Нарисуй меня
Шрифт:
– Десять минут, Марина, не больше. Екатерина у нее с самого утра.
– Конечно! – сейчас не надо злить Львова, но вообще пора на него нажаловаться Максу, он же платит врачу. – Я ненадолго.
Пока шла в палату, чувствовала прожигающий спину взгляд. Да пожалуйста! Сейчас меня никто не остановит.
– Катя, добрый день. Позволите мне? Хочу с сестрой поговорить.
По аж с подушки чуть приподнялась. Почуяла, что запахло жареным.
– Да, конечно! Я отойду. – через полминуты я плотно закрывала дверь за женой Владимира Петровича.
– Рассказывай, По! С самого начала! Почему ты меня отравила на эту презентацию книги Воронцовой, в день, когда тебя сбили? Говори!
Сестра молчит, только глаза округлила от удивления.
То ли еще будет!
– Говори, По! Сейчас же! Я знаю, кто тебя нанял! Алекс Грин! Я была в его квартире, вещи твои видела. Зачем? Два миллиона, Полина! За что тебе их дали. Рассказывай!
Кричу, господи, я кричу на больную сестру! Но давлю в зародыше голос совести. К черту! Я должна знать правду.
Она молчит, смотрит в сторону игнорирует меня и это окончательно выводит из себя. Бросаюсь к ней, хватаю за плечи, не даю и шанса отвести от меня взгляд.
– Это Грин, да? Его ты ждала, когда Максим пришел? Так вот – он ни разу к тебе не пришел, у него невеста! А я три месяца к тебе приходила, каждый день. Я – твоя сестра, слышишь! Отвечай! Немедленно отвечай, что происходит. Я выхожу за Максима замуж, поняла? Я выйду за него замуж!
– Нет! – в глазах По страх, который никогда прежде не видела, но меня не остановить.
– Что «нет»? Почему «нет»? – трясу ее за плечи. – Отвечай! Он умирает! Слышишь! У него рак, По!
Пытается вырваться, но я держу ее крепко. Она знает, что-то знает важное.
– Я люблю его, понимаешь! Люблю! И если ты…
– Это месть…, - выдыхает сестра, а я замираю, сжимая ее плечи.
– Ему месть. Ксения… она жива. Это… она.
Глава 60
– Что? Жива? Что за бред? – я не верю своим ушам. – По, ты в порядке?
Испуганно отстраняюсь от сестры – может, слишком сильно трясла ее? Что я натворила!
– Ксения Навроцкая, - отчетливо произносит По. – Это она все придумала.
– Она? Что она придумала? Полина!
Чьи-то сильные руки грубо оттаскивают меня от кровати сестры. Я пытаюсь вырваться, но бесполезно.
– Вон отсюда! Вы пациентку убьете! – он зло шипит мне прямо в ухо, но затем отпускает.
Оборачиваюсь и вижу глаза, полные ненависти. Да что такое?!
– Все в порядке, Юрий… Юрьевич. Вы что?
Не отвечает, лишь тянет меня за руку из палаты Полины.
– Я сколько раз вам говорил! Что вы творите! Хотите убить ее?
– Что? – не понимаю. – Убить? Простите, но она должна мне рассказать, она сейчас такое сказала…
– Она бредит, Марина. Вы настолько тупая, что не понимаете элементарных вещей?
Тупая? Я даже растерялась.
– Что? Почему вы так разговариваете?
Львов сжал губы в тонкую полоску, они даже побелели от напряжения. Он явно пытается сдержаться, натужно улыбается проходящим мимо медсестрам.
– Приходите завтра, Марина, а лучше через неделю. Да, через неделю. Я вынужден ограничить ваши посещения.
Что?
– А сейчас, пожалуйста, уходите. – он уже успокоился немного, но голос по-прежнему жесткий. – Вы чуть не избили собственную сестру!
Берет под локоть и быстрым шагом ведет меня по коридору мимо регистратуры, гардероба, мимо охраны. Почти выталкивает меня на улицу.
Стою в полном шоке от происходящего и вижу через стеклянные двери, как он что-то говорит охраннику, указывая на меня рукой.
Да я ничего не сделала! Но доказывать ему что-то бесполезно, а идти скандалить я не умею. Что с ним произошло? Раньше вокруг меня только и ходил, все помощь предлагал. А потом ты его послала, Риша, помнишь? Неприятный внутренний голос заставил мысленно вернуться на несколько недель назад. Тогда Юрий и правда расстроился, но это же не помешало ему взять деньги от Генварского.
Максиму набираю сразу же как только выхожу с территории больницы. Он должен знать. Ксения! Неужели и правда жива? Но откуда тогда По ее знает? Мысли несутся вперед, рисуя самые фантастические картины в голове.
Длинные гудки, он не отвечает. Как же не вовремя! Набираю Кате, мачехе По, она же должна была вернуться в ее палату и тоже тишина. Да что ж такое!
Макс, наверное, еще в своем бывшем офисе – обещал позвонить мне, как только освободится. Наверняка, с Грином о чем-то спорят. Или Алекс узнал о диагнозе?
Ловлю такси, называю адрес бизнес-центра, где еще должен быть Максим.
Я уже начинаю беспокоиться – почему не отвечает?!
Входящий раздается, когда машина уже подъезжает к зданию. Наконец-то!
– Макс, ты где? Надо поговорить и это срочно!
В телефоне тишина на несколько секунд, а потом раздается уставший голос Генварского.
– Я еще в офисе. А ты где? Что случилось?
Я ожидаю Макса на улице – внутрь подниматься не решилась – сейчас все кажутся подозрительными и такие новости нужно точно не при всех сообщать.
Он выходит через несколько минут вместе с Дугиным, о чем-то спорят.
– Привет! – Его теплые губы на моих. Я не успеваю ответить, потому что Макс целует так, что вышибает все напряжение из тела. Сразу становится легко и свободно. Обвиваю руками его шею, прижимаю к себе еще сильнее…
– Кхм… ну я пошел, - раздается рядом насмешливый голос Дугина. – Ну хоть у кого-то будет хороший вечер!
Когда Макс выпускает меня из своих объятий, я вижу лишь спину Дениса. Неловко все-таки.