На все времена
Шрифт:
И в страхе глупом и мятежном
Влачу тоскливые часы.
Минуты скучные считаю
С блаженной маскою глупца
И мусульманского творца
С надеждой втайне призываю.
Сентябрь 1987 года
Как жаль
Как сладко мне порой являться
В места, где мир твой находил,
Способность жизни удивляться,
Где я, мой друг, тобою жил.
Где мы делились сокровенным,
В ночной мечтая тишине…
Как жаль, что чувством вдохновенным
Туда являюсь лишь во сне.
Осень 1984 года
О ангел
О Ангел девственных долин,
Не искушённый злобой века!
Пусть дивный Феб своей рукой
Обожествит твои стремленья.
В тебе и мир, и вдохновенье,
И благородство, и покой,
И красота, и совершенство,
И неподкупное блаженство.
Весна 2001 года
VI. Посвящения одноклассникам и однокурсникам
Близорукость
На А. Вексельмана – одноклассника
Средь колб стеклянных и пробир –
Он нам ходячая наука
И наш моральный бригадир.
Но вот беда (и что за мука),
Пророчески объемля Мир,
Созданье это – близоруко.
Весна 1980 года
Другу (Д.Н.)
Ты помнишь сладостные лета
Когда восторженной мечтой
Мы наслаждались, как поэты,
Иль озиралися с тоской
К предмету юности забавной
И мыслью доблестной и славной
Несли торжественный покой?
Близь стены нравственного храма
Тогда не ведали забот.
И тени жизненных хлопот
И судьб неведомая драма
Нам были чужды, как Богам.
Надежду мы несли словам
И с восхищеньем ненапрасным
Дарили взгляд друзьям прекрасным
И речи верные устам.
Теперь иные в нас стремленья:
Молчим всё чаще, больше пьём,
Помалу забываем дом…
И от избытка нетерпенья
В нас нынче праведник восстал,
И добродетельных начал
Мы ищем первые мгновенья.
Зима 1982 года
К другу
Однокласснику – Д.Н.
Приди, мой друг, походкой резвой,
Мы восполним Цереры стол
Вином токайским, мыслью трезвой –
Esse est percipi [1] , монгол!
1
Существовать – значит быть воспринимаемым (лат.)
Когда Батый, твой предок славный,
Опять на Русь явился тьмой,
Стояли русские стеной,
Сказав характер своенравный.
Следила хитрая Европа
За продвижением границ,
Ползла уж к ней коварна стопа…
Но полно древности страниц!
Приди! Мы выпьем за Европы
И за народ тех дальних стран,
Кто протоптал торговлей тропы,
Обняв Руси вековый стан.
Восславим трирского гиганта
Философическим словцом
И перед греческим отцом
Воспламеним иллюзий Канта.
Да будет мир взаимный наш
Скреплён не гадостью портвейнской,
А жизнерадостностью рейнской
И торжеством разумных чаш.
Осень 1984 года
Младшему другу (Д. Т.)
Прими творений груз почётный
И вдаль! А там – познаний свет,
И Мир открытия несчётный,
И мудрость непрожитых лет.
Твори и властвуй! Жар глубокий
Неси в сознание других.
Тебе – теперешний мой стих
И Сердца помысел высокий.
Осень 1984 года
Однокурсникам
Друзья, спасибо за веселье,
За мыслей доброе вино,
За откровение, безделье…
Последнее порой дано
Нести нам долгие мгновенья,
Запечатлев в душе покой,
И с ненапрасным сожаленьем
Их вспоминать затем с тоской.
Но прочь уныния занозы!
Вослед затишью грянет гром
И счастья ласковые грёзы
Исчезнут разом… И потом
Воспрянет прежний дух ученья –
Разумный кладезь наших дней,
И шелест лавровых ветвей
Нам будет музыкой стремленья.
Барнаул. Стройотряд.1985 год
VII. Мини-поэмы
Филателисту
В дневник двоюродного брата Константина
Послушай, страстный собиратель,
Давно ль средь радостных чудес
Ты выбрал это?… Как Зевес,
Как Мира доблестный создатель,
Взираешь ты на дивный ряд
Роскошных маленьких творений,
Где лица прошлых поколений
Нам о грядущем говорят…
Взгляни! Вот видишь, в злой пустыне
Добряк горбатый нам предстал,
Своей торжественной гордыне
Он верен, как горцу кинжал…
Вот взгляд пантеры возбуждённый
Скользит средь девственных лиан,