Чтение онлайн

— Почтенная магева, благородные господа! Не угодно ли вам заглянуть в шатер Матушки Вещуньи? Отдернуть завесу с тайн будущего, узреть истину, скрытую туманом грядущего!

От вида того, как движется рот куклы в такт словам, меня просто передернуло. Я старалась не глядеть на это мерзкое, полное клубящейся серой тьмы игрушечное чудовище. Только детская память и все мои инстинкты, ныне щедро сдобренные магической силой, вопили о том, что в руках у девки не просто кукла, а то самое нечто, что уже нашло место и заполнило его, как зловонная жижа банку. И еще мне вдруг стало совершенно ясно, кто из двоих кукловод, а кто марионетка, пусть даже первая сделана из тряпья и дерева, а вторая из плоти и крови. Не по себе выбрала девка игрушку в этом волшебном мире. Но самым ужасным оказалось не это, а то, что очевидный ужас ситуации виделся лишь мне. Наивный Лакс, широко улыбаясь, распустил заявки и полез пальцами в кошель. Кинув девице монетку, он задорно сказал:

— Непременно заглянем, красотка, но сейчас, увы-увы, спешим в Мидан! Может, ты мне что-нибудь прямо тут напророчишь? — вор выжидательно уставился на парочку, заранее готовый к прикольному шоу.

— Лакс, не надо, — почти жалобно попросила я, но было уже поздно.

Кукловодка проворно спрятала монетку среди многочисленных лоскутков платья, и заговорила утробным голосом, таким, каким в сказочных фильмах принято вызывать демонов или возвещать об Апокалипсисе в ближайший четверг.

— Щедрость твоя похвальна, господин, но счастья не купишь за деньги, не откупишься ими от беды. Жди, скоро та, кто дороже тебе самой жизни перестанет ходить по этой земле!

Улыбка вылиняла с лица вора, как цветное белье в хлорке. А кукла, будто желая добавить еще чего-нибудь жизнеутверждающего, протянула к нам свободную деревянную ручонку с тщательно вырезанными, вплоть до ногтей, это делало ее еще омерзительнее, пальчиками. Голову она чуть склонила к "вещему" шару, будто выискивала предсказание похуже первого. Но, честно говоря, мне казалось, что проклятая тварь косится на нас злобным, словно две черные дыры в никуда с клубящейся мерзостью, взглядом. Сама девица, похоже, все-таки почуяла что-то недоброе. Лошадиная, нет, не будем оскорблять благородных животных, просто худая и длинная физиономия ее приняла растерянное выражение человека разбуженного от кошмара только для того, чтобы он смог осознать, а кошмар-то куда как реален.

Я невольно подалась назад, Дэлькор злобно заржал, забив копытами, Фаль, кажется, зарычал, как дерзкий, бесстрашны фокстерьер, обнажив маленькие острые зубки, но в этот момент кое-что произошло. Рука куклы, тянущаяся к нам, будто натолкнулась на невидимую преграду, дернулась было назад, но не тут то было. Воздушные тиски намертво зажали конечность твари, и ее охватил огонь. Нет, она не вспыхнула, как спичка, но моментально потемнела, обугливаясь. А реальный огонь, вызванный моими защитными чарами, мирно продремавшими от самого Патера, перешел в магический. Чистое светлое пламя яростно метнулось в сердцевину безликой серой тьмы, жалко съежившейся в груди куклы, в тщетной надежде спастись, окружило и начисто выжгла вопящую от ужаса и боли, корчующуюся в судорогах тварь.

Девица отшатнулась от нас на подгибающихся ногах. Никто не видел огня, не слышал вопля поселившейся в кукле мерзости, но балаганщица все-таки что-то почуяла, потому что в ее глазах растерянный ужас сменился столь же непонятным облегчением, она даже умудрилась присесть в подобии реверанса, прежде чем растворится в толпе, не подозревавшей о состоявшейся расправе. Кукла все еще оставалась на руке девицы, но теперь это была только игрушка. Магия вынудила дрянь показаться из убежища и уничтожила ее. Брр! Но зато теперь я знаю, как играть в такие игры! Если они захотят побаловаться со мной, поучаствую с охотой.

— Что это было? — потребовал от меня объяснения Кейр, подобравшись в седле.

— А что ты видел? — напротив расслабленно уточнила я, двигаясь вместе со всеми в направлении городских ворот.

Их широко распахнутые створки были одним из самых приятных зрелищ дня. На первое место, я, конечно, поставила бы горшок с монетками в дупле дуба, впрочем, нет, ну чего саму себя обманывать, не горшок, а вид на задницу уединившегося в лесу Лакса. На него я едва не напоролась, отправившись по малым делишкам. Не знаю, заметил рыжий меня или нет, с его эльфийской зоркостью и лисьим слухом, но я постаралась удалиться потише, хоть и тянуло подглядеть. Вдруг бы он повернулся…

— Я видел, как девица сделала какое-то глупое предсказание, потом ладонь куклы обуглилась, и стало гореть нечто у нее внутри, но без пламени. Еще я готов поклясться, что слышал какой-то далекий вой. На этом все кончилось, — коротко изложил свою версию событий телохранитель.

— Правильно. Так все и было, — согласилась я, сообразив, что защитные чары, окружавшие нас, дали Кейру возможность ощутить происходящее. — Вы же помните, я защиту на нас накладывала магическую, вот она и сработала, уничтожив какую-то гадкую тварь, засевшую в кукле и управляющую через нее балаганщицей.

— Так значит, она врала? — с жалобной надеждой спросил Лакс.

— Конечно, — с гораздо большей беспечной уверенностью, нежели испытывала на самом деле, подтвердила я.

Хоть мерзкое содержимое куклы было отвратительно, но выданное им мрачное предсказание вполне могло быть реальным. Вот только я успела лично убедиться в переменчивости будущего и в том, что оно не подлежит однозначному толкованию. Например, гнусное создание вполне могло иметь в виду, что я освою левитацию или отращу крылья, но постаралась придать своему пророчеству максимально трагическую окраску, чтобы причинить Лаксу боль. Ну если вообще, "гадалка" имела ввиду меня. Может, к тому времени, когда придет черед сбыться предсказанию, вор вусмерть влюбится в какую-нибудь шлюшку и тогда я обеими руками буду голосовать за осуществление пророчества в полном объеме. Кровожадно? Злобно? Жестоко? Ага! Ну любовь вообще не милосердная штука, а парней за здорово живешь я никогда не умела отдавать каким-то лахудрам. И вообще, своих парней я всегда бросаю сама!

— Никогда больше в балаган не пойду, — пылко пообещал вор, утирая липкий пот со лба и прекращая глазеть по сторонам.

— И я! — поддакнул Фаль, будто только и делал, что шлялся по балаганам.

— Теперь я понимаю, почему ты не любишь кукол, — рассудительно заметил воин, припомнив, как я отпиралась от приглашения труппы дядюшки Каро.

— И что, в них часто такое, — Лакс скроил брезгливую гримасу ужаса, — попадается?

— Не знаю, и знать не хочу, если только на экспертизу позовут и заплатить пообещают, — категорично отрезала я. — Но теория гласит: свято место пусто не бывает. Если существует емкость, со временем в нее что-то обязательно должны поместить. Конечно, не обязательно плохое, и в какое время тоже не ясно, но….

— Понятно, — задумчиво почесал щеку Кейр, чуть придерживая коня, пока людской поток, сноровисто сортируемый стражниками, вливался в город, и предложил: — Поехали сразу в трактир. Далеко нам от городских ворот двигаться, Лакс?

— Нет, "Резвые рыбы" сразу за площадью Брызг, это минут семьи езды, — отозвался вор, с облегчением включаясь в бытовой разговор. По-моему, он был бы рад заняться чем угодно, только чтобы побыстрее забыть куклу с ее жуткими предсказаниями. Иногда страх не достаточно убить физически, гораздо труднее прикончить его в душе. А я хоть и не хотела идти на рынок перед воротами, но была уверена, что чуток отдохну и пойду обязательно, непременно обойду все балаганы, даже если придется заплатить за вход на каждое кукольное представление. Не люблю оставлять за спиной неприятности.