Шрифт:
Владимир Николаевич Корнилов
(1928-2002)
НАДЕЖДА
CОДЕРЖАНИЕ
1
Сорок лет спустя
Трофейный фильм
Инерция стиля
Надежда
Командировка на Север
На кладбище
26 апреля
Полынь
Облако
Дождь
Разговор
Второкурсница
Рифма
Яблоки
Прежнее слово
Безбожие
Черный день
Сосны
Музыка
Шахматы и кино
Работа
Военный оркестр
Вечер Гарри Каспарова в Политехническом
Улыбка
Молодая поэзия
Гитара
Прямота
Аэродромы
Иннокентий Анненский
Пророк
Повторение
Монархист
Два поэта
Разговор с зеркалом
Игра судьбы
Перегонщики "Икарусов"
Платформа 126-го км
Большие батальоны
В больнице
Аритмия
Железная дорога
Стыд
Обещание
Старость
Стих стиху
Где малина, там крапива...
2
Погодинка
Смерть Хемингуэя
Начало
Пишущая машинка
Тоска
Читатель стиха
Достается, наверно, непросто...
В Подмосковье
Женщины
Незадача
вязальщица
Жара
Сигарета
Просьба
Слепец
Ваганьково
Утро
Чтение
Останкинская башня
Учитель
Собака подлеца
Баллада о Буткове
Три года
Сорок четвертый троллейбус
Долголетие
Неподвижность
Корни
Щитовидка
В прачечной
Музыка для себя
Пиво
Живопись
Художник
Ревность
Эстакада
Забвение
Дождь обычный
Жизнь
Дом
Памяти А. Бека
1
СОРОК ЛЕТ СПУСТЯ
Подкидыш никудышных муз
И прочей нуди,
Я скукой день-деньской томлюсь
В Литинституте.
И замыслов невпроворот,
И строчек вздорных...
А за окном асфальт метет
Упорный дворник.
Сутулый, тощий, испитой,
Угрюм он, болен.
Но шут с ним и с его бедой
Я дурью полон.
...Когда бы знать, что он лишен
Других доходов,
Что от журналов отлучен
Отцом народов,
С того и проза тех времен
Вдруг стала тусклой...
Зато просторный двор метен
Литинститутcкий.
...Всю жизнь гляделся я в себя,
А в ближних - мало.
И все равно его судьба
Меня достала.
Такой или сякой поэт,
Я кроме смеха
На склоне века, склоне лет
Уборщик снега.
Кого от нашего житья
Возьмут завидки?
Он от чахотки сник, а я
От щитовидки.
...Тащу отверженность, не гнусь,
Не бью поклонов,
Но перед вами повинюсь,
Андрей Платонов!
И сорок лет спустя молю:
В своем зените
Простите молодость мою,
За все простите
За спесь, и черствость, и сполна
Еще за скуку,
С какой глядел я из окна
На вашу муку.
85, январь
ТРОФЕЙНЫЙ ФИЛЬМ
Гр. Бакланову
Что за бред? Неужели помню четко
Сорок лет этот голос и чечетку?
Мочи нет. Снова страх ползет в середку,
Я от страха старого продрог.
До тоски, до отчаянья, до крика
Не желаю назад и на полмига,
Не пляши, не ори, молчи, Марика,
Но прошу, заткнись, Марика Рокк.
Провались, всех святых и бога ради!
Нагляделся сполна в своей досаде
На роскошные ядра, плечи, стати
Со своей безгрешной высоты.
Ты поешь, ты чечетничаешь бодро
Дрожь идет по подросткам и по одрам
Длиннонога, стервоза, крутобедра,
Но не девушка моей мечты.
Не заманивай в юность - эту пору
Не терплю безо всякого разбору,
Вся она мне не по сердцу, не впору.
Костью в горле стала поперек.
Там на всех на углах в усах иконы,
В городах, в деревнях тайги законы,
И молчат в серых ватниках колонны,
Но зато поет Марика Рокк.
Крутит задом и бюстом иноземка:
Крупнотела, дебела, хоть не немка.
Вожделенье рейха и застенка,
Почему у нас в цене она?
Или все, что с экрана нам пропела,
Было впрямь восполнением пробела?
Или вправду устала, приболела
Раздавившая врага страна?
Ты одно мне по нраву, наше время!
Для тебя мне не жаль ни сил, ни рвенья.
Только дай мне еще раз уверенья,
Что обратных не найдешь дорог.
Ты пойми: возвращаться неохота
В дальний год, где ни проблеска восхода,
В темный зал, где одна дана свобода
Зреть раздетую Марику Рокк.
86
ИНЕРЦИЯ СТИЛЯ
Обретается мир с "не могу",
С "не умею"... Но некуда деться
И штурмует свою немоту
Неуверенный лепет младенца.
Это после придут мастерство,
И сноровка, и память, и опыт...
Но не стоят они ничего
Повторять нынче может и робот!
Все уменье - забудь и оставь,
Как бы громко оно ни звучало!..
Мертвый тянется на пьедестал,
И живой начинает сначала!