Чтение онлайн

Я клялся всем троим, но смотрел только на Катерину. Она кивнула, и в ее глазах зажглись крошечные искорки.

— Хорошо, — сказала Перл, протягивая руку, чтобы помочь полусонной Анне подняться. — Мы слишком долго пробыли в лесу. Чем меньше нас будут видеть вместе, тем лучше. И, Стефан, мы доверяем вам, — добавила она, и в ее голосе, всегда таком богатом и выразительном, зазвучала предостерегающая нотка.

— Разумеется, — сказал я, беря за руку Катерину. Анна и Перл ушли. Я не волновался за них: работа в аптеке давала им право свободно выходить по ночам; если кто-то увидит их, они могут сказать, что собирали травы или грибы.

Но я беспокоился о Катерине. Ее руки были такими маленькими, а глаза смотрели так испуганно… Она зависела от меня, и эта мысль наполняла меня одновременно гордостью и ужасом.

— О, Стефан, — сказала она, обняв меня за шею, — я уверена, что, пока мы вместе, все будет хорошо, — она схватила меня за руку и потянула за собой на землю. И тогда, лежа с Катериной на сырой земле среди сосновых иголок и вдыхая запах ее кожи, я, наконец, перестал бояться.

Несколько дней после этого я не видел Дамона. Отец говорил, что брат в лагере, и было видно, что его это радует. Отец надеялся, что, проведя много времени среди солдат, Дамон вернется в армию. Правда, я подозревал, что тот занят исключительно игрой в карты и разговорами о женщинах, и, в свою очередь, был рад этому. Конечно, я скучал по брату, но, будь он где-нибудь поблизости, я никогда не смог бы столько времени безраздельно посвящать Катерине. По правде говоря, хоть говорить так было предательством по отношению к брату, мы с отцом вполне приспособились к его отсутствию. Мы стали вместе трапезничать, а после ужина проводили время за партией в криббидж. Отец делился со мной мыслями о прошедшем дне, о нашем управляющем, о своих планах на покупку новых лошадей на ферме в Кентукки. Я в сотый раз понимал, как сильно он хотел, чтобы я взял на себя руководство поместьем, и впервые в жизни чувствовал, что эта перспектива волнует меня самого.

И причиной тому была Катерина. Я проводил все ночи в ее спальне и покидал ее только перед началом полевых работ. С той ночи в лесу она ни разу не обнажила клыков, как будто недавняя тайная встреча изменила все. Она нуждалась во мне, чтобы сохранить свой секрет, я же нуждался в ней, чтобы сохранить себя самого. Наши ночи в маленькой темной спальне были полны страстного обожания, и я уже почти чувствовал себя новобрачным.

Разумеется, я пытался представить себе, как это будет — я, взрослеющий, а потом и стареющий с каждым годом, и Катерина, остающаяся молодой и прекрасной, но это было вопросом будущего. Это станет важным только тогда, когда забудется вся эта история с вампирами, а мы обручимся и, не таясь, начнем жить вместе.

— Я знаю, что ты проводишь время с нашей юной Катериной, — однажды заметил отец, когда Альфред, убрав со стола, принес нам потрепанную отцовскую колоду игральных карт.

— Да, — ответил я, наблюдая, как Альфред наливает в стакан отца шерри. В мерцающем свете свечей эта обычно розовая жидкость была похожа на кровь. Альфред поднес графин и к моему стакану, но я отрицательно покачал головой.

— И Дамон тоже, — поделился наблюдением отец, взяв колоду толстыми пальцами и медленно перекладывая ее из руки в руку.

Я вздохнул, раздраженный тем, что в любом разговоре о Катерине всегда присутствует Дамон.

— Ей нужен друг. Друзья, — сказал я.

— Разумеется. И я рад, что вы не оставляете ее одну, — ответил отец. Он положил карты на стол рубашкой вверх и взглянул на меня. — Ты знаешь, мне практически ничего не известно о ее родственниках в Атланте. Я услышал о ней от одного из своих партнеров. Так печально — девушка, осиротевшая во время боев с Шерманом… Но что-то я не встречал других Пирсов, которые бы сказали, что знают ее.

Я нервно заерзал на стуле:

— Пирс — достаточно распространенная фамилия. Возможно, она просто не хочет поддерживать связь с некоторыми из своих родственников, — сделав глубокий вдох, я продолжил: — Я уверен, что есть другие Сальваторе, о которых мы и не слышали.

— Весомый аргумент, — сказал отец, делая глоток шерри. — Сальваторе — фамилия не распространенная, но хорошая. Именно поэтому я надеюсь, что вы с Дамоном знаете, на что идете.

Я вопросительно взглянул на него.

— Соперничество из-за девушки, — просто пояснил отец. — Я не хотел бы, чтобы ваши отношения разрушились. Знаю, я не часто общаюсь с твоим братом один на один, но он — твоя плоть и кровь.

Услышав знакомую фразу, мгновенно наполнившуюся новым смыслом, я съежился. Но отец, даже если и обратил на это внимание, ничего не сказал. Вместо этого он взял в руки колоду и выжидающе посмотрел на меня.

— Мы играем? — спросил он, начиная сдавать карты.

В комнату вошел Альфред.

— Сэр, у вас посетитель.

— Посетитель? — с любопытством переспросил отец, поднимаясь из-за стола. Когда мы не устраивали приемов, у нас в поместье редко бывали гости. Отец всегда предпочитал встречаться со знакомыми в городе или в таверне.

— Прошу простить меня за вторжение. — Катерина вошла в комнату, неся в тонких руках букет цветов всевозможных форм и размеров. Тут были розы, гортензии, ландыши. — Мы с Эмили собирали цветы у пруда, и я подумала, что вы тоже не откажетесь от яркого букета, — Катерина слегка улыбнулась, а отец застыл с протянутой для приветствия рукой. С тех пор как Катерина приехала, он едва ли перекинулся с ней и парой слов. Я задержал дыхание, взволнованный, как будто знакомил отца со своей невестой.

— Благодарю вас, мисс Пирс, — сказал отец. — Наш дом — ваш дом. Вам нет необходимости ожидать приглашения, мы с радостью примем вас в любое время, когда вы пожелаете пообщаться.

— Спасибо. Я бы не хотела быть навязчивой, — ответила она, хлопая ресницами так, что ни один мужчина не смог бы устоять.

— Присаживайтесь, прошу вас, — отец усадил Катерину во главе стола. — Мы с сыном как раз собирались сыграть в карты, но, разумеется, это можно отложить.