Начало
Шрифт:
– Ты же давеча говорила, с них вроде краска слезает.
– Все в порядке. Представьте, сегодня я видела странный сон – будто кто-то из наших нашел пятьсот лат.
– И что дальше?
– Присвоил себе.
– Ишь ты!
– Его быстро вычислили и передали в полицию.
– Так ведь он же не своровал их?
– Есть закон, по которому найденное нужно сдавать государству.
– Где оно, государство то? Уж не ты ли?
– В кассу нужно отдать.
Тамара с надеждой посмотрела на стоящую перед ней женщину. Вдруг та «купится»?
– Ну даешь, блин! – Таня презрительно усмехнулась. – Как еще язык не отсох.
Осуждающе покачала головой. – Я по делу… У нас неприятности.
– Вся внимание.
– В алкогольном отделе не хватает пяти лат. Поищи у себя.
– Каким образом?
– Ну не знаю. Может быть завалялись где.
Она подозрительно повела носом. – Все же есть запашок.
– И кого мне благодарить?
– Не психуй. Я на тебя рассчитываю.
Старший продавец отошла. Тамара решила, что наступило время попить чайку. Но ей опять помешали. Какой-то незнакомый человек, улыбаясь, заглянул в окошко, показывая кривые зубы.
– Что вы хотите?
– Так это самое! – он выразительно щелкнул пальцами перед носом. – Денежку!
– Вы здесь первый раз?
– Но!
– Почему же решили, что я заплачу? У нас существует система предварительной записи…
– Че, не дадите, что ль? – переспросил мужчина, тупо глядя перед собой.
– Вначале необходимо записаться.
Он повернулся и быстро двинулся по коридору, стуча сапогами.
– Счастливого пути, – про себя пожелала ему Тамара, направляясь на разборку в алкогольный отдел.
– Как жизнь? – поинтересовалась она, подойдя к Аиде, одиноко стоявшей среди бутылок. На них, отражаясь в лучах зимнего солнца, скользили яркие блики. Облокотившись о прилавок, продавщица с мечтательным выражением изучала зимний пейзаж за окном. Миниатюрная, с блестящими черными волосами спускавшимися до самых плеч, накрашенная сверх всякой меры, девица отличалась на редкость упрямым и вздорным характером. Вздрогнув, она перевела на старшего кассира отсутствующий взгляд.
– Я слышала, что у вас недостача?
– О – о! – нараспев протянула Аида с капризными интонациями. – Есть немного.
– Сколько на этот раз?
– Какая вам разница!
Аида была весьма невоздержанна на язык.
– Как же это случилось?
– Понятия не имею.
Продавщица поежилась. Всмотревшись в нее, Тамара заметила, что у «алкоголички», так называли работающих в этом отделе, расширенные зрачки. Подумала, уж не наркоманка ли та и приготовилась к долгому разговору. Но подоспела вездесущая Таня Пэн, встав по другую сторону прилавка.
– Нашла! – спросила она с утвердительной интонацией.
– Нет! – коротко ответила ей Тамара, добавив про себя: – И не искала!
– Жаль! – протянула Таня, исчезая.
Аида вновь отвернулась к окну.
– Продолжим. Так сколько в действительности не хватает?
– Не все ли равно.
– Вы обязаны отвечать. Может быть я сумею помочь.
Строптивица недоверчиво усмехнулась.
– Мы просмотрим контрольную ленту, вдруг что-нибудь обнаружим.
Немного поколебавшись, продавщица сообщила: – Четыре восемьдесять.
Тамара подошла к полкам. Ассортимент поражал своим разнообразием. На самых верхних этажах располагалась «тяжелая артиллерия» – «Джим Бим», коньяк «Давыдофъ», коньяк «Юбилейный»… Цены тут начинались от десяти лат и выше. Под ними стояли обыкновенные коньяки, такие как «Белый аист» и виски попроще, разного рода бренди… Середину занимали ликеры местного производства и привозные.
– Это тоже ликер? – ткнув пальцем в тяжелую белую бутылку, по форме напоминающую гранату, удивилась Тамара.
– Конечно. Но мне он не нравится. Терпеть не могу кокосы. А рядом яичный, секете? – усмехнулась Аида. – Вообще отпад!
– Противный, да?
– Не то слово!
Чуть дальше нашли приют солидные марочные вина. Мелькали знакомые названия, такие, как «Алазанская долина», «Пиросмани», «Хванчкара»…
– Почему тот «Кинзмараури» в несколько раз дешевле этого?
– Болгарское производство, а здесь настоящее грузинское, – повеселев, пояснила Аида.
Внизу, видимо, что бы быть всегда под рукой, обосновались водочные изделия. Бросались в глаза необычные этикетки:
«Ореховая», «Облепиховая», «Рябиновка»… А это что? Водка «Столичная», так называемая чекушечка. Два сорок. Умножаем на два – получаем четыре восемьдесят.
Задумавшись, Тамара вышла из-за прилавка. Вполне можно было предположить, что невнимательная девица, погруженная в личные переживания, словно в транс, могла по рассеянности не взять с покупателя деньги, а чек пробить и товар отдать. А тут Таня Пэн со своими претензиями: – ищите мол!
Большинство женщин в магазине работают аккуратно, понимая, что в случае недостачи им придется выплачивать из собственного кармана. Однако с «алкоголичкой» едва ли не ежедневно случаются мелкие неприятности. То она опоздает к открытию, то у ней заболит голова, то придут молодые люди и станут болтать отпугивая потенциальных покупателей. Но избавиться от нее к сожалению нет возможности, потому что в городе катастрофически не хватает продавцов и каждый из них давно уже на вес золота. Прошли времена, когда на вывешенное объявление о наборе сотрудников прибегали десятки желающих. Отток трудоспособного населения за рубеж кардинально изменил положение на рынке труда. Теперь любая особа, стоящая за прилавком, больше не опасается за свое будущее. Подумаешь, выгонят! В крайнем случае перейдет через дорогу и ее с удовольствием примут в соседний магазин.