Чтение онлайн

Тем не менее, скорее всего, следовало банально отбросить все эти слова в сторону и убить их ножом.

Как оказалось, вид крови куда более неприятен, чем просто подлить какую-нибудь гадость в варево и понаблюдать за тем, как кто-нибудь будет упрямо подыхать где-то далеко-далеко.

Смешно.

– Ты в порядке? – в очередной, наверное, даже в сотый уже раз поинтересовалась Склепова. – Выглядишь бледной…

Гробыня пыталась продемонстрировать доброту. Она где-то отыскала ткань, которой перемотала израненные руки Риты, и то и дело следила за тем, чтобы Шито-Крыто что-то ела, а не голодала.

– В полном, - мотнула головой Шито-Крыто, а после наконец-то размотала проклятый бинт на правой руке.

Там он был совершенно бесполезен – если на левой её рана оказалась достаточно глубокой, то на правой – лишь царапины, которые уже давно затянулись.

Рита отбросила несколько прядей волос с собственного лица, стараясь не обращать на это совершенно никакого внимания, а после обмотала бинтом ладонь и потянулась к небольшой сумочке.

Там она хранила все свои ингредиенты для будущего зелья – те, которые она столько собирала для того, чтобы убить соперников.

Девушка постаралась прихватить с собой вещи как можно более незаметно, когда с Гломовым и Гробыней они уходили с утёса.

Она наконец-то отыскала главный компонент своего будущего зелья, но опасалась прикасаться к нему руками.

Как ни крути, он должен был оставить ожоги даже в таком, сыром виде, а что же будет в вареве! Но Марго не стремилась рисковать собой – а тряпки, которыми её обматывала Гробыня, оказались как нельзя кстати.

– Зачем ты сняла бинт? – воскликнула Гробыня. – У тебя же раны, ты можешь пострадать и занести инфекцию!

– Просто тут царапина, я хотела сохранить ткань для второй руки, когда надо будет делать перевязку! – поспешила воскликнуть Рита.

– Точно? – Склепова мотнула головой, и её фиолетовые волосы рассыпались по плечам. Она выглядела достаточно удивлённой, но, тем не менее, не испуганной, и это уже могло радовать.

– Точно! – воскликнула, кивнув, Рита.

Склепова наконец-то отвернулась – она не смотрела на Шито-Крыто ни своим наивно-голубым, ни язвительно-фиолетовым глазом, и теперь Марго могла сделать всё, что задумала только что.

Она наконец-то обмотала ладонь тряпками и сорвала цветок. После как можно более осторожно завернула его в бинты и спрятала в сумку.

Чудо, что его удалось отыскать.

Варево и без него было бы смертельным и не сделало бы совершенно ничего хорошего, но так подействовало бы куда быстрее и радикальнее, что и нужно было Рите. Теперь осталось только приготовить его.

– Сдохните, твари, - прошипела она себе под нос, а после мило улыбнулась Гуне, который проходил мимо.

Такой яд должен был подействовать даже на некромагов, впрочем, не так уж явственно, и это радовало девушку.

Она сумеет победить, особенно если будет менее самонадеянной, чем эта чёртова Маланья, которая набросилась на неё.

Рита уже была готова умереть там, когда та занесла руку над нею, но, оказывается, это так важно – провозгласить целую речь над будущим трупом.

Вот над трупом бы и произносила.

Она усмехнулась и поднялась на ноги, внимательно косясь на Склепову. Погубит тебя добро, девочка.

========== Боль одиннадцатая. Берегись пламени ==========

Шёл четвёртый день этих отвратительных игр – точнее, четвёртый день второго тура, который казался куда более отвратительным, чем третий или второй. Таня чувствовала, что что-то приближается, смерть кого-то неизвестного, а может даже и наоборот. Она понимала, что кто-то должен погибнуть – ведь иначе игры не состоятся, и тогда на тропу битвы выйдут некромаги.

Это казалось очень страшным, но Таня старалась не задумываться над этим, ощущая, что её сердце то и дело начинает биться медленнее, чем должно.

– И всё-таки, что ты видишь? Как это происходит? Мне важно знать! – вновь спросила Попугаева, хватая её за руку.

Они всё шли и шли этим цветастым полем, и пить хотелось так, что можно было сойти с ума. Гроттер уже увидела впереди, совсем рядом, речушку, но дойти туда самостоятельно попросту не могла.

Валялкин, как единственный мужчина в их компании, отправился туда один – до реки было около полукилометра, и он, взяв с собой флягу, единственную, которая у них была, шагал достаточно уверенно.

Таня чувствовала, что опасность стремительно приближалась к ним, вот только ничего поделать, естественно, не могла – она и вовсе чувствовала себя совершенно бессильной и не способной на активные действия девчонкой, которая сдалась и потеряла возможность выбраться на свободу.

Она практически задыхалась – то ли от ужаса, то ли ещё от чего-то, словно непонятная верёвка опутала её шею и не давала возможности нормально, по-человечески вдохнуть воздух.

– Зачем тебе это знать? – наконец-то поинтересовалась Таня, пытаясь говорить как можно спокойнее.

Конечно же, она не хотела срываться и демонстрировать собственное негодование, поэтому попросту сорвала какой-то цветок и попыталась сосредоточить внимание на нём, присматриваясь к тоненьким белым прожилкам, которые пронизывали его лепестки, к яркому синему цвету.

Рассматривание цветка немного успокаивало и заставляло перестать думать обо всякой ерунде, поэтому Таня почувствовала себя более уравновешенной и перестала дрожать настолько сильно, как это было прежде.

Верка смотрела на неё очень внимательно и явно дожидалась каких-то слов. Гроттер не особо стремилась разговаривать с нею, ей просто было не до этого – не хотелось говорить ни единого слова.

Может быть, в этом всём есть какой-то смысл, конечно.

Но Гроттер его совсем-совсем не видела, да и, казалось, всё это превратилось в окончательное безумие.

Она скоро сойдёт с ума.

Рыжеволосая принялась рвать цветы, плетя из них венок. Под руки попадались одни васильки, синие, словно небеса или, может быть, глаза Ваньки, и кроваво-алые маки.

Таня не пропускала ни того, ни другого, чередуя и пытаясь отвлечься на эти проклятые цветы, которые так сильно её раздражали, когда они шли.