сторону и вошли в домик, где размешалась турецкая охрана.

Билл посмотрел на свои наручные часы. Они показывали одиннадцать часов сорок пять минут вечера. Сегодня четверг, 15 февраля. Значит, вчера был День Святого Валентина. 15 февраля 1960 года он надел Эмили обручальное кольцо. Через шесть лет 15 февраля родилась Джеки. Сегодня она отмечает свой тринадцатый день рождения. Вот тебе и подарок, Джеки, подумал Билл. Твой отец пока еще жив.

Коберн вошел в домик вслед за ними.

Обняв его одной рукой, Пол сказал:

– Ну вот, Джей, ты и попал в «дом». [4]

На иранской стороне охранники, видя, что половина американцев уже в Турции, решили воспользоваться предоставившейся им возможностью и взять деньги вместе с машинами.

Рашид, Гэйден и Тэйлор направились к цепи.

Подойдя к ней, Гэйден остановился.

– Идите вперед, – обратился он к ним. – Я хочу уйти отсюда последним.