Чтение онлайн

– И, как кажется, уже лишенный всех иллюзий? – добавил Бен с вопросительными нотками в голосе.

Энджи вполне разделяла его опасения. Дуги же она сказала:

– Не злись особенно на товарищей. Они ведь не знают так Питера, как его знаешь ты. Их возбуждение – обычная реакция на новость, которая и в самом деле взбудоражила всех. Но это хорошо, что ты выступаешь на стороне Питера. Он говорит, что невиновен, и я ему верю.

– Но если теперь никто из ребят не станет обращаться к нему за врачебной помощью, это почти автоматически значит, что работу в Маунт-Корте он потерял, а это несправедливо.

– Да, несправедливо. Но ситуация может измениться. Все, что нам нужно, – это чтобы истинный виновник сознался в своем поступке.

– Мама говорит о том парне, с которым Джули крутила любовь, отчего она и забеременела, – внес дополнительную ясность Бен. – Нам необходимо выяснить, кто этот человек.

Дуги подозрительно посмотрел на родителей.

– Что это вы на меня глазеете? Я не знаю, кто он. Я и Джули Энджел не знаю вовсе. Просто передаю вам то, о чем сплетничают другие ребята.

– Что же, они болтают только о Питере? – спросила Энджи. – А хоть что-нибудь они говорят о самой Джули?

– Мои друзья тоже ее не знают, мам. Она же из выпускного класса.

– Твоя мать прекрасно об этом осведомлена, – сказал Бен. – Она просто думает, что если в школе функционируют сплетни о Питере, то с равным успехом они могут затрагивать и особу Джули Энджел.

– Нет. Они болтают только о Питере. Я ненавижу, когда они называют его извращенцем. Он друг нашей семьи и мамин партнер по работе. Хорошего же о тебе будет мнения, когда узнают, что твой коллега – извращенец!

– Питер – не извращенец! – возмущенно выкрикнула Энджи. Она вспомнила о письмах, которые обнаружила Пейдж и отрывки из которых зачитывала, и решила, что Мара не станет возражать, если она слегка приоткроет завесу секретности над одним из них. – Он и Мара любили друг друга. Ты об этом не подозревал?

У Дуги глаза вылезли на лоб.

– Не может быть!

Энджи кивнула в подтверждение своих слов.

– Отчего же они тогда не поженились?

– Они, что называется, еще не были готовы к этому шагу. Возможно, это и случилось бы, если бы Мара осталась в живых.

– Тогда бы она просто с ума сошла, если бы ей пришлось услышать всю эту чепуху, которую болтают о нем ребята в школе.

– Ты совершенно прав! – подтвердила Энджи.

– И она сразу бы пришла ему на помощь и сделала все, чтобы его защитить, – вставил Бен. – Поэтому очень хорошо, что ты учишься в этой школе. Ты сможешь сделать это вместо нее.

– Но я могу сделать совсем немногое, – пробормотал Дуги. – Я, конечно, пытался защитить его, но все вокруг просто с ума посходили, не одобряют они моей защиты, вот что!

– Значит, сейчас ты чувствуешь себя там не слишком-то уютно?

– Постоянно? Нет, ничего подобного. Только когда они начинают мусолить эту тему.

Неожиданно Энджи поразил тембр голоса ее сына. Он стал значительно ниже. На его щеках пока что не было видно следов растительности, но и это скоро придет. Ее сын взрослел.

– Слушай, тебе и в самом деле нравится жить на полном пансионе в Маунт-Корте?

– Вполне меня устраивает.

– А что, если, – начала она, бросив взгляд в сторону Бена, – что, если мы с папой не будем жить так близко от тебя, как сейчас. Тебя по-прежнему будет все там устраивать?

Дуг насторожился.

– Не знаю, я об этом не думал. А почему вы спрашиваете?

Но Энджи уже пожалела, что упомянула о возможном переезде. Прежде следовало все досконально обсудить с Беном, предоставить Бену возможность сказать первое слово. Она начала первой по привычке. Ей показалось, что это событие, которое столь угнетает ее, должно и в неменьшей степени угнетать и ее мужа. Она опять попыталась заняться режиссурой событий.

Энджи мысленно извинилась перед Беном, но он вовсе не казался задетым ее словами. Более того, он словно принял эстафету из ее рук.

– Мама спрашивает тебя об этом, поскольку мы с ней недавно пришли к выводу, что твоему папочке надо больше и разнообразнее работать. Видишь ли, я заканчиваю свою основную работу рано, а потом шляюсь по дому в одиночестве, не зная, чем себя занять. Ты – в Маунт-Корте, мама – на работе, а мне без вас двоих просто скучно. И вот, – вздохнул он, – есть возможность перебраться поближе к большому городу.

– Какому городу? – подозрительно спросил Дуги.

– К Нью-Йорку.

– Но это же ужасно далеко!

– С другой стороны, – продолжал Бен, и его голос звучал уверенно, – возможно, мы вовсе не станем никуда переезжать. – Тут он посмотрел на Энджи. – Я недавно разговаривал со знакомыми парнями из Дартмута. Им весьма приглянулась моя идея преподавать в тамошнем колледже. Сказал бы даже, что они от нее просто в восторге.

Энджи воспряла духом.

– Правда? Но это просто великолепно!

– Это всего-навсего первая стадия переговоров, но они быстро сообразили, кто я в мире графики. И они полагают, что студенты тоже оценят мои достоинства. Кстати, ты была права. Я могу одновременно читать лекции, как на факультете политических наук, так и на факультете изобразительных искусств.

– Но Дартмут – это еще не Нью-Йорк.

– Да, там не так хорошо с неоновой рекламой.

– Но я думала, что тебе более всего хочется общаться с ребятами из редакции журнала «Таймс».

– Возможно, преподавание окажется куда интересней. По крайней мере, в этом наличествует определенный вызов моим способностям, особенно если дело выгорит.

– Обязательно. – Энджи была уверена в муже. – Ты слишком талантлив, чтобы у тебя не получилось.

Бен похлопал ее по плечу, и на его губах появилась та самая улыбка, которая и в молодости заставляла трепетать ее сердце.