Чтение онлайн

Нарубила всем с плеча,

охладилась сгоряча.

Всё как всегда: разгар, запал атаки.

Идёт война, в ней побеждает, кто сильней.

Идёт война, она рождает страхи,

и прячутся все люди от людей.

А в чистом поле белая часовня

стоит веками: «Странник, заходи!».

Вокруг земля черна, и люди в чёрном,

но на святой земле есть островок любви.

И как бы жизнь тебя ни била,

душа стремится к Богу, воле вопреки.

На склоне лет боль сердце не забыла,

и ты ночами ищешь убежище в любви.

Оторваться душой, воспарить над толпой,

ощутить тишины невесомость.

Сбросить груз прошлых лет и подняться наверх.

Притяжения нет – всё условность.

Не жалея себя, улететь в облака,

прикоснуться к их белым завесам.

И забыться, обиды забыть навсегда.

И не верить чужим, посторонним советам.

Пусть темна будет ночь. Мысли тёмные прочь.

Я другим подчиняюсь законам.

Поднимаясь наверх, посмотрю я на всех.

Притяжения нет – всё условность.

Если бы у меня были друзья, а не враги.

Если бы печь сама пекла бы мне пироги.

Если бы деньги капали, как с небес вода.

Вот бы жизнь была бы у меня тогда.

А пока день за днём идёт, как всегда.

А пока с небес течёт лишь вода.

А пока мне почему-то не везёт.

Как бы мне хотелось жить наоборот.

В какой ещё стране найдёте

два праздника, два Рождества?

Так много поводов отметить

явление всем божества.

Ещё стоит нарядной ёлка,

ей две недели так стоять.

Ведь знают все, и даже дети,

что нам два года отмечать.

Мы каждый год семьёй встречаем

два раза праздник Новый год.

Так мы активно всем желаем

успехов и мечты полёт.

Мороз пришёл. Вода святая.

Но что-то шепчет: «Подожди…

Там, подо льдом, вода стальная,

как скальпель, режет по груди».

И на морозе раздеваться

сейчас при людях не грешно.

Так что так тянет искупаться?

Родиться заново? – Смешно.

Хоть тридцать градусов незримы,

но ощутимы для зимы.

А люди есть неколебимы,

устойчивые изнутри.

Заходят в прорубь, как в обитель

Святого духа Рождества.

И выйдут из неё, как дети,

очищенные от греха.

Стоит город по пояс в снегу, торжественно белый.

Заметает метель за прохожими каждый раз шаг.

Мечет грозный февраль свои снежные стрелы,

от морозов никак не сбежать, не укрыться никак.

Снится странный мне сон про пустыню от края до края,

по ступеням незримым наверх я иду.

В тишине осторожно и быстро шагая,

на виду я у всех, на вершине одна на виду.

Погаснет свет, затихнет звук,

коснётся улиц темнота,

и я одна останусь тут,

и буду ждать опять утра.

Когда луч солнца золотой

ко мне заглянет, наконец,

тогда огонь свечи ночной

растает, словно леденец.

Я все мечты от солнца спрячу,

и тайны все я сохраню.

Я больше в жизни не заплачу,

всю свою жизнь я изменю.

Никогда не верю чужим советам.

Обхожу преграды, боюсь высоты.

Если вдруг удача поманит светом,

я сделаю шаг до мечты.

Ты выбрал для себя

печальный мир луны,

а я живу лишь там,

где светит солнце.

Так стали мы с тобой

друг другу не нужны.

Тебе в свой светлый мир

закрыла я оконце.

Твой мир жесток,

короткий век

ему судьба нарисовала.

Ведь ты не жил, как человек,

и поздно всё начать сначала.

Закатилось вдруг колечко, не достать.

Так случилось: стало нечего терять.

Всё забылось, словно старое кино.

Это сердцу стало просто всё равно.

Захотелось снова помечтать,

только прошлое нельзя вернуть и ждать.

Видно, так завещано судьбой,

мне с другим остаться, не с тобой.

Вдруг накроет меня грусть, тоска.

Может, было что-то, что забыть нельзя.

Загорится в сердце огонёк,

затрепещет оно, словно мотылёк.

Прошлое – должно уйти, отстать,

не хочу колечко я искать.

Больше не вернуться мне назад.

Успокоюсь, зацветёт мой дивный сад.

Сколько было слёз в такой любви,

не было в ней роз, одни шипы,

ветер их унёс на дно реки,