Наемный убийца
Шрифт:
— Ничего не поделаешь, — спокойно ответил Картер. — Нам нужно соблюдать осторожность.
— Мне это жутко надоело, — устало сказала она. — Но я знаю, ты прав. В каком-то смысле Фрэнк нужен нам обоим. Если бы не он, у меня не было...
Картер перебил ее.
— Он нам не нужен. И он нас не покупал.
— Но мы не можем просто так взять и уйти от него, — с вызовом сказала она. — Он нас убьет.
— Тогда не будем терять времени, — сказал он и притянул ее к себе, ощущая рукой ее мягкие, ласкающие волосы.
Она благодарно прильнула к нему, и ее рука снова заскользила по его животу вниз. Теперь он ее уже не останавливал и сам снял с нее свитер. Его губы коснулись упругого соска, и она откинулась на кровать.
Она выскользнула из дорогой кожаной юбки и сбросила ее на пол.
Картер снял пижаму и стоял перед Тиной обнаженным. Потом он медленно опустился на колени, развел ее ноги и осторожно снял с нее маленькие шелковые трусики.
Тина подняла ноги и положила их ему на плечи. Возбужденно дыша, она ласкала его волосы и ощущала, как он входит в нее. Ее бедра и живот горели огнем желания. Она громко застонала.
За дверью послышался какой-то шум.
Они замерли; секунды казались вечностью.
Шаги.
Картер медленно поднялся и посмотрел на дверь. Тина опустила ноги, пытаясь унять дыхание.
— Мистер Картер!
Они испуганно переглянулись.
— Мистер Картер!
Он узнал голос ночной сиделки и подошел к двери. Ручка стала медленно поворачиваться, но он сам резко распахнул дверь и увидел стоявшую в коридоре сиделку.
— С вами все в порядке? — спросила она. — Мне показалось, вы не спите...
— Не могу уснуть, — ответил Картер.
— Может, принести вам снотворное?
— Нет, спасибо.
— Вы должны попытаться уснуть.
Он кивнул, закрыл дверь и услышал удаляющиеся по коридору шаги. Обернувшись к кровати, он увидел, что Тина надевает юбку.
— Я говорила тебе, что это все бесполезно, Рэй, — в отчаянии сказала она.
Он подошел и поцеловал ее в лоб.
— Мне нужно идти, — сказала Тина. Ее щеки все еще горели от возбуждения.
— Надеюсь, тебе удастся выйти незамеченной, — улыбаясь, сказал он.
Она кивнула.
— Так не может продолжаться вечно, — сказала она. — Мы должны уехать.
Картер ничего не ответил. Он подошел к двери и выглянул в коридор. Убедившись, что там никого нет, он выпустил ее, поцеловав на прощание.
Картер прислонился спиной к двери, прислушиваясь к шагам Тины. Его переполняли противоречивые чувства и мысли.
И все-таки она права, им нужно уехать.
Но и о Харрисоне забывать нельзя.
Глава 8
Дом пустовал уже больше года. Последние жильцы съехали, и здесь теперь властвовали новые обитатели. Крысы, мыши и громадные пауки вольготно чувствовали себя в заброшенном здании. Сырая плесень покрыла стены зловещим черным саваном. Остатки обоев рваными лохмотьями свисали с выщербленной кирпичной стены, словно разлагающаяся плоть.
На кухне мокрицы и водяные блохи сновали по разбитой мебели, стараясь не попасться паукам, свившим в раковине свои паутины.
Гостиная была просторной. Там находился большой камин, в котором когда-то весело трещали смолистые поленья... Теперь холодный, черный зев камина был забит пылью и крысиными экскрементами.
Окна в гостиной наглухо заколочены, а стекла в них давно разбиты. Три спальни наверху находились в таком же запустении. В одной из них на полу валялось одеяло со следами засохшей рвоты — единственное свидетельство человеческого присутствия здесь.
Сюда заглядывали только алкоголики, прячась от дождя. Но даже они не в силах были долго выносить зловоние и паразитов.
Власти должны были снести этот дом уже более шести месяцев назад. Сделать его пригодным для жилья было невозможно, но землей, по слухам, кто-то заинтересовался.
Три дома стояли заброшенными и никому не нужными. Трава и кустарник возле зданий выросли до окон первого этажа.
Все старались держаться подальше от этих домов. Дети там не играли, боясь собственной фантазии, рисовавшей им куда более жуткие картины, чем возможность подхватить столбняк или желтуху, оцарапавшись о ржавый гвоздь.
Дети были уверены, что в этих домах водятся страшные монстры и демоны, и родителей это устраивало, поскольку чада держались в стороне от опасного места, где в любой момент может что-нибудь рухнуть на голову.
Но были и такие, кого влекли темнота и уединение. Они предпочитали жить среди вони и паразитов, в кромешном мраке, день и ночь царившем в этом жилище.
В этих домах уже две недели жили люди. Они не обращали внимания на вонь и разруху. Они видели кое-что и похуже, гораздо хуже.
Никто не видел, как они приехали, никто даже не знал, что они здесь живут. Они искали как раз такое здание, отпугивающее нормальных людей, полностью изолированно, но расположенное недалеко от центра Лондона, поближе к их жертвам.
Свет тусклой керосиновой лампы отбрасывал на стены комнаты длинные тени. Когда кто-нибудь шевелился, казалось, его силуэт на стене движется совершенно самостоятельно и при желании может покинуть комнату.
Тишину нарушал лязг ножей о консервные банки. Собравшимся здесь тарелки были не нужны: они ели прямо из банок, рассевшись словно стервятники в ожидании добычи.
Ели молча.
В углу копошилась крыса, грызла засохшую корку. Один из собравшихся обернулся, запустил в нее пустой банкой и улыбнулся, увидев, как крыса шарахнулась прочь.