На пути прогресса
Шрифт:
— Да!
— И прошёл кто-нибудь квест? — спросил я.
— Смеёшься? — удивился Эусторжио. — Конечно, нет! Иначе бы меня тут не было. Если бы кто-нибудь прошёл, я бы отсюда выбрался…
Мы замолчали. Зверь скрёбся внизу, пыхтел, но добраться до нас пока не мог.
— Скоро ты свалишься на землю, — заметил Эусторжио. — ВиДиАми не даст тебе долго сидеть… Прости, парень!
— ВиДиАми? — не понял я.
— Да! Жертвы жадности! Первые буквы!
— А… Эусторжио, у нас на русском будет немножко другая аббревиатура… — признался я.
— Да, точно… Разные языки, и всё равно все понимают друг друга, — кивнул Эусторжио. — Прости, я ничем не могу помочь. Тебе ещё не написали?
Раунд закончится через минуту! Вы будете считаться погибшим! Спускайся и дерись, трус!
— Написали, — я вздохнул. — Осталась минута. Эусторжио, можешь ответить на вопросы?
— Да-да! Задавай! — кивнул он.
— Сколько полян для возрождения существует?
— А, понимаю… Их три! — просветил меня итальянский игрок после пары секунд молчания. — Они все очень близко! Если забраться чуть выше, то все три можно увидеть.
— И выкидывает на них случайно? Или строго по очереди?
— По очереди! — подтвердил итальянец. — Этот бастард от волков знает их все!
— Ещё вопрос. Ты тоже ограничен десятью жизнями?
— Теперь уже нет! — Эусторжио покачал головой. — Я могу здесь гибнуть сколько захочу, парень! Я — просто системный сбой квеста! Ты не веришь мне?..
— Надо бы проверить! — кивнул я.
— Сколько осталось? — спросил Эусторжио.
— Двадцать секунд… — ответил я.
— Я появлюсь на поляне! Защити меня от своих! — попросил игрок и ничуть не хуже нашего планетоида сиганул головой вниз. Он всё-таки крикнул что-то вроде «Мама моя!» прямо перед землёй, а потом рассыпался чёрной пылью. Я посмотрел вниз, нашёл взглядом тёмную спину зверя и тоже прыгнул, выставив перед собой палку, подобранную на земле. Она была не слишком острая, но мало ли?..
Эта скотина как будто почувствовала моё приближение — и отошла. Я так и приземлился с палкой в руках на землю. Ноги прострелило такой болью, что из глаз брызнули слёзы.
Получен урон землёй — 13495
Жизнь 13005/26500
Такой боли со мной давно не приключалось… Знал бы прикуп — прыгнул бы сразу головой вниз! Да вот только умение… Умение снижает урон от падений… Я забыл!..
Вы испытываете адскую боль!
И это прекрасно!
Получен урон 5
Жизнь 13000/26500
Вы испытываете адскую боль!
Согласитесь, можно было подумать перед тем, как прыгать?
Получен урон 4
Жизнь 12996/26500
Вы испытываете адскую боль!
Расслабьтесь и попытайтесь получать удовольствие!
Получен урон 3
Жизнь 12993/26500
Вы испытываете адскую боль!
Надеемся, это послужит для вас уроком!
Получен урон 2
Жизнь 12991/26500
Вы испытываете адскую боль!
И вот уже сознание туманит!
Получен урон 1
Жизнь 12990/26500
К счастью, система не стала больше надо мной издеваться и отправила в темноту.
Доступный болевой порог превышен.
Вы без сознания.
Воздействие продолжается…
Вышел я быстрее, чем запустился таймер — что там зверю стоит мне голову откусить? И на поляне я появился очень вовремя, потому что мои спутники как раз собирались прибить Эусторжио. Когда я встал в полный рост за их спинами, они уже окружили его, а бедный итальянец пытался им всё объяснить.
— Стоять! — крикнул я.
— Филь, не мешай! — отмахнулся от меня Толстый.
— Мы нашли оборотня! — согласился Вислый.
Я поднялся, в два прыжка подскочил к лежащему на земле топору — тому самому, что взял под навесом в точке возрождения — и подхватил его.
— Тот, кто тронет его хоть пальцем — труп! — пообещал я. — И не из-за зверя, а потому что я сам убью!
Мои спутники остановились и в недоумении уставились на меня. Вперёд выступила Мадна, успокаивающе поднимая руки.
— Филь, успокойся, мы свои!
— Вы дебилы! Которые даже не натянули на себя одежду! — сообщил я. — А ты ещё и без оружия!
Мадна с удивлением уставилась на свои руки.
— Отошли от Эусторжио и построились! — приказал я. — Живо!
— Ребята, он дело говорит! — заметил итальянец. — Я тут ни при чём! А зверь скоро будет тут!
Зверь уже был тут… От одной поляны к другой он перемещался очень быстро. Мелькнуло белесое пятно, подминая под себя Мадну, так и не успевшую поднять с земли оружие. Закричала Маша, когда в её живот вонзились когти, а зубастая пасть сомкнулась на лице.
— Строй! В строй!!! — заревел я уже в который раз за эту дурацкую ночь. — Не помогать! В строй!