Чтение онлайн

В просторном холле с мраморным полом и ослепительным электрическим освещением сидело человек пятьдесят, примерно такое же число вместительных плевательниц было расставлено вокруг. То, что последние занимали свое место вовсе не зря, я почувствовала еще в дверях.

Мы преодолели примерно половину пути к широкой, устланной красным ковром лестнице, когда из дверей – судя по шуму, клубам табачного дыма и запаху спиртного, это был бар – прямо на меня вылетел человек. Миг спустя он уже лежал у моих ног – а оседлавшая его Юлла пыталась завязать его руки двойным морским узлом.

– Доволь… ай… хва-а-а…

– Оставь его, – вздохнула я. – Столь нетрезвое создание неспособно совершить даже убийство таракана.

Юлла выполнила мой приказ «с довеском», не только отпустив несчастного, но и вернув ему – одной левой, без всяких видимых усилий! – вертикальное положение. Обретя свободу, человек, теперь я смогла разглядеть, что это был мужчина лет тридцати, поправил воротник сорочки, отчего тот еще более перекосился, и манерно раскланялся.

– Благодарю за спасение, о прелестная эльфийская дева.

Признаюсь, я удивилась – по моим представлениям, человек со столь высоким содержанием спирта в выдохе не мог бы простоять на ногах и двух ударов сердца, не говоря уже о том, чтобы произнести связную и соответствующую обстановке фразу.

Видно, эта же мысль посетила и Юллу, потому что та немедленно развернулась к незнакомцу боком, а угловатый предмет под плащом приобрел еще более угрожающие очертания.

Человек это заметил.

– Прошу вас, черная богиня, не надо делать из меня решето, – рассмеялся он. – Хоть я и не боюсь этого столь же сильно, как остальные в этом зале, но все равно залечивание дыр от пуль – чертовски долгое и утомительное занятие. Право, я и без того готов хоть десять раз признать себя побежденным. Николай Рысьев к вашим услугам, – отрекомендовался он и после неуловимой паузы добавил: – Граф. Потомственный. Вампир.

– Вы из Трансильвании? – с любопытством спросила я.

Человек скривился.

– Нет. Из Сибири.

– Сибирь – это в России, там, где холодно? – уточнила я свои географические познания.

– Да, – кивнул вампир. – Особенно зимой.

– А… – начала было я.

– Прошу прощения, граф, – неуловимым движением Юлла вклинилась между нами. – Но мы спешим.

– Понимаю… и не смею вас задерживать, – граф отвесил еще один поклон. Невероятно – но все его движения были четкими, выверенными и прекрасно скоординированными. Похоже, рассказы наставника Умхара о нестойкости людей к спиртному нуждаются в корректировке… по крайней мере, применительно к сибирским вампирам.

– Надеюсь, вы все же позволите мне питать надежду, что следующая наша встреча будет не столь скоротечна?

– При условии, – настойчиво подталкиваемая Юллой, я все же попыталась выдать Николаю одну из своих «коронных» ослепительных улыбок, – если она не начнется с того же, что и эта.

– Это невозможно! – выкрикнул вампир вслед мне. – Любой, кто видит вас, прекрасная леди, немедленно оказывается у ваших ног.

Мы должны были остановиться в лучшем номере отеля. Наверное, решила я, приступая к осмотру своих новых владений, это и впрямь обстоит именно так – анфилада комнат, каждая из которых была больше всех моих покоев в королевском дворце. В гостиной можно устраивать приемы на сотню гостей, на кровати в спальне – кавалерийские смотры, а на столе в столовой…

Увидев поднос посреди стола, Юлла недобро прищурилась. Меня же хватило лишь на то, чтобы не завизжать.

Широкий серебряный поднос был залит густой красной жидкостью, из которой торчала головка небольшого зверька с крупными, на полмордочки, глазами.

– К-кто это?

– Лемур, – наклонившись, Юлла рывком выдернула из-под подноса не замеченный мной вначале лист бумаги. – Хм-м. Любопытно. И весьма занимательно.

– Лемур?

– Некоторое время назад, – поучающим тоном произнесла стражница, – английский натуралист по имени Чарльз Дарвин выдвинул теорию, согласно которою все гуманоидные расы произошли от различных видов обезьян. Гномы – от макак, люди – от горилл, ну а эльфы, соответственно, от лемуров.

Даже не знаю, что меня удивило больше – то, что Юлла сумела сделать подобный вывод, или тот факт, что она вообще слышала о создателе эволюционной теории. Среди Перворожденных подобная теория, разумеется, не могла пользоваться популярностью – хотя некоторые особо нахальные юнцы не преминули возможностью похихикать над тем, что оная теория отнюдь не отменяет того факта, что чьи-то предки слезли с родных пальм на пару эпох раньше прочих.

– Но зачем?

Вместо ответа Юлла протянула мне найденный лист. Надпись поперек него была сделана крупными печатными буквами различной степени кривизны и гласила следующее: «Эльфы, убирайтесь домой!»

– Занятно, правда?

– Не вижу пока ничего занятного, – ледяным тоном произнесла я.

– С виду все сделано так, чтобы представить дело выходкой каких-нибудь безумных эльфоненавистников, – сказала Юлла, отбирая бумагу назад.

– По крайней мере, – осторожно заметила я, – писал это человек явно малограмотный.

– Быть может, – скептически отозвалась Юлла. – Но делал он это на качественной и отнюдь не дешевой бумаге. Чистый лист «Верже» не найдешь на помойке.

– Ты разбираешься в сортах бумаги? – поразилась я.

– Ровно настолько, чтобы отличить велюровую от вельветовой. Дальше – надпись сделана не дешевой синькой и даже не кровью, а отличной тушью. Корявые буквы – и при этом ни одной помарки или кляксы. Все линии одинаковой толщины, четкие и уверенные…

– Достаточно, – жалобно попросила я. – Я уже поняла, что сказала глупость.

– И, потом, – неумолимо закончила Юлла, – вовсе не обязательно, чтобы писавший был человеком. Эльф или гном также вполне способен намалевать эти буквы… кстати, это может объяснить, почему они получились такими корявыми при всех прочих деталях.

– Ясно, – убито кивнула я.

– Меня, – Юлла скользящим кошачьим шагом обошла вокруг стола, – куда больше занимает этот бедолага-лемур.

– А что с ним не так?

– То, – присев, стражница принялась внимательно изучать нижнюю часть столешницы, – что его сородичи не висят на каждой ветке в окрестных лесах. Я навидалась этих тварюшек в Африке и Южной Америке… но в здешних широтах он – редкостная диковинка. А у таких диковинок обычно имеются хозяева.

– Может, его убили уже давно? – предположила я, втайне надеясь, что Юлла подтвердит это предположение – мысль о том, что несчастный зверек умер из-за меня, была почти невыносимой.