Чтение онлайн

Но Митчелла не интересовал никто, кроме тех мужчин, уже лежавших на асфальте. Он разрядил магазин в уже и без того изрешеченные пулями тела, наблюдая, как при каждом выстреле труп дергается и от него отлетают пропитанные кровью куски одежды.

Наемный убийца положил «НК-33» и, взяв «спас», навел его на тело Барбери.

Он выстрелил дважды.

Мощные заряды легли точно в цель.

Первый пробил у него между ног дыру размером с футбольный мяч. Второй снес пол головы.

— Поехали отсюда, — проорал Митчелл, и «вольво» стала набирать скорость.

«И ты успокоишься...»

В комнате, казалось, висел туман. Голубой дымок, словно ядовитая поволока, накрывал присутствующих здесь. Сержант полиции Вик Райли добавил еще одно никотиновое облако, закурив «Данхилл». Он выдохнул дым и посмотрел на комиссара Фредерика Харви.

Верховный комиссар полиции в темном костюме выглядел импозантно. Во рту он держал потухшую трубку.

Перед ним сидели восемь человек, на столе в беспорядке лежало около дюжины черно-белых фотографий. Райли посмотрел на те, что были ближе к нему, и порадовался, что сегодня не завтракал.

Сидевший рядом с ним инспектор Торп, ковыряя в зубах спичкой, смотрел сквозь облака табачного дыма в большое окно, выходившее на Вестминстер. Впрочем, с пятого этажа Нового Скотленд-Ярда дворец был почти не виден за другими зданиями.

Наконец, Харви откашлялся и поднялся. Убедившись, что все детективы внимательно смотрят на него, он вынул трубку изо рта и положил ее на стол, затем взял со стола две фотографии.

— Маурин Лавсон и Пол Хайес, — объявил он. — Думаю, не надо напоминать, что она диктор телевидения. Вернее, была диктором телевидения. Последние четырнадцать месяцев она и Хайес жили вместе. Он режиссер, вернее, был режиссером телефильмов. Оба богаты. Богаты и, как сами видите, мертвы.

Харви повернулся к маленькому лысому человеку, сидевшему справа от него. Тот кивнул и поднялся.

Элан Дэниэлс был судебно-медицинским экспертом и работал в Скотленд-Ярде уже больше двадцати лет. Встав из-за стола, он провел по лысине ладонью.

— Раны нанесены обойм с помощью холодного оружия, — слегка шепелявя, начал он. — На теле мисс Лавсон я обнаружил тридцать семь отдельных колотых ран, расположенных в основном на лице, шее и груди. У нее отрезаны соски. Также уши. На теле мистера Хайеса двадцать девять отдельных колотых ран, гениталии отрезаны и засунуты ему в рот. — Он поднял фотографию. — Можете посмотреть.

Харви кивнул ему, и эксперт сел.

— Несомненно, здесь действовали те же, кто убил семью Кеннингов. Кровь и экскременты размазаны по стенам, начертаны те же самые лозунги, что и в квартире Кеннингов.

Харви бросил фотографии на стол, его голос стал жестким.

— Пять убийств за последние две недели, а мы так никого и не поймали. Что же это происходит?

Все молчали.

— Если вам этого мало, взгляните сюда.

Он взял другие фотографии. На них были обезображенные пулями тела Луи Барбери и двух его телохранителей.

— Это случилось вчера средь бела дня. — Он посмотрел на Торпа. — Что это? Гангстерская война?

Инспектор беспокойно заерзал и открыл было рот, но Харви продолжал:

— Погони на машинах в Вест-Энде, перестрелки. Наверно, кто-то насмотрелся гангстерских фильмов, — раздраженно сказал верховный комиссар. — И мы не имеем ни малейшего представления, кто размазал Барбери по тротуару.

— Пока нет, сэр, — сказал Торп. — Предположительно, это сделали люди другой преступной группировки.

— Блестяще! — воскликнул Харви. — Хотя я и сам догадывался, что Армия спасения здесь ни при чем.

Некоторые из сидевших за столом рассмеялись, но комиссар бросил на них уничижительный взгляд, и смех тут же прекратился.

— Все сделано очень чисто, — вступил в разговор Дэниэлс, — весьма профессионально. Как правило, убийца в подобных случаях пользуется холодным оружием или пистолетом. Здесь же применялся автомат, чтобы у жертвы не осталось никаких шансов выжить.

— Значит, скоро следует ждать ответного удара, — сказал Райли.

— Непременно, — согласился Харви. Он посмотрел на фотографии Барбери и устало покачал головой. — Мы не рассматривали возможности, что между двумя сериями убийств существует связь. Я хочу знать, есть ли у так называемых «убийц богатых» связь с преступным миром.

— Но Джон Кеннинг был порядочным бизнесменом, — сказал инспектор Крис Моррисон, молодой худенький офицер, сидевший за столом напротив Торпа. — А у Дональдсона убили детей, причем он сам остался жив. Я не вижу здесь никакой связи, сэр.

— Во-первых, сынок, никого нельзя считать порядочным. Я еще не встречал бизнесмена, который ни разу в жизни не влез бы в какую-нибудь аферу. По-моему, это просто у них в натуре, — возразил Харви. — Еще Бальзак сказал, что за каждой удачей стоит преступление. Так что проверьте их связи.

Из-за стола поднялся Райли.

— Сэр, если война ведется против богатых, то почему же просто не нанять убийцу? Почему они разрезают на части их и их родственников?

— Райли, чем старше я становлюсь, тем чаще пытаюсь ухватиться за соломинку. Не лишай меня этой возможности, — устало сказал Харви, и в комнате снова послышался смех.

Комиссар вздохнул и взглянул на фотографии мертвого режиссера и изрешеченного пулями главы преступной группировки.

— Мы имеем свору психов, которая режет любого, у кого в банке больше двадцати пенсов. Наверное, не будет большим преувеличением сказать, что мы столкнулись здесь с большими трудностями.

Могила была нарочито праздничной.

Торжество дурного вкуса.

По обеим ее сторонам стояли две большие мраморные скульптуры, изображающие ангелов, держащих доску с надписью: «МАМОЧКА». Ангелы смотрели вниз, на черный камень с высеченными на нем золотыми буквами и портретом усопшей. Из-за огромных размеров и нелепости украшений могила казалась совершенно неуместной среди старых надгробий кладбища Хаммерсмит. Но она была сооружена такой именно для того, чтобы, увидев ее, удивлялись.