Напролом
Шрифт:
— Болт, сейчас стукнемся! — предупредил опытный Алан. — Может, тормознуть?
В этот момент правый бок джипа притерся к левому борту «ауди». Послышался глухой треск, «ауди» содрогнулась от удара и вильнула в сторону.
— Ну, уроды, бляха-муха! — закричал Болт и-от избытка чувств двинул кулаком в мягкий потолок,
— Тормозить? — прокричал Алан.
— Давай! Рашид, будь готов!
Алан резко затормозил. Джип, проехав немного вперед, тоже остановился и стал неторопливо сдавать нард. Заметив, что Рашид сунул руку под мышку к кобуре С пистолетом, Болт одернул его:
— Подожди пока с пушкой высовываться. Если они ствол увидят, то сразу в штаны наложат и заднюю включат. Начнут вилять: мол, не хотели, случайно получилось. Пусть наезжать начнут, чтобы до оскорблений дело дошло.
— Понял, — хмыкнул Рашид, — пусть за лохов поначалу считают.
— Во-во. Глянь, выходят! Сейчас начнется…
Дверцы джипа, до которого было не более пяти метров, распахнулись. Из салона, не спеша, вышли люди. Болт считал: один, два, три. Трое. Сразу же попали под дождь. Запахнув куртки, втянули головы в плечи и двинулись к ним. Обычные парни, вроде даже братки, по- Ходка нагловатая, разболтанная. В руках ничего нет. Похоже, Алан прав: сейчас начнут наезжать.
— Выходим? — наклонившись вперед, спросил Рашид.; — Вот еще! — фыркнул Болт, — охота была под дождем мокнуть. Я с ними из тачки буду базарить. Помни, Рашид, раньше времени не встревай! Пусть крутость свою продемонстрируют.
Трое из джипа уже приблизились к ним вплотную. Тот, что подошел со стороны водителя, постучал по стеклу.
— Опусти стекло, — скомандовал Болт и насмешливо предостерег: — Держись, Аланчик, сейчас тебя бандюганы прессовать начнут.
— Ой, как страшно! — засмеялся бывалый угонщик и нажал на кнопку стеклоподъемника.
Парень нагнулся к водителю. По нему хлестал дождь, мокрое лицо кривилось. Алан удивился, когда увидел, что тот протягивает к нему правую руку. Поздороваться, что ли, хочет? Вот так разводилы! Вежливые. Алан отпустил руль, чтобы ответить на приветствие.
— Здорово, земляк! — просипел парень.
Тут Алан заметил, что в протянутой ему руке зажато что-то черное. Еще больше он поразился, когда незнакомец сделал ловкое, почти неуловимое для глаз движение кистью. Что-то блеснуло и обожгло глаза. В следующее мгновение он ослеп, отпрянул и попытался закричать, но смог издать лишь хрип. Затем он провалился в черную бездну.
— Что за хренотень! — заорал Болт, увидев, что водитель тяжело рухнул головой на руль и затих. — Рашид! — взвизгнул он. — Мочи их! Стреляй!
Боевик сунул руку под мышку. Отстегнув ремешок, рывком выхватил из тесной кожаной кобуры тяжелую пятнадцатизарядную «беретту», большим пальцем снял предохранитель.
Но Рашида опередили. Тот, который вырубил Алана, отскочил в сторону, и из-за его спины вырос другой, с пушкой. Рашид медленно обмяк, выронив «беретту».
Стрелявший распахнул дверцу, и Рашид вывалился на асфальт. Онемев от ужаса, Болт не двигался. Он, казалось, намертво прирос к сиденью, потеряв дар речи. В салон заглянул тот самый мужик, который вырубил Алана. Болт увидел худощавое лицо с впалыми щеками, густо заросшими светлой щетиной.
— Вылезай, — коротко и ясно приказал он.
Болт дрожащей рукой открыл дверцу и на негнущихся ногах выполз наружу. Дождь немного поутих, зато подул пронизывающий ветер. Холодные дождевые капли сразу ударили ему в лицо и попали за шиворот. Болт открыл рот и с жадностью стал глотать влажный воздух. Налетчик ткнул его кулаком в бок:
— Лезь в тачку. Быстро!
Он заметил, что двое подхватили бездыханное тело Рашида и запихнули обратно в «ауди». Третий, который по ка что оставался в стороне, быстро и умело обыскал Бол та и бросил:
— Шевели копытами!
Болт забрался в салон. Справа от него сел громила, пристреливший Рашида. В руке он все еще сжимал пистолет. Болт покосился на ствол. Обычный «Макаров», весь потертый. Видать, давно в работе… Заметив, что пленник смотрит на пистолет, громила приставил ствол к его бедру:
— Вниз гляди, гнида! Зенки поднимешь — ходулю п родырявлю.
Болт упер взгляд в пол и даже наклонил голову. С левой стороны уселся третий, прижав свой пистолет к его ребрам. Возмутиться Болт не посмел. Рядом с водилой уселся мужик, который обработал Алана. Хлопнули дверцы. Скрипучий голос скомандовал:
— Поехали!
Когда завелся мотор, тот, кто сидел от Болта справа, спросил:
— Жора, что с этим козлом делать? Может, на пол Положить?
«Так, — подумал Болт, — значит, тот, который пришил Алана, у них главный. Жора… Что-то я о таком не знаю. Кто же они?»
— Слышь, — не поднимая головы, глухо сказал он, — Я хочу вам кое-что объяснить…
Ему тут же двинули по затылку.
— Заткнись, — прошипели Болту в левое ухо. — Объясняться будешь с чертями в аду.
В голове шумело, перед глазами плясали искры. Превозмогая тупую боль после удара, он скрипнул зубами:
— Вы, уроды, хоть знаете, на кого наехали?! Я работаю на Плешивого! Да я…
Тут сидевший впереди рявкнул настолько свирепо, что Болт испуганно замолчал.
— Да вертел я твоего Плешивого знаешь на чем! Захлопни пасть, пока я тебе язык не отрезал! Пацаны! Киньте его мордой вниз!
Болта стащили с сиденья на пол и велели лежать тихо. Щека вдавилась в мокрый вонючий коврик. Сверху бубнил Жора:
— Еще пугать вздумал, козел! Плешивый! Тоже мне страшилка…
Только тут Болт отчетливо осознал, что попал в лапы законченных отморозков. Если они знают Плешивого, но не боятся его, значит, и на них налетели не по ошибке. Значит, это четкий план.