Чтение онлайн

– Ну что, командир, дождались!

И тут я задумался о том, а где моя Родина на самом деле. Родился я на Дальнем Востоке в Амурской области. По нынешним временам это территория Монголии. А Русь средневековая это два ногтя на карте. Даже Волга с Доном и те под половцами и булгарами. Марийцы и удмурты живут обособленно. Ни Урала, ни Сибири, а тем более Дальнего Востока.

– Господи-ин! – вернул меня на землю голос товарища. – Кончился, говорю, наш отдых?

– Собираемся, – махнул я рукой, окончательно отбрасывая муки совести. – На этот раз мы пойдём не с обречёнными, а с победителями.

Диландай никак не отреагировал на мою реплику, а лишь добродушно ухмыльнулся. Он давно привык к моим странным высказываниям.

Я догадывался, что кукловоды из непонятного мира не зря не выпускают меня из средних веков. Я им для чего-то нужен. И пока я не выполню свою миссию, путь в своё время мне заказан. Что же от меня требуется? Интересно, а могу ли я поставить им условие? И мне показалось, что могу. «Луиза! – само по себе вспыхнуло в сознании. – Она здесь ни причём. Оставьте ей жизнь, и я пойду хоть в пасть дракона!».

И сознание удовлетворённо отметило, что ставки сделаны и кем надо приняты.

«Смотрите!» – пригрозил я неизвестно кому, не думая о том, что в данном случае угрозы звучатсмешно.

Уйгуры были верными соратниками Чингисхана. В 1207 году они по доброй воле пришли под его руку. С тех пор бунчуки на уйгурских копьях участвовали во всех походах монголов. И к описываемому мной времени они были равными среди равных во всём монгольском войске.

Немного отступая от темы, хочу сказать, что уйгуры – великий народ. Его история уходит в прошлое на многие века. Первый раз письменные источники сообщили о них в начале первого тысячелетия, хотя упоминаются они гораздо раньше. Они строили свои государства. Их воины уходили в поход вместе с гуннами Аттилы. А через несколько веков они вернулись, называя себя хазарами, и стали бичём божьим для Византии и славян. Они были солнцепоклонниками хунну, а затем перепробовали манихейство, христианство, буддизм и, наконец, остановились на мусульманстве. У них была своя письменность, культура и осёдлая городская жизнь.

– Я вижу, ты не очень рад, – вывел меня из задумчивости голос неунывающего Диландая. – Не желаешь против своих сородичей идти?

– Вы что, сговорились что ли? – не выдержал я. – То принцесса, то ты! Ты бы лучше с ней помирился, а в своих делах я как-нибудь сам разберусь.

– Не выйдет, она меня боится.

– С чего бы это? – ответ куина меня слегка озадачил.

– Потому что я твой брат, – хмыкнул Диландай.

– И что с того?

– По закону уйгуров, если муж погибает, то на вдове должен жениться брат погибшего, – ответил куин. – Вот принцесса и переживает, что попадёт в мои железные руки. А у меня не забалуешь.

От неожиданности я расхохотался. А Диландай продолжил:

– Понимает девчонка, что я спуску не дам, вот и нервничает.

– О Аллах, до чего же ты мне надоел! – раздалось за спиной. – Ты не станешь моим мужем даже если низвергнутся небеса!

Услышав голос Тань Я, Диландай вжал голову в плечи и, совершив головокружительный прыжок, прямо с крыльца вскочил в седло своего жеребца.

– И-э-э! – всхрапнул от неожиданности жеребец и присел на задние ноги.

– Поеду, посмотрю, как там наши лошади! – крикнул куин как ни в чём не бывало, давая понять, что он отлучается по важным делам, а не сбегает от гнева принцессы.

В отличие от монголов уйгурские сотни шли обременённые провиантом.

– Я не хочу, чтобы мои воины голодали, – сказала принцесса, отдавая приказ снарядить дополнительных вьючных лошадей.

– Это не задержит вас в пути? – озаботился князь Хайдэ.

– Розыск пропитания займёт гораздо больше времени, да и лишние лошади нам не помешают, – уверенно ответила девушка. – Бату приказывает, чтобы мы поторапливались. Перебежчики доносят, что хан Алтынбек собрал большое войско и готовится дать сражение на берегах Яика.

– Насколько большое? – поинтересовался я.

– Больше нашего. Авот насколько – посчитаем их трупы, когда перебьём, – задорно тряхнула чёлкой Тань Я.

Перед походом она укоротила свою причёску наподобие каре модниц из ХХ века и теперь стала похожа на молоденького смазливого мальчика.

С родными прощались сдержанно. Такая уж суровая работа досталась воину, а слёзы в дорогу – преждевременная смерть.

– Берегите дочь, – отводя глаза в сторону, произнесла Тань Я.

Я же неловко топтался у неё за спиной. Мне было стыдно за то, что я не испытывал никаких отцовских чувств. Я смотрел на маленький, лупающий глазами комочек и ничего не ощущал.

Тань Я поцеловала девочку и передала мне. Я осторожно поднёс её к лицу и заглянул в глаза. Мне показалось, что девчонка снисходительно усмехается.

– Не тушуйся, папаша! – говорил её вполне осмысленный взгляд.

– Вся в маму, – покачал я уважительно головой. – Красавица.

– Страшно? – усмехнулась Тань Я, когда последние строения скрылись за поднятой отрядом пылью.

– Ты о чём? – состроил я невинное лицо.

– Видел бы ты своё лицо, когда держал Юлдуз. «Вся в маму». – Передразнила она меня противным голосом.

Глава 5.

ЗНАКОМСТВО С СИЛЬНЫМИ МИРА СЕГО

Как мы ни спешили, всё равно немного опоздали. Войска противников несколько дней назад вышли на исходные позиции и в ожидании битвы замерли. Они приглядывались друг к другу уже третьи сутки. Виною такой медлительности стал дождь. Никто из полководцев не решался нападать первым без поддержки лучников. В дождь тетива луков размокала и грозное оружие превращалось в обычные рогатки для стрельбы по воробьям.

Полем битвы стало место, где речка Илек впадала в Яик. Алтынбек расположил свой лагерь в междуречье.

– Братья, позади нас Великая Булгария, впереди дикая орда потомков Чингисхана. Отступать некуда, – сказал он так же, как скажет через несколько веков уже на другой войне замполит Клочков. – Лучше смерть в бою, чем доля презренного раба. Мы умеем бить врага. Монголам досталось от нас в 1223 и 1229 годах. Пёс Чингисхана Субедэй уполз отсюда хромой, а Батый со стрелою в спине. В этот раз мы не выпустим никого.

– Смерть врагам! Веди нас вперёд, доблестный Алтынбек! – разразилось криками многотысячное войско.