Наизнанку
Шрифт:
– Насть, мы не стали говорить Лиле, но… – Рома сделал небольшую паузу и продолжил, – его убили, жестоко убили.
– Что?
– Пожар не был случайным. Его сожгли заживо. А перед этим изуродовали его гениталии.
– Гениталии?
– Да. Тело сильно обожжено. Ожоги четвертой степени покрывают больше девяноста процентов поверхности. Нам с трудом удалось установить личность потерпевшего. Не могу объяснить, как так вышло, но при практически девяностопроцентной площади поражения, кожные покровы в брюшной области и области паха остались практически нетронутыми. Анализ ДНК делали на основе материалов, полученных из этих областей. Плюс в области паха имеется около десяти ножевых ранений.
– Это должно быть очень личное. И преступник явно орудовал не в одиночку. Вряд ли Никита не оказывал сопротивления.
– У него проломлен череп. Что как ты понимаешь, облегчает задачу, а значит, справиться с ним мог и один человек, – резюмировал Рома.
– Господи, какой ужас, – прошептала я, закрыв лицо руками. – Я не могу поверить… Кто? А главное зачем?
– Зря я тебе сказал.
– Нет, все нормально Рома, правда. Теперь я хотя бы знаю к чему готовиться. Слушай, тут продают виски? Нужно это как то…, – я не смогла закончить, руки пробила мелкая дрожь, по щеке потекла слеза. Я быстро смахнула её, глубоко вдохнула и попыталась привести мысли в порядок.
– Не надо, Настя, не надо виски. Как ни крути, это большой стресс для вас обеих. Сейчас тебе нужно поехать домой и лечь спать. Ты устала, ты вымотана, хотя и не признаешь этого. Тебе силы нужны не меньше чем Лиле, а то и больше. Давай я отвезу тебя. Не думай пока о расследовании, о пожаре, ни о чем, об этом не думай, прошу тебя. Все наладится, нужно просто перетерпеть. Давай, поехали…
Вернувшись домой, я заглянула в комнату, где спала Лиля, убедившись, что она еще спит, решила принять ванну. Сказанное Ромой о смерти Никиты не укладывалось в голове. Сама по себе смерть в пожаре страшна: паника, дым, отсутствие воздуха, открытый огонь…. Расследуя смерти от пожаров и видя эти гнетущие зрелища, понимаешь, что предпочтешь задохнуться или как минимум отключиться прежде, чем пламя начнет пожирать тебя заживо. Осознание того, что запах жареного мяса это запах твоей обгорающей плоти – как такое можно выдержать? Как такое можно устроить? Само по себе убийство это одно из самых бесчеловечных поступков, придуманных нами. Ни одно животное не будет убивать своих сородичей ради забавы, наживы и личной выгоды. Ни одно животное не будет придумывать какие-то изощренные и жестокие планы убийства. Ни одно, кроме человека…. Только человек способен убить себеподобного ради денег, власти, мести и что самое ужасное – ради собственного удовольствия. Садистские преступники, издевающиеся над своими жертвами и убивающие их ради достижения высшей точки удовлетворения, это, наверное, самые низшие представителя человечества, место которым на электрическом стуле. Мерзавцы, душащие людей, ради того, чтобы почувствовать власть и последний вдох своей жертвы; сексуальные маньяки, насилующие женщин и детей в попытке доказать себе и другим свою мужскую силу и превосходство; садисты, режущие своих жертв, нанося им множественные прижизненные раны, с целью получить сексуальное удовлетворение…
Конец ознакомительного фрагмента.