Наблюдатели
Шрифт:
— Адам, это весьма рискованно, — проговорил он, меряя шагами свою комнату.
— Так ты веришь мне? — спросил Адам.
Рипли долго не отвечал.
— Мне нужны доказательства. Одной кассеты недостаточно. А что, если я в субботу пойду с вами?
— Что? — подпрыгнула Лианна. — Ты же сам сказал, это рискованно.
— Рискованно все делать в одиночку, — откликнулся Рипли. — Ты идти не хочешь. Я хоть чем-то смог бы помочь, если б дела пошли не так.
— Ушам своим не верю, — изумилась Лианна. — Уж не знаю, чему труднее верить — этим путешествиям Адама во времени или тому, что ты вдруг ни с того ни с сего стал добрым и отзывчивым.
Адам не спускал глаз с Рипли. Тот весь погрузился в свои мысли и постепенно возбуждался.
Нет, не похоже на притворство. Никак не похоже.
— А пока суть да дело, — заявил Рипли, — я бы хотел попробовать наладить камеру.
— Опять двадцать пять! — воскликнула Лианна. — Рипли, сколько тебе объяснять: камера действует только в руках Адама.
— Может, здесь что-то со зрением, — гнул свое Рипли. — Вы ведь знаете, некоторые люди видят определенные частоты, недоступные другим.
— Частоты? — недоуменно повторила Лианна.
— А с чего ты взяла, что это может видеть только Адам? Что это — его внутренняя специализация?
— Рипли, но ты все ставишь с ног на голову. Разве в этом суть?
Рипли обошел вокруг нее.
— А ты не ставишь? — с ехидством бросил он. — Все не в ногу, одна ты, как всегда, в ногу!
Ясно!
Как это Адам сразу не догадался, что Рипли все это делает не без задней мысли. Ему стало тошно и захотелось убраться подальше отсюда.
— Пойду… пойду, пожалуй, перекушу чего-нибудь.
И он полетел вниз.
Карин взглянула на него из-за журнала:
— Что, опять цапаются?
— Типа того.
— Шел бы ты лучше домой. Эка удовольствие — в чужом пиру похмелье. Глаза б мои не смотрели.
Адам достал из буфета пакет крекеров и сел за стол. Нет, без камеры он не уйдет. Надо просто переждать, пока они угомонятся. Что, на его счастье, вскоре и произошло. Сверху доносился горячий шепот.
Он постучал в дверь.
Тишина.
Потом раздался голос Лианны:
— Адам?
Адам толкнул дверь. Лианна и Рипли с невинным видом сидели на полу.
Уж больно невинно.
Адам бросил взгляд на то место, где оставил рюкзачок.
Он был на месте, только открытый и пустой.
— Где моя видеокамера?
Рипли протянул руку и вытащил ее из груды одежды на полу.
— Вот.
— Почему она не в рюкзаке?
— Мы рассматривали ее.
Адам схватил камеру, включил и посмотрел в видоискатель, водя ею по комнате.
В кадре появилась комната Эдгара. А потом он заметил и самого Эдгара, слева. Тот заразительно смеялся. Его мама сидела на подоконнике и тоже смеялась.
Миссис Холл!
Сердце прорезала острая боль. Ее ему тоже не хватало. Он вспомнил, во что она превратилась после смерти Эдгара. Вся поседела, осунулась, не улыбалась.
А вот здесь она веселая и беззаботная. Такая красивая и уверенная в себе. Не знает, что ждет ее в будущем.
Она и Эдгар смотрят на что-то, что их так веселит. Адам повернул камеру, чтобы разглядеть, отчего им так смешно.
— Адам, — позвала Лианна.
Но Адаму сейчас не до нее.
Он смотрит на мальчика, весело отплясывающего в мешковатом костюме Санта-Клауса, — в этом новогоднем наряде выступал на Рождество в своем универмаге папа Эдгара.
Мальчик снял шапку и поклонился.
Это Адам. Десяти лет от роду.
Адама всего трясло. Он опустил камеру.
— Что? — спросила Лианна.
— Ничего, — ответил Адам. — Я только что увидел самого себя. Вот и все.
— Ого-го! — воскликнул Рипли. — Ну прямо как в «Секретных материалах».
А в голове у Адама вспыхивали картинки того дня — костюм Санта-Клауса. Это было вечером, а утром они катались на санках.
Он улыбнулся, а сердце кровью обливалось.
Как было бы все здорово, будь он здесь сейчас.
— Мне… я, пожалуй, пойду, — пробормотал Адам. — Пойду прокачусь малость или пройдусь.
— Я могу у себя подержать камеру, пока тебя нет, — предложил Рипли.
Лианна бросила на него недоверчивый взгляд.
— Я сама присмотрю. Не беспокойся, Адам. Я убью его, если он притронется к ней.
— Нет уж, спасибо. — Адам сунул видеокамеру в рюкзачок.
— Да брось ты, что за проблема, — проговорила Лианна. — Я могу вечерком занести ее тебе.
У Рипли вытянулась физиономия:
— Вечерком? Вы что задумали?
Адам выбежал, не дожидаясь, когда начнется очередная перепалка.
Вечером за обедом Адам почти не притронулся к еде.
— Ты что, плохо себя чувствуешь, Адам? — спросила миссис Сарно.
— Да нет, все в порядке, — соврал Адам.
— Ничего себе в порядке, куска не проглотил, — с беспокойной улыбкой подхватил папа.
Адам размазывал вилкой картофельное пюре по своей тарелке.
— Когда Эдгар погиб, как его родители все это восприняли?
Мистер и миссис Сарно переглянулись.
— Ну, разумеется, это был для них страшный удар, — ответил папа. — А что?