Чтение онлайн

— Конечно Андрей, конечно прощу. — Она обняла его и крепко прижалась к могучему плечу своего мужа…, с улицы донёсся истошный вопль и чей-то матерный крик. Андрей Палыч вздрогнул и зарылся носом в роскошные волосы своей Юли — этот мир, весь этот мир явно сходил с ума…

Шкет сел и ступню вправил сам. С хрустом (было так больно, что он не сдержался и заорал на всю улицу благим матом, благо челюсть уже срослась — заорать-то сразу хотелось, как очнулся), ступня встала на место. Пошевелил. Нормально.

— Штык.

— А? — Вампир оторвался от бутылки и глянул на друга.

— Трезвей. Мы так никуда не залезем. Только внимание привлечём.

— Не буду. — Решительно помотав головой, ответил вампир. — Мне и так хорошо.

Шкет послал товарищу мрачный взгляд. Тот плечами пожал и ещё глотнул.

— На, накати. — Протянул бутылку Шкету.

Когти бесшумно выскользнули из пальцев.

— Ааа! — И ещё много слов сказал потом. Он бы больше сказал и не таких приличных, но пробитые четырьмя длинными когтями лёгкие, зажили совсем не мгновенно. Несмотря на все попытки разума остановить отрезвление вместе с заживлением ран, восстановительные процессы только ускорялись.

— Иди в магазин. — Проворчал Шкет, когда товарищ перестал крыть матом весь белый свет. — Тарься на неделю. Сумки оставляй здесь. Я буду заносить наверх.

И прежде чем Штык успел возразить, подхватил одну, да прыгнул вверх, сразу на три этажа. Штык задрал голову — парень ловко и совершенно бесшумно взбирался по балконам.

Только бутылки едва слышно звякают.

— Молоток. — С уважением проговорил вампир и пошёл прямо. Потом развернулся. Потом понял, что не знает где тут у них магазин. Но возвращаться и спрашивать почему-то не хотелось. Что-то вроде стыда ощутил…, глупо, но ничего с собой поделать не смог.

Магазин он нашёл минут через пятнадцать. Оказывается, он тут в том же доме и был, просто с другой стороны. Ночной, такой с вывеской светящейся. Правда, буквы на вывески посгорели, а одну кто-то разбил и название «Василёк», превратилось в «Всёк».

— Эй, дядя. — Позвали его молодые люди в числе двоих, стоявшие подле магазина и курившие сигареты, пахнувшие так приятно и знакомо…, эх! Где ж ты детство, где ж ты конопляное поле, где ж ты друг…, хм, с которым курили…, лучший друг был. Как звали-то? Дал бог память…

— Оглох чёрт позорный? — Рявкнул парень и наперерез шагнул. Ударил ему в грудь кулаком и…

Шож такое-то? Ванёк? Санёк? Серёга Хромой? А не, Серёга это на малолетке тип камеру держал.

— Ты…, ты же…, - блеял второй парень, к губе которого прилипла и сейчас забавно тряслась зажжённая сигарета. — Эдик…, т-ты живой? Эдик?

— Бля! — Воскликнул Штык. — Эдик! Ну точно, Эдик! Спасибо щегол, а то память совсем что-то ни к чёрту. — Парень что-то не обрадовался. Друга своего за рукав зачем-то дёрнул и бежать. Штык наклонился над неподвижным, но очень наглым пареньком. Тот на него смотрел. Пристально. Но одним глазом. Второй просто вылетел на асфальт, когда его о стену ударило — им теперь не посмотришь как бы. Хорошая стена. Крепкая. Пацана переломало, череп лопнул, а ей хоть бы хны.

— А по виду кирпич палёный. — Несколько удивлённо коснувшись стены пальцем, проговорил Штык. Снова на Эдика глянул. И за что он его? Хм. Надо подумать. Не просто так же правильно? Вот, сейчас подумаем. Только это, надо бы не забыть, зачем вообще пошёл. Ладно, там в процессе.

Прикупив всё нужное, постоянно поторапливая продавщицу (как бы не приехали всякие любопытные господа в синих рубашках со страшными автоматами в руках), Штык вышел на улицу.

— Эдик, пардон, так я и не придумал за что я тебя, — развёл руками, в каждой по полной сумке звякает бутылками, — уж извиняй, сдох ты получается зазря. А я каюсь — свинья и хам. Ну, покедова.

И пошёл. Ну а что? Плакать что ли — их вон сколько ходит по всему городу. Целую дивизию набрать можно. А он такой один единственный на всём белом свете. Переживут как-нибудь.

Шкету он решил ничего не рассказывать — разорётся ещё, ну его. Пусть нервы бережёт. Однако надо что-то делать с поведением. Оказывается, просто придумать Кодекс, мало. Как, однако, сложно ему следовать! И тут его осенило — он ведь не выпил парня! А Кодекс касался только еды.

— Фух. — С облегчением выдохнул Штык. Наконец-то, морально-этническая проблема…, этическая, наверное…, тоже слов понапридумывали умных, делать кому нечего…, в общем, всё путём.

С тем он сам себя и поздравил. Потом пошёл вроде правильно, но быстро сообразил что заблудился — просто обошёл два дома, глядь, а там впереди магазин памятный и машины с мигалками. В общем, пришлось скорректировать направление. Ночью тут так сложно ходить…, но ничего. Он было дело, по пьянке на кладбище в Белый и обратно ходил! А это 20 километров почти. И ничего, дорогу нашёл, вернулся домой. Правда, тогда он в дупель пьяный был. Вот! Вот к чему ведёт трезвый образ жизни!!! Пойдёшь так в другой город на кладбище — и всё, заблудишься. Оборотни съедят. Гы-гы — расхохотался Штык, наконец, выходя к нужному дому. Оборотни, ха-ха, всем известно, что это всё детские сказки для дубоцефалов. Нет никаких оборотней.

— Хули так долго? — Проворчал Шкет, слонявшийся под окнами нужного дома.

— Заблудился. — Честно признался вампир.

— Где тут заблудиться можно? Тут две берёзы, три дома. Клоп квартирный, блин.

— Сам дурак. Ну, полезли?

— Я же сказал на неделю тарься. — Шкет подхватил одну сумку. — Давай ещё иди.

И упрыгал наверх. Штык задумчиво поскрёб затылок. Не, так-то Шкет верно говорит, но…, как бы там теперь люди в погонах, ищут всяких ночных дебоширов, к коим он естественно никакого отношения не имеет. А сунется в магазин этот, обязательно безвинно пострадает. Эдик этот…, вот из-за таких нелепых несчастных случаев, люди и садятся в тюрьму!

Так, есть магазин в паре километров, вроде тоже ночной. Хм, далековато? Да ну!

Фигура вампира растворилась в ночи. Лишь куривший на балконе молодой человек, поперхнулся дымом и уронил сигарету, когда по скупо освещённому двору группы многоэтажных зданий, пронеслась едва различимая чёрная тень…, за которой летел шлейф сухой травы и комья мёрзлой земли. Парень прокашлялся, промямлил «показалось» и пошёл спать. День трудный был просто…

Возле этого магазина тоже компания плохо воспитанных полупьяных личностей оказалась, но тут никто не стал пытаться искать приключений. Штык даже удивился. Мимо прошёл, по ступенькам поднялся. Парень один девушку обнял, куртка у него на плечо съехала, и обнажился красивый погон, непонятного рода племени, а так же белая верёвочка. Вон оно что. Понятно, отчего лица такие спокойные, глаза почти добрые, ну, пьяные глаза вот и добрые. Дембеля гуляют. Штыку даже взгрустнулось. Он ведь тоже когда-то дембелем был. Тоже две недели в форме по городу ходил водку пил, девушек тискал. Потом форму где-то потерял. Так и не нашёл.