Чтение онлайн

— Ну, я не знаю, — растерянно признался Андрей, чувствуя, что краснеет. — Во всяком случае, сегодня утром речь шла о родственнице Фредерика.

— Его родственники должны быть, кстати, также и вашими, если я не ошибаюсь, — усмехнулась Мария.

— Да, конечно. — Андрею стало вдруг жарко. — Но я давно их не видел.

— Ну-ну. А что видите вы сейчас? — Мария подошла к нему на полшага и встала на цыпочки.

— Я… — глухо начал Андрей. Его сердце стучало где-то в горле. — Я вижу…

— Ну? — настаивала Мария внезапно осипшим голосом. — Что же вы видите?

Мысли Андрея — или то, что от них осталось, — спутались.

— А вы, — выдавил он наконец, — в такое позднее время ходите одна?

Мария наклонила голову набок, и ее полная ожиданий улыбка стала прохладнее.

— Вы говорите, как мой брат. Но я оставила его дома. Иначе бы я не смогла к вам подойти и застать вас врасплох. Я думала… нет, я знала, что увижу вас снова. Где вы оставили своего племянника?

— Там, где мы остановились, — ответил Андрей, чувствуя, как по лбу у него скатывается капля пота. — У друзей.

Мария расстегнула пелерину и села на край колодца. Опираясь руками о камни, она раскачивалась из стороны в сторону, слегка наклоняясь вперед, что еще больше подчеркивало декольте ее платья. Было видно, как поднимается и опускается ее грудь. Андрей при всем желании уже не мог объяснить себе ее состояние как случайное. Еще до Рады было два-три случая, когда он исчезал в стогу с деревенской красоткой, после чего та строила ему глазки. Но тут было совсем другое.

И это другое выглядело настоящим безумием.

Как загипнотизированный, он подходил к ней все ближе, произнося слова осипшим голосом:

— Этого вам не следовало делать.

— Чего не следовало делать? — спросила Мария, прямодушно глядя на него. — Разве запрещено следовать велению глубокого искреннего чувства? Разве запрещено слегка облегчить судьбе путь?

— Я… нет. — При этом Андрей подумал о городской страже, которая ходит где-то здесь, об опасности, угрожавшей в том случае, если обнаружат его, колдуна, который в этот момент сам околдован. — Дело в том, — продолжил он все так же беспомощно, — что я простой мужик из далекой трансильванской деревушки.

— И что с того? — спросила Мария, улыбаясь и наклоняясь еще больше вперед. — Трансильванские мужики — не настоящие мужчины, что ли? Вы это хотели сказать?

— Отчего же? — Андрей мгновение был близок к тому, чтобы вскочить и убежать от этой юной и настойчивой женщины, как от превосходящего по силе врага. Но правда против воли вырвалась у него: — Очень может быть, что я готов… влюбиться в вас.

— А что бывает, если двое любят друг друга или готовы влюбиться? Разве это не самое нормальное в мире? Ты… вы особенно понравились мне один раз — когда сделали вид, будто не заметили меня. — И Мария звонко рассмеялась.

Андрей испытывал возбуждение, которое счел предательством в отношении Рады. А с другой стороны, из него уходило все, связанное с холодным рассудком, сдержанностью и осторожностью. Он чувствовал, что не имеет права пускаться в обольстительную и в то же время коварную игру с Марией, знал, что для нее это не просто развлечение или источник острых ощущений, которые она могла бы вкусить в своей не богатой событиями жизни. Но все это уже не имело для него решающего значения.

Андрей сделал последнее движение, разделявшее их. Его руки, будто самостоятельные существа, находили путь, скользили по ее спине. Он ждал, что Мария его оттолкнет, позовет на помощь пронзительным криком и подоспевшая городская стража схватит его как похотливого соблазнителя, чтобы вскоре обнаружить, что их добыча куда крупнее, чем они предполагали, и что отец Доменикус распорядится учинить над ним суд.

Когда он уже держал в руках ее трепещущее и одновременно требовательное тело, мелькнула мысль, что девушка ведет с ним коварную и злонамеренную игру, нацеленную в конечном счете на то, чтобы заманить его в ловушку к золотым рыцарям. Но думать об этом он был не в силах.

Изголодавшийся, Деляну прижимал ее к себе, осыпая лицо неуклюжими, но настойчивыми поцелуями. К его удивлению, она ответила на его страсть: нежно притянула к себе, и их губы встретились в бесконечном поцелуе. Все происходило быстрее, чем должно было быть, судя по тому, как они касались друг друга; все преграды внутри куда-то исчезли: он был безоружен и не мог защититься от внезапного наплыва страсти.

Их тела слились воедино. Его рука ласкала плечи, продвигаясь медленно, но настойчиво к ее груди. «Слишком быстро, слишком быстро, слишком быстро», — стучало у него в голове. Под его прикосновениями Мария трепетала, и этот резонанс не давал ему возможности прекратить начатое.

Андрей забыл, где находится, забыл, что в любой момент кто-то может пройти мимо и стать свидетелем их любовного действа.

Его губы блуждали по ее шее, в то время как он и она совместными усилиями освобождались от ее дорогого платья. Наконец его губы добрались до ее груди, нежно лаская округлости и пробиваясь к розовым соскам за вырезом платья. Он коснулся их языком, и они, затвердев, словно вытянулись ему навстречу. Ее руки нежно гладили его голову, шею и замерли на спине. Так, в тесном объятии, они сползли на землю.

Мир вокруг них погрузился в небытие. Да и что был весь мир в сравнении с происходящим?

— Я искала тебя, — шепнула Мария на ухо Андрею. — С первого же момента, едва увидев, я уже знала, что хочу тебя. Знаю, так говорить неприлично, но…

Она не закончила. Андрей сомкнул ее губы поцелуем.

— Со мной происходит то же самое. Что-то с нами случилось… У меня такое чувство, словно ты меня околдовала.

Откуда-то извне донесся едва слышный шорох, и жгучий ужас пронзил его. Он вдруг вспомнил, где находится. Резким движением оттолкнувшись от девушки, Деляну вскочил; его рука непроизвольно потянулась к рукояти меча, и он был готов ко всему: к засаде, подстроенной Марией, к патрулю городской стражи, привлеченному их сладострастным занятием, к ватаге грубых парней, случайно проходивших мимо и не отказавших себе в удовольствии поглазеть на двух влюбленных, забывших обо всем на свете.

Но ничего этого не было.

— Фредерик… — простонал Андрей, пораженный и перепуганный одновременно, в то время как его глаза бегали окрест в поисках посторонних, ожидая, что мальчик не один, как призрак, появился из ночи. — Скажи, Бога ради, что ты делаешь здесь?

— Я услышал звуки, — замялся Фредерик.

— За тобой кто-то следил? — взволнованно спросил Андрей.

— Нет… Надеюсь, что нет.

— Тебя что-то выгнало из убежища?