Шрифт:
В нашей фантастике слишком много премий. Есть награды уважаемые, есть совсем невесомые, есть нарочито дурашливые, есть такие, что и смех, и грех.
Прибыли от них ноль, на тиражи они не влияют. Недаром сказал Борис Стругацкий: «Смысл литературной премии — сделать приятное хорошему человеку». Но почему вокруг этих призов возникают скандалы? Откуда столько обиженных писателей, молодых и не очень? Есть основания бить тревогу?
Да, есть.
Во-первых, размножение наград заметно их девальвировало.
Во-вторых, сложился довольно узкий круг авторов, гребущих премии лопатами.
Это не устраивает никого, включая заслуженных орденоносцев фэндома{1}. Весной 2007 года Александр Громов, получив очередной «Золотой Роскон», высказался о наболевшем, дав вполне адекватный анализ ситуации. Смысл горькой и язвительной громовской статьи «Почему меня не порвали» можно свести к формуле: чтобы получать награды, писать надо лучше, а вы и не пробуете даже!… Ответным ходом Андрей Белянин — вот уж кого не ждали! — обвинил Громова в лицемерии, а «старичков-фэнов» чуть ли не в заговоре против талантливой молодежи.
Эта реплика вызвала бурю восторга среди пишущей и читающей братии. Ведь «по Белянину» все выглядит очень просто: кумовство, «распил» призов, зажим молодых авторов, пренебрежение к фэнтези и особенно к так называемой юмористической фэнтези. А у нас любят простые ответы на сложные вопросы.
Так ли все элементарно на самом деле? Я, конечно, не «старичок-фэн», но за последние семь лет нахапал (жадно!) почти тридцать премий, так что темой — владею. И раскрыть ее — могу. И про тайные сговоры напишу, и про «стриптиз, обещанный за приз», всех заинтриговавший. Ни слова о благородстве. Ни звука о чести и достоинстве. Только грязь. А вы уж разбирайтесь.
Итак, какие премии вручает фэндом?
1. Авторитарные.
2. Условно неавторитарные.
3. Премии с невменяемым жюри.
4. Премии с профессиональным жюри.
5. Демократические премии.
6. Спецпризы.
Теперь разберемся предметно.
1. Самая весомая авторитарная премия — это «Бронзовая улитка» от Бориса Стругацкого. Ограничен «авторитет» лишь тем, что выбирает призера из номинационного списка конференции «Интерпресскон». Составляет «лист» группа фантастоведов, оргкомитет конвента{2} может добавить две-три позиции.
Теоретически здесь возможно «антилоббирование»: допустим, в лист кто-то не попадет. Лоббирование исключено — на БНС{3} не надавишь. С другой стороны, у него есть любимчики, что ни для кого не секрет. С третьей стороны, любимчики, как правило, пишут хорошо, а то и очень хорошо.
2. За «условно неавторитарными» премиями обычно скрывается никому не известное «спонсорское жюри». Яркий пример — почившая в бозе премия Харьковского университета внутренних дел. Создана она была усилиями литературоведа Игоря Черного и настолько зависела от его личных пристрастий, что мнением неведомого милицейского «жюри» можно пренебречь. Дважды лауреат этой премии, между прочим, Андрей Белянин.
Самая курьезная из таких наград — давно всеми позабытая премия издательства «Змей Горыныч». Директор и главред издательства Ю.А.Никитин вручил ее своему ведущему автору Ю.А.Никитину.
Самая смешная — «Меч без имени» от издательства «Армада» за лучший дебют. Премию основали в стародавние времена, когда авторов «Армады» никто в упор не замечал, кроме Романа Злотникова, которого трудно не заметить и не любить (но призов ему не давали все равно). Вот издатель и выдумал премию, ежегодно вручавшуюся на конвенте «Звездный мост» самому талантливому из молодых талантов «Армады». С тех пор много воды утекло, «армадовцы» стали брать нормальные призы, но «Меч без имени» функционирует в прежнем режиме.
Особняком в ряду «условно неавторитарных» стоит «АБС-Премия » (к ней прилагается денежный приз — большая редкость). Формально это премия с профжюри. Реально — и жюри, и номинаторов назначает БНС. Он же выбирает из лонг-листа финалистов (не менее трех), затем жюри определяет победителей. Хронический лауреат «АБС-Премии» — Дмитрий Быков.
3. Премия с невменяемым жюри — заграничный «Еврокон». Андрею Белянину некие болгары объяснили, что «Еврокон» заранее поделен: в этом году даем русскому, в следующем — болгарину и т. п. Да, такой сговор реален, но только на «восточноевропейском крыле» фэндома. И пока не случится конфликт интересов — тут коалиция мигом развалится. «Еврокон» добывается откровенным лоббированием и мощными презентациями. Берут его, расходуя много сил и спиртного. Выбивают для своих. Сделать приятное хорошим людям.
Похожим образом (кто круче «проставится» — виноват, презентуется) выбивается и место проведения следующего всеевропейского конвента. «Еврокон-2008» пройдет в Москве. А планировали «Еврокон-2007», только вот незадача: украинская делегация буквально утащила его из-под носа у русских, которые уже были уверены в победе… С тех пор наши с украинцами заметно меньше дружат. Да и президент у них какой-то подозрительно рябой.
Это так, к слову (слову Белянина) о том, что на «Евроконе» все распилено и все заодно. Наши не нашли общего языка с киевлянами, которых знают сто лет как облупленных! Хороши лоббисты, ничего не скажешь.
4. До прошлого года самым весомым призом от профессионального жюри был «Странник». Увы, одноименный питерский форум сменил формат, судьба его неясна, «вес» приза резко упал. Но раньше взять «Странник» — это было круто. Жюри премии состояло из авторитетных фантастов, над которыми шефствовал лично БНС.
У «Странника» были свои минусы. Во-первых, его не любили давать за книги, уже где-то премированные. Во-вторых, шефство БНС — это дело обоюдоострое. Ибо Борис Натанович объективный человек, но если кого любит, то не преминет о нем вспомнить вслух, а дальше понимай как знаешь, уважаемое жюри… Известны прен-цен-денты. Наконец, они там прикидывали, кого осчастливить премией в этом году, а кто и подождать может — и т. п.
Самая независимая (по исходной задумке) премия с профжюри — московская «Филигрань», судят которую только критики, а принцип отбора один: литературные достоинства текста. Жюри уравновешено за счет критиков с очень разными пристрастиями. Традиционно «Филигрань» держит сторону умелых, но малоизвестных, малотиражных и малопремированных авторов.
Ориентировано на яркие находки и «новые слова», пусть даже вышедшие крошечным тиражом, жюри киевского «Портала». Пока что, судя по результатам, упрекнуть киевлян не в чем.