Чтение онлайн

Уже гораздо позже, после ухода Джейка, Челси вынула настоящий изумруд из гнезда, счистила эмаль с золота и расплавила оправу – так что от кольца ничего не осталось. Изумруд так хорошо сослужил свою службу, что Челси почти поддалась искушению использовать его еще раз, потому что уже мысленно прикинула, какой должна быть новая оправа. Однако осторожность взяла верх, и Челси с сожалением отказалась от столь рискованной затеи – она читала как-то, что большинство мошенников попадается именно из-за недостатка воображения – никто не желает изменить образ действий – все предпочитают действовать но однажды выбранному шаблону. Придется придумать что-то новое: пора продать бриллиантовый кулон. Если все пройдет гладко, она вставит камни в прежнюю оправу и оставит у себя кольцо, а заодно и несколько тысяч долларов. Потом она и бабушка просмотрят счета и решат, какие оплатить в первую очередь. После этого можно наконец подумать, как лучше принять английских друзей.

Всякое чувство вины, которое могла испытать Челси, исчезло при мысли о том, что наконец-то сделан первый шаг к восстановлению благосостояния семьи.

Поскольку последнее время Челси была занята собственным планом спасения домашних от полного разорения и избегала, насколько возможно, встреч с матерью и бабушкой, то не имела ни малейшего понятия о том, что ситуация в доме меняется к лучшему. Она очень устала, пробираясь как-то вечером через поток машин на шоссе Санта-Анна по пути из Ньюпорт-Бич, где продала кулон с поддельным бриллиантом за пять тысяч, поэтому, войдя в дом, подумала, что начала сходить с ума. В нос ударили знакомые запахи еды и чего-то еще… непонятного. Отбеливатель? Полироль?

Остановившись у стола, она просмотрела почту. Ничего. Подняв глаза, Челси заметила, что на зеркале не осталось пыли, а стол блестит и сверкает. Что, черт побери, здесь творится?

Челси поспешила на кухню и обнаружила, что милая, дорогая Каталина вернулась.

– Каталина! Господи, как я рада видеть тебя! – воскликнула она, обнимая кухарку.

– Мне тоже. Хорошо, что все по-старому, Челси. Ну как ты?

– Что ты здесь делаешь? – удивилась Челси и узнала, что Каталину переманили от теперешнего хозяина, пообещав большее жалованье. Челси была в восторге, но удивилась безрассудству женщины. Правда, она считала Томасов чем-то вроде своей семьи, но неужели не понимает, что им нечем заплатить ей?!

Каталина сообщила, что Леверн наняла ей в помощь горничную-латиноамериканку, новый садовник спешно пересаживает клумбы, пытаясь вернуть запущенному саду прежний вид. Откуда у бабушки появились деньги?!

Попрощавшись с кухаркой, Челси взлетела по ступенькам, постучала в дверь спальни Леверн и ворвалась в комнату, чтобы поскорее расспросить о причине столь неожиданных перемен.

– Ба, на прошлой неделе ты стонала и рыдала насчет кучи долгов, а теперь дом полон слуг. Откуда у тебя деньги? – настойчиво допытывалась девушка.

Леверн, сидевшая за туалетным столиком, полируя ногти, раздраженно подняла голову:

– Не смей говорить со мной подобным тоном! Кто ты такая? И нечего так кричать: Банни уже заснула, а ей завтра вставать чуть свет.

– Счета, бабушка: от доктора, больничные, за аренду – чем собираешься платить? – спросила Челси чуть потише, пытаясь сдержать раздражение.

Леверн устремила взгляд на дерзкую внучку и насмешливо бросила:

– А вот это, дорогая деточка, не твое собачье дело! Все оплачено. И к твоему сведению, Банни только сейчас получила прекрасную роль в лучшем фильме года! Она будет играть Аннабель в фильме Майка Стерна «Пришелец». Хилда сегодня закончила переговоры, поэтому… Ну, что ты об этом думаешь?

– Потрясающе! – ответила Челси, нисколько не растерявшись. – А как мама?

– Естественно, взволнована! Утром встречается с Майком для прочтения сценария. Мы уже поужинали, так что тебе придется есть одной.

Отвернувшись от внучки, она вернулась к прерванному занятию. Нельзя же с такими ногтями отправляться к режиссеру!

Челси не спустилась в кухню – ей было не до еды, желудок словно стянуло в тугой узел. Впервые с того момента, когда она пустилась в опасное приключение, желая раздобыть денег, девушка по-настоящему поняла, что наделала. Она совершила два тяжких преступления и ради чего?! Все зря! Бабушка с матерью, очевидно, не нуждаются в ее помощи, и теперь она вовсе не благородная разбойница, а просто преступница. Челси была смертельно напугана. Господи, о чем она только думала?!

На следующий день приехавшую из колледжа Челси встретил высокий темноволосый молодой человек в белой рубашке, черном галстуке и костюме цвета маренго. Слегка наклонив голову, он объявил, мягко, с еле уловимым британским акцентом:

– Добрый день, мисс Челси. Я Кларк, Эвери Кларк, новый дворецкий.

– Рада за вас, – процедила сквозь зубы девушка, протискиваясь мимо. – Где бабушка?

– В своей комнате. Прикажите доложить, что вы дома?

– Я вполне могу сделать это сама, благодарю вас, – рассерженно бросила девушка и поспешила наверх.

Не позаботившись постучать, она открыла дверь и увидела лежавшую на массажном столе Леверн. Коренастый молодой человек в белой хлопчатобумажной футболке с засученными рукавами, открывавшими мощные бицепсы, разминал ей спину.

– Привет, дорогая! – воскликнула Леверн. – Познакомься, это Рауль. Он только что сделал Банни потрясающий массаж, и я решила побаловать себя.

– Бабушка, мне нужно немедленно поговорить с тобой, – дрожа от гнева, начала Челси.

– Если у тебя какие-то неприятные новости, лучше отложить разговор. О-о-о, Рауль, вот здесь, здесь, разотрите это место немного энергичнее.

Вконец расстроенная, Челси выскользнула из комнаты, боясь что не удержится и выскажет такое, что Рауль не вынесет соблазна и разболтает во всех спальнях богатых клиентов. Проклятье! Дворецкий, массажист, платья от модельеров. Бабушка опять тратит, не считая, а ведь мама еще даже не подписала контракт! Неужели ни у кого из них нет ни капли разума!

Челси решительно направилась к себе, хлопнула дверью и остановилась в изумлении. Комната преобразилась – постель застелена, ковер чистый, занавески постираны и отглажены, книги и бумаги сложены на столе аккуратными стопками. И хотя Челси обрадовалась, все же мысль о том, во сколько это обойдется, не давала покоя.

В какую еще беду ухитрилась втравить их бабка? Донельзя расстроенная, Челси рухнула в кресло у письменного стола и опустила голову на руки, но, неожиданно заметив прислоненное к лампе письмо, озадаченно нахмурилась. Конверт был надписан незнакомым почерком, но сердце Челси неожиданно замерло – она увидела лондонский штемпель. На обратной стороне конверта красовался герб Эшфордов. Неужели от Уилса?!

Схватив нож для писем, она разрезала конверт и развернула коротенькую записку:

«Дорогая Челси!