Чтение онлайн

Леди Розалинда Бельмонт шла вверх по дороге от городской набережной в сторону Квей-Хилл. Солнце пекло ей затылок. Она шла с непокрытой головой, и густые черные пряди ее волос выбивались из стянутых лентой кос. На ногах Розалинды были кожаные плетеные сандалии. Край ее муслинового платья потемнел от воды, измятая нижняя юбка заляпана речной грязью. В руках она несла ведерко и сачок. Не обращая внимания на прохожих, Розалинда лишь изредка бросала на них приветливые взгляды. Еще летом 1812 года она стала известным лицом в маленьком гэмпширском городке Лимингтон, где жила в большом, из красного кирпича доме миссис Грантли на Хай-стрит.

Рози не отрывала глаз от дороги, и ее взгляд сквозь очки исследовал все, что могло представлять интерес для натуралиста. Ее мать и три сестры с мужьями не переставали удивляться, как это самый младший член семейства Бельмонтов ухитряется увидеть что-либо дальше трех дюймов от поверхности земли.

Сейчас ее близорукий взгляд упал на бабочку «красный адмирал», трепещущую крылышками на белой каменной стене антикварного магазина, что на полпути к Квей-Хилл. Рози подошла ближе, и бабочка, вспорхнув, опустилась на подоконник витрины. По привычке Рози нагнулась, чтобы рассмотреть ее, и машинально отметила признаки, характерные для определенного вида. Но бабочка не представляла особой ценности, и Рози позволила ей улететь.

Она посмотрела на витрину антикварного магазина. За стеклом среди эффектно разбросанных рыболовных сетей и стеклянных шариков красовалась коллекция серебряных табакерок, хрустальных кубков и раскрашенных морских раковин.

Мистер Мэлоун, пожилой хозяин магазина, увидел ее сквозь стекло, улыбнулся и поманил пальцем. Рози улыбнулась в ответ и открыла дверь, отчего весело звякнул колокольчик. Она вошла с яркого солнечного света в полумрак магазина и близоруко прищурилась.

— Добрый день, мистер Мэлоун. У вас есть для меня что-нибудь интересное?

— Да, леди Рози, есть. — Седовласый хозяин посмотрел на нее и, тяжело опираясь на палку, заковылял в глубь магазина. — Могу предложить коллекцию насекомых из далекого Суринама; мне прислала их леди Уотсон. Дворецкий сказал, что ее светлость бросает в дрожь от одного взгляда на них.

— О, они поразительно интересны. — Рози оставила ведро и сачок возле двери, взяла коробку и подошла к окну. — Как они попали к леди Уотсон?

— Наверное, она нашла их в ящике стола в кабинете своего покойного мужа. Он, кажется, был натуралистом-любителем. — Мистер Мэлоун тоже склонился над коробкой. — Сам я не вижу в них ничего страшного.

— О, они прекрасны, просто очаровательны. — Рози не сводила глаз с коллекции ос, пауков, огненно-красных муравьев и бабочек, наколотых на желтый лист пергамента. — Я должна купить их.

Хозяин магазина кивнул и про себя улыбнулся.

— Я так и думал, что они придутся вам по вкусу. За них я прошу три шиллинга и шесть пенсов.

— У меня нет с собой денег, — сказала Рози, внимательно разглядывая содержимое коробки. — Но я принесу их, когда завтра утром пойду к причалу.

— Когда вам будет угодно, моя дорогая, — ответил мистер Мэлоун с легкой улыбкой.

Взгляд Рози оторвался наконец от драгоценной коллекции.

— Вы очень великодушны, мистер Мэлоун. О, что это? — Она подошла к заваленному всякой мелочью столу и взяла в руки маленькую зеленую стеклянную бутылочку. Рози поднесла ее к свету, и стекло засверкало всеми цветами радуги. От серебряной крышки вдоль горлышка шли серебряные полоски.

— Какая прелесть, — пробормотала она, проводя кончиком пальца по полоске.

— Ее выловил один рыбак — нашел в сети для крабов, — сказал мистер Мэлоун. — Удивительно, но серебро даже не потемнело от соли. Очень странно, в самом деле, очень странно.

— Она заколдованная, — улыбнулась Рози. — Волшебная бутылочка из загадочного материала. — Рози не была фантазеркой, но эта вещица изящной формы чем-то привлекла ее. Ее было так приятно ощущать на ладони. Рози хотела положить ее на стол, но что-то удерживало ее. Казалось, что бутылочка нашла на ладони свое пристанище.

— Сколько, мистер Мэлоун?

Хозяин магазина нахмурился и потер подбородок. Ему очень нравилась леди Рози. Она была его частым посетителем и подолгу рылась в пыльных углах магазина, чтобы с победным» возгласом извлечь на свет редкую книгу с рисунками растений или коробку с бабочками. Он не знал, много ли у нее денег, но в любом случае она не производила впечатления богатого человека. А эта красивая вещица могла привлечь внимание состоятельного покупателя. Дела в магазине шли не так хорошо, чтобы мистер Мэлоун мог позволить себе быть филантропом.

— Боюсь, что цена ей не меньше десяти гиней, — произнес он после долгой паузы.

Рози растерялась. Она никак не могла понять, куда деваются Деньги, которые присылает ей мать, — будто сами исчезают из кошелька. Вот и теперь на следующий квартал ничего не оставалось. Поэтому Рози лишь неловко протянула руку, чтобы поставить бутылочку на место, но она словно прилипла к ладони. Рози не могла разжать пальцы.

— Я пришлю деньги со слугой, как только вернусь домой, — услышала она собственный голос. Она займет их у миссис Грантли, а потом попросит мать вернуть долг. Элинор Бельмонт, конечно, не откажет дочери, но Рози всегда была крайне смущена тем, что не может объяснить своей добродушной матери, почему постоянно оказывается без денег.

— Тогда я сейчас заверну ее вам. — Мистер Мэлоун засветился от удовольствия и поспешил за прилавок, чтобы взять оберточную бумагу.

— Нет, не нужно, — сказала Рози, опуская бутылочку в карман. Ее тяжесть приятно давила на бедро, и у Рози снова возникло странное ощущение, что эта вещица предназначена именно ей. Она прижала к груди коробку с суринамскими насекомыми и взяла ведро с сачком. — Я пришлю деньги через час.

— Очень хорошо, леди Рози. Заходите еще. — Хозяин распахнул перед ней дверь.

Рози радостно улыбнулась.

— Это был поразительно удачный визит, мистер Мэлоун.

— Рад это слышать, миледи. — Стоя в дверях, он смотрел на изящную фигурку девушки, неуверенно поднимающуюся на холм, ибо глаза ее снова были прикованы к земле.

Элизабет Грантли была крестной матерью Рози и старой подругой леди Элинор Бельмонт. Бездетная Элизабет многие годы изливала всю свою нерастраченную материнскую любовь на крестную дочь, и Рози чувствовала себя как дома в ее особняке георгианской эпохи, стоящем на вершине лимингтонского холма. Словно жила у себя в Стоунридже, недалеко от Дорсета.