Чтение онлайн

– Мама! Мамочка!..
– но расшибленное колено не хотело давать ей встать, а ревущая от ярости толпа была так близко, всего в трех шагах взрослого человека. Слезы застилали глаза, а сердце было готово выскочить из груди от ужаса, когда чьи-то руки крепко обняли её, а в ухо нежно шепнули:

Не бойся...

Этот кто-то ласково погладил девочку по голове, от чего слезы хлынули водопадом, девочка уткнулась этому человеку в грудь и отчаянно заревела.

– Рокерт, всех не убивай. Нам нужно еще узнать, где мать этой девочки.

Рокерт, разрубая очередного горожанина, бросил взгляд на госпожу. Та сидела, крепко обнимая девочку одной рукой, а другой гладила ребенка по голове, что-то ласково нашептывая.

Бешеная рубка Рокерта продолжалась недолго- часть горожан бежала, несколько человек с тяжелыми ранами еще силились встать или хотя бы уползти, а большая часть людей валялась рубленными кровавыми кусками под ногами. Епископ, который хотел сбежать- за что получил глубокую зарубрку на бедре, сидел на мостовой и неверяще озирался. Слуга, задвинув меч словно бы в невидимые ножны, отчего фламберг исчез, одной рукой ухватил священнослужителя за шкирку и поставил на ноги. Епископ со стоном хотел осесть наземь, но ему не дали. Рокерт подвел пленника к госпоже.

Девочка в объятиях девушки уже не ревела, лишь тихонько всхлипывала.

– Рокерт, спроси у этой швали- за что они преследовали эту девочку?

Епископу досталось несколько очень болезненных ударов, прежде чем Рокерту удалось наладить с ним диалог.

Госпожа, здесь под запретом магия, жрецы местного божка истребляют людей по первому подозрению во владении магией. Мать этой девочки была объявлена ведьмой- магичкой. А девочку собирались убить зато, что она дочь своей матери.

Что с матерью девочки?

Её забила толпа, когда жгла дом ведьмы. Труп сожгли, бросив в горящий дом.

Девочка заплакала сильнее. А голос молодой госпожи заледенел и потяжелел.

Значит, эта мразь, которую ты держишь в руках, считает себя вправе уничтожать людей, владеющих благородным искусством магии?

– Ведьма, в чернокнижии нечестивом нет ничего благородного!..- тяжелый кулак Рокерта прервал священника.

– Червь, ты не смеешь перебивать госпожу.

– Убей его, он нам не нужен.

Епископ хотел что-то сказать, но не успел. Отбросив труп, Рокерт заметил:

– Госпожа, в округе полно людей, нас берут в кольцо.

– В кольцо берут?- девушка это прошипела с неприкрытой злобой. Девочка аж вздрогнула. Но госпожа ласково сказала:

– Не бойся, малышка. Рокерт, понесёшь девочку.

Рокерт подхватил девочку на руки. И последовал за госпожой, которая отправилась к центральной площади города. Там она встала посреди площади и стала ждать. Рокерт встал рядом, чуть позади госпожи. Горожане, шнырявшие по узким улицам, не решились преградить им путь, но сейчас осмелели, снова собираясь в толпу по краю площади, кольцом охватив чужаков. Девушка равнодушно наблюдала за этим, храня молчание.

Но когда толпа начала гудеть, подбадривая сама себя фразами типа : "убьём ведьму", "слуги дьяволовы обнаглели совсем", "Боже, помоги"- молодая госпожа заговорила громким, хорошо поставленным голосом, который был хорошо слышен всем собравшимся. Она сказала:

– В виду ваших отвратительных заблуждений, за убийство магички, покушение на дочь магички, за оскорбление аристократии, за угрозы, за попытку убийства аристократа и находящихся под его покровительством людей, я, Алесса Арк, герцогиня Офелийская, по праву рождения приговариваю по формуле быстрого суда вас и ваш город к уничтожению.

Приговор будет исполнен немедленно, во имя Империи.

Люди еще только пытались осознать сказанное, когда город охватило кольцо огня. Которое стало сжиматься. Стена огня ревущего пламени высотой в десятки метров двигалась, выжигая в пепел деревянные дома посада. Те, кто в них был, пытались спасаться- по-крайней мере, те, кто не спал. Но бежать было некуда- с одной стороны беснующийся огонь, а с другой стороны- городская стена, ворота которой были закрыты на ночь. Когда от жара огня стали взрываться камни городской стены- в посадах остался лишь пепел.

Но огонь не стал до конца разрушать стену, хотя, когда пламя двинулось дальше, сметая дома- городская стена уже никого не смогла бы защитить в случае войны. Хотя и надобности в ней уже и не предвиделось- те, кого она должна была защищать от врагов, горели в жарком пламени.

Горожане на площади заметались, видя, как огонь пожирает их город и стремительно приближается. Кто-то кинулся к герцогине, моля пощадить, кто-то - чтобы попытаться убить исчадие ада. Только госпожа отгородилась от толпы невидимой глазу стеной, через которую было невозможно пробиться. И смотрела , как сгорают люди, все, до последнего человека.

Когда пламя опало, стало видно, что осталось от города. Лишь черные остовы местами торчали из серого пепла.

– Во славу Империи,- прошептала Алесса, затем, обернувшись, сказала Рокерту:

– Пора возвращаться домой. Но этот мир на заметку возьмем,- и, обращаясь к девочке, спросила,- Малышка, как тебя зовут?

– Генриетта,- несмело ответила девочка.

– Какое милое имя, - Алесса ласково улыбнулась девочке,- Генриетта, приглашаю тебя к себе в гости.

Яркая вспышка, и на маленьком пятаке неопаленной огнем брусчатки никого не осталось. Небо на востоке начало алеть, а с запада начал задувать ветер, поднимая над мёртвым городом клубы пепла.

Хорошо хоть, что Даня обратил внимание на шум- и увидев несущуюся машину, сумел отскочить подальше от края тротуара. И водопад из брызг не окатил его с ног до головы. Но часть капель все же долетела, оросив джинсы грязными точками.

– Сука!- с чувством произнес Даня.

Грязные пятнышки на штанах оттирать было бессмысленно- только размажутся, но с ботинок грязь помогли стереть предусмотрительно взятые с собой влажные салфетки- вот и пригодились. Поправив в ухе наушник- затычку, который из-за прыжков стал вылезать из уха, Даня поспешил дальше. Этот не самый приятный эпизод не мог испортить его приподнятого настроения, ведь он же шел на свое первое в жизни свидание.