Шрифт:
ПРОЛОГ
«Подарите повелителю Дерры эту девушку», – раздался в моем наушнике металлический голос переводчика.
Я была единственной женщиной в зале, но, когда прозвучало это требование, я в растерянности огляделась по сторонам, а затем в упор посмотрела на одного из девяти глав Совета. Он тоже не спускал с меня глаз, в которых читалась странная смесь раздражения и азарта.
– Что? – опешила я и повернулась к переводчикам, которые сидели поодаль, уставившись в экраны: – Что он сказал?
Мои коллеги активно защелкали по клавишам, а я покрылась испариной в надежде, что все обойдется.
«Ульяна, – в наушнике прозвучал голос руководителя группы переводчиков, – это не ошибка. Они хотят, чтобы мы подарили тебя одному из них».
Я почувствовала, как жар поднимается из живота, охватывает все тело и предательски проступает румянцем на щеках. Мысли ураганом закружили в голове, не давая сосредоточиться на главном – мне нужно что-то ответить. Взгляд метнулся вверх, на глав совета, и столкнулись с глазами беловолосого хмурого незнакомца.
Это он!
Повелитель Дерры.
И, кажется, он меньше всего заинтересован в том, чтобы получить в подарок землянку.
Глава 1
Вертолет опустился прямо во двор моего маленького двухэтажного дома. Поднявшийся ветер качнул портьеру на кухонном окне, перед которым я ошарашенно застыла с чашкой горячего кофе в руке и единственным вопросом: «Какого черта здесь происходит?»
Наблюдая, как из вертолета выпрыгнули военные и побежали к моему крыльцу, я покрылась холодным потом. Может, я делала слишком много странных запросов в сети, и меня приняли за террористку?
Не дожидаясь, когда незваные гости выломают дверь, я вышла на крыльцо прямо в пижаме. Вместо привычного летнего утра, пробудившегося над сонным городком, за моим порогом стоял руководитель полетов космической программы «Проксен» (прим. – в переводе с греческого лицо, оказывающее помощь и гостеприимство) Марк Одинцов, который полгода назад отклонил мою кандидатуру на участие в космической миссии в качестве переводчика. И теперь вот заявился… таким странным образом. Не припомню, чтобы приглашала его в гости.
Что бы ему здесь делать спустя столько времени?
На самом деле, Марк являлся не просто руководителем полетов, но и главным конструктором корабля, способного доставить земную дипмиссию до станции космического сообщества. И, признаюсь, его визитом я была заинтригована.
– Требуется ваша консультация, – сухо сказал он, переходя сразу к делу и игнорируя приветствия. – Собирайтесь.
Я молча сделала еще один глоток кофе, не спуская с мужчины взгляда. Я и с места не сдвинусь, пока мне все не объяснят. Полгода назад мне ясно дали понять, что в моих услугах не нуждаются. У меня не было ученой степени и регалий, по которым, собственно, и отбирали переводчиков. Что же изменилось сейчас?
– Вы зачислены в состав дипмиссии для участия в последнем этапе переговоров с космическим сообществом, – произнес Марк. – Поздравляю, вы полетите в космос.
Еще ни разу в жизни не слышала, чтобы кого-то запускали в космос против воли, если только речь не о Белке и Стрелке.
– Я… – слова застопорились у меня в горле.
На самом деле, получить подобное приглашение – моя мечта. Закончив университет и получив квалификацию лингвиста и переводчика, я всеми силами желала стать частью команды, которая наладит дипломатические связи с внеземным сообществом – Советом глав или Большой девяткой. Но полгода назад эта мечта рухнула именно по решению Одинцова.
– Возьмите документы и личные вещи, – поторопил он.
– Но… – я выставила вперед ногу и задрала широкую штанину пижамы, демонстрируя на лодыжке электронный браслет для отслеживания. – Я под домашним арестом за несанкционированный пикет в поддержку открытого космоса. Ну… и за сопротивление полиции.
Одинцов вздохнул и закатил глаза. Из-за его спины выступил один из военных и, встав на одно колено, легким движением руки освободил меня от надоевшего гаджета.
Если у них есть и такие полномочия, то у меня больше нет права выделываться.
– Минутку, – произнесла я, поставив чашку с остывшим кофе на тумбу, и бросилась на второй этаж через две ступеньки, чтобы собрать сумку.
Желала ли я в мыслях, чтобы Одинцов признал свою ошибку, узрел-таки во мне незаменимого специалиста – разумеется, да. Но если он сделал это сейчас – значит, его команда переводчиков не справилась, или случилось нечто пострашнее.
Военный конфликт?
Глупо думать, что мы, люди, можем быть соперниками межгалактическому Совету глав, который способен уничтожить нас вместе с целой планетой, пригнав сюда свой флот.
Натянув джинсы и толстовку, я перекинула через плечо лямку набитого рюкзака, прихватила с собой ноутбук и вернулась к Одинцову, не потратив на сборы и пятнадцати минут.
– Надеюсь, вас не укачает, – не удержался он от очередной шпильки в мой адрес, свидетельствующей лишь о том, что Одинцов лишь вынужден взаимодействовать со мной.
Он не спешил помогать мне с ношей. Винить его было нельзя – он меня недолюбливал.
– И куда мы едем? – спросила запоздало.
– На космодром, – сухо отозвался Одинцов. – Вы должны пройти подготовку. Обычно она занимает два года. У вас две недели.
– Почему вы, вообще, обо мне вспомнили? – спросила я, прежде чем мы погрузились в вертолет.
– Считайте, я в вас поверил, – бросил он в ответ.
Очень сомневаюсь, конечно.
Вертолет быстро взмыл в воздух, набирая высоту. Глядя вниз на летний причудливо-расчерченный ландшафт, я не могла поверить, что наконец стала членом космической программы. Это была мечта моего детства. Как только были рассекречены материалы НАСА, и люди узнали, что мы не одни во вселенной, а к Земле приблизились огромные корабли межгалактического Совета, я грезила тем, что когда-нибудь смогу посетить другие миры, наладить с пришельцами дипломатические связи, понять природу зарождения языка.