Шрифт:
– Бум!
Шишка из волос Тамары Степановны нервно скакнула к потолку от хлопка взорвавшегося химиката.
– Капе-е-е-ц, – протянули по слогам одноклассники, глядя на Женьку.
Липкая, вязкая жижа скользила по ресницам, спускалась по чуть вздернутому носу так, что веснушек стало незаметно. Отвратительная по ощущениям субстанция ползла по щекам и не собиралась останавливаться. Как это случается с новенькой Женькой Кораблевой? В прошлый раз села на стул со жвачкой, до этого обнаружила свой дневник с половиной склеенных страниц. Теперь ещё и провал на уроке химии.
– Должно быть, формулу перепутала, – оправдывалась Женька, глядя на указательный палец классной, направленный в сторону двери, но её слова растворились в шуме щелчков телефонных камер. Всем хотелось запечатлеть рыже-зелёного человечка. Наверняка выложенные фото уже набрали кучу лайков в соцсетях. Женька не сердилась на проказы одноклассников, мечтая, что однажды они станут взрослее и добрее, а пока давала списать. «Если есть чем делиться – делись» – так учили родители. Ну и что, что получила «неуд» за одинаковый ответ с Кристиной, первой красавицей и старостой класса. Вот уж кто был примером для подражания – спортсменка, пользуется вниманием парней. У новенькой Женьки по всем составляющим этой формулы были нули.
– Кораблева, выйди! – повторила классная, и Женька повиновалась.
В женском туалете не было ни души. Зажмурившись, Женька нащупала кран, и громкий напор воды заглушил хохот одноклассников в голове. Прохладный поток постепенно избавлял от химического состава на лице. Капли противного зеленого цвета разлетелись по новому свитеру известного бренда. Так ему и надо, уж слишком подчеркивал её худенькую фигурку.
Вдруг дверь школьного туалета, на которой девушки признавались в любви Коляну и Димону, скрипнула. Чьи-то ноги зашаркали в направлении к унитазу. Сквозь слипшиеся ресницы Женька разглядела розовые волосы. Дашка с параллельного?
Кораблева быстро вытерла глаза рукавом свитера. Дашка бросила взгляд в сторону зеленого существа у зеркала и заперлась в кабинке. Через несколько минут, поравнявшись отражениями в зеркале, она начала изучать Женьку с головы до ног.
– Это что, шутка? – Кивком указала на остатки зелёного цвета на умывальнике.
– Ох уж эти одноклассники. – Женька укутала лицо в полотенце, из которого через несколько минут показались большие дымчатые глаза. Легким движением поправила волосы цвета апельсина и улыбнулась в ответ.
– Хм, окей. Новенькая?
– Да, переехала в столицу. Отца повысили в должности.
– Кораблева, что ли?
Женька снова улыбнулась.
– Поня-я-ятно. Так значит, это ты – «Пятый элемент». – Дашка покосилась на невысокую Женьку.
– Пятый кто?
– Хм, забей.
Дашка смахнула остатки воды в умывальник, поправила черную помаду на губах и медленно вышла.
Женька направилась в класс. Пятый элемент? Нужно спросить у отца. Профессор Кораблев Павел Иванович знал всё и даже больше. Или лучше маму, ведь у неё были ответы на все вопросы. Она снова заулыбалась: у неё замечательные родители. И кот Герман. Женька дернула дверь класса за ручку. Тамара Степановна с мензуркой в руках готовила очередной опыт.
– Я слышала, зеленый нынче в тренде, – прокомментировала Кристина появление одноклассницы, демонстративно лопнув жвачный пузырь.
Волна хохота прокатилась по классу и захлестнула Женьку.
– Крапивина, думаю, это неуместно. А ты, Кораблева, сядь. И чтобы больше без экспериментов!
Женька прошла на место.
– Следующее задание. Делимся на пары. – Тамара Степановна серьезно смотрела на класс.
Один за другим ребята нашли товарищей по опытам.
– Кто в паре с Кораблевой?
Женька рассеянно оглядывалась. Добровольцев не было.
– Давайте я, а то ещё что-нибудь случится. – Толик взял в руки стеклянные колбы и начал смешивать то желтоватую, то синюшную жидкости, поднося к глазам и внимательно всматриваясь через прозрачную поверхность. Женька взглянула на него через плечо: понятно, почему Кристина называла его вялым. Толик двигался медленно, бесшумно. Казалось, ничто не могло потревожить его спокойное выражение лица. На этот раз все прошло без розыгрыша.
Через двадцать минут 11 «В» разбудил звонок. Женька вышла из школы и направилась к ожидавшему её черному автомобилю. Дверь приоткрылась, и девушка уютно устроилась на кожаном сиденье.
– Как прошел день, Евгения Павловна? – поинтересовался мужчина за рулем.
– Как обычно, дядя Костя. Благодарю, – ответила Женька, пряча зеленые пятна на свитере.
Одноклассницы завистливо провожали взглядом удаляющийся автомобиль.
– Мало того, что она странная, так ещё и богачка. Везет же новеньким.
– Да не она, а родители, – заметил проходивший мимо Толик.
– Когда твой папаша директор исследовательского института, можно всё. – Подружки согласно закивали. – Не у всех деньги водятся в таком количестве.
Элегантное черное авто припарковалось у коттеджа Кораблевых. Ещё с улицы Женька уловила приятный запах помидор и базилика. Наверняка мама приготовила очередной кулинарный шедевр.
– Жень, так нельзя. Это неправильно. Где твоя гордость? – Всплеснула руками Эльвира Дмитриевна, глядя на свитер.
– Мам, это неудачная шутка.
– Как и жвачка? Как и дневник? Я поговорю с классной. Нет, с директором!
– Мам, не надо. Я только перешла в эту школу, а уже за инопланетное существо принимают. Пятый элемент. Парни не знают, что я существую. Мне бы главное школу закончить и в университет. А пока…
Мама улыбнулась.
– Всё потому, что ты не такая, как все.
– Знаю. Вы повторяете это с детства.
Взгляд матери засветился, и чуть заметные влажные горошины неожиданно выступили на глазах.
– Ты слишком добра. Нельзя быть такой!
Женька задумчиво водила вилкой по фарфоровой тарелке из какой-то императорской коллекции.
– Мам, а разве у доброты есть предел? Она либо есть, либо её нет.
– Рыжик, в жизни случается разное. Иногда приходится поступать вопреки своим принципам. Но тебе рано об этом думать. У тебя вся жизнь впереди.