Чтение онлайн

Ждали ли его там? Бесспорно, поскольку вламываться к жене великого князя без предупреждения... Это не столь невежливость, сколько большая глупость. К тому же ему нужна была Рогнеда в одиночестве, подготовленная к визиту и заранее получившая известие, что к ней пришли с добром.

Княгиня встретила его неласково, сидя в кресле и смотря на незваного, но ожидаемого гостя, словно на выползшего из-под половицы крысенка. На красивом, но отмеченном печатью ненависти к мужу, его окружению и даже к самому городу Киеву лице давно уже не возникало никаких положительных чувств... Единственное исключение - сын Изяслав. Тот из сыновей, который лишь по недосмотру своего отца оказался целиком и полностью выпавшим из-под его влияния. Более того, он признавал только мать, а значит, перенимал ее отношение к окружающему.

Доброга поклонился. Низко, чего обычно не делал, тем самым вызвав легкое удивление у княгини. Выпрямился и. не сходя с места, произнес:

– Мы здесь одни?

– Тебе о том более ведомо, главный тайный пес того, кто восседает на залитом кровью престоле.

– Моих людей тут нет. Они лишь оцепили твои покои, чтобы никто не помешал разговору. Я спрашиваю о ТВОИХ людях. А они есть. Я могу перечислить их всех, он троих в дворцовой страже и дружинника великого князя до того тощего поваренка, который всеми силами стремится стать более значимой персоной на дворцовой кухне.

Уголок рта княгини дернулся, но женщина тут же подавила непроизвольную мимику. Вполне вовремя для того, чтобы скрыть реакцию от простого человека, но недостаточно для обмана такого пройдохи как Доброга.

– Спокойнее, Княгиня я пришел с миром.... Не делай того, о чем можно пожалеть. Возможно, я сейчас под прицелом лучника... Только убивать меня нет выгоды. Я пришел помочь. Тебе... и себе. Но гвоорить мы будем только один на один, без посторонних глаз и ушей.

– Вышата!
– чуть повысила голос Рогнеда.
– Покажись и уйди на глазах пришедшего.

Молчание... Княгине пришлось повторить приказ, и лишь после этого деревянная панель отошла в сторону и из-за не показался воин с коротким луком степняков в руке, затянутый в серебристую кольчугу. Он поклонился княгине, убрал лук за спину и с достоинством вышел, стараясь держать под наблюдением Доброгу до последнего.

– Уже лучше. Теперь можно и начать разговор...

– О чем? Если ты пришел угрожать, то разве можно сделать мою жизнь еще хуже, чем она есть? Убить моих людей? Они знали на что идут и готовы к смерти, хотя и не рвутся к ней. Так чего тебе надо, стервятник?

– Помочь. Я знаю, что ты готовишь убийство своего мужа, после чего хочешь бежать в Полоцк, где тебя и твоего отца еще очень хорошо помнят. План был бы всем хорош, но я знаю о нем почти все, а мои не в меру ретивые помощники уже начали распутывать этот сложный клубок со множеством нитей.

Рогнеда слушала. И ждала. Уж ждать она за прошедшие годы научилась, равно как и не проявлять и тени эмоций, не желая радовать горем своих лютых врагов. А Доброга ценил умение слушать и слышать. Поэтому продолжал уже с большей уверенностью в удачном исходе дела.

– Забудь о своем плане, княгиня. Отзови приказы своим людям, дай им новые, более полезные для тебя. Пусть Фома потеряет след, пусть пребывает в недоумении. Пусть ищет, куда подевался вроде бы найденным им заговор... Ты же изменишь свои планы, а я окажу всю помощь, которая в моих силах. Она будет небольшой, но абсолтно тайной. Я умею оставаться невидимым, княгиня.

– Зачем тебе это, враг мой?

– Грядет буря... А мне совсем не хочется оказаться погребенным под развалинами старого мира. Ну а ты... Ты получишь шанс. План убийства мужа... Даже если бы он удался, это ничего бы не изменило. Правит Добрыня, а Владимир лишь удобная фигура, в меру умная, в меру представительная. Умри он, на престоле воссядет его сын, скорее всего Ярослав. А правитель останется неизменным. Тебя же он прикажет разорвать лошадьми на площади. Не потому, что так надо, а лишь потому, что ты нарушишь его планы. Да и Изяслава не пощадит. Он просто умрет... Яд, подушка на лицо, случайное падение с лестницы. Ему не нужен родич, ненавидящий его.

Рогнеда сверкнула глазами от бессильной злобы. Да, она понимала, что все слова, слетающие с уст Доброги, правда. Так вполне могло быть. А значит...

– Что ты предлагаешь?

– Ждать, княгиня. Недолго, вряд ли больше года скорее куда как меньше. А потом, когда наступит нужный момент, бежать. С сыном, но вряд ли в Полоцк.

– В другом месте я никому не нужна, нет ни какого-никакого, но войска, ни связей, ни тайной казны.

Глава тайной Стражи изобразил на лице искреннюю улыбку. Никого ей не обманул, но привычка есть привычка.

– Тот человек с радостью тебя примет... Любой враг твоего мужа будет ему полезен. Поверь, он найдет место тебе и твоему сыну в своих планах. Могу обещать, что вы нужны будете живыми и здоровыми.

– Кто?

– Один из вольных ярлов, решивший, как я догадываюсь, примерить на себя настоящую власть... Хитрый, жестокий, опасный.

– Твои слова?

Вот теперь Доброга улыбнулся по настоящему. Улыбкой зверя, почуявшего запах свежей крови.

– Нет, Княгиня... Это слова твоего муха, а главное, его дядюшки. Они всерьез стали его опасаться. Неплохая рекомендация, не так ли?

– Пожалуй, ты прав. Но не попаду ли я из одной клетки в другую, еще более опасную?

– Нет. Он не воюет с женщинами и детьми, если в руках их нет оружия. И обладает одной редкой для властителя чертой - держит данное слово. Тебе нечего будет опасаться, - немного помолчав, Доброга добавил.
– Знаю, ты будешь проверять мои слова, ища в них возможные ловушки. Так вот, имя ярла - Хальфдан Мрачный. Сейчас он по сути владеет Переяславлем. Хотя видимость власти у великокняжеского наместника. Вот и все, что я хотел сказать. Мы договорились?

Рогнеда кивнула. А на ее губах впервые за долгое время появилась настоящая улыбка. Недобрая, сулящая новую кровь но несомненно настоящая. И ей были совершенно безразличны мотивы, по которым глава Тайной Стражи решил отшатнуться от прежнего хозяина. Главными для нее были две вещи - месть и свобода. Свобода и месть... А остальное - сущие пустяки. И она начинала верить, что ждать осталось недолго.