Наркомафия
Шрифт:
Прикинув маршрут, Принц понял, что шагать ему придется чуть ли не всю ночь - Николай Павлович жил за городом. Но если уж приехал…
Ферму Николая Павловича - ее он переделал из группы разбитых временем еще советской постройки коровников, дом и прочие помещения пристраивал уже к коровникам, которые выкупил по остаточной стоимости за несколько тысяч рублей и пару ящиков водки - так вот ферму Принц заметил сразу. По ее краям, светясь в ночь нереально ярким светом, стояло что-то типа колонн или факелов непонятного назначения, делая обычную хозяйскую ферму похожей на аэродром или что-то в этом роде. Уловив ориентир, Саня Принц сошел с дороги и зашагал напрямую, благо между ним и фермой лежало совсем недавно выкошенное поле.
До фермы он шагал едва ли не полчаса - но все-таки дошел. Дошел, постучался в ворота - и отпрянул от оглушительного "Гав!" раздавшегося совсем рядом с воротами. Судя по тональности и мощи этого "Гав" зверь, который издал этот звук был немаленьких размеров.
Николай Павлович вышел к воротам через несколько минут, с ружьем. Постоял несколько секунд, присматриваясь, потом повернулся, зашел обратно во двор, чтобы посадить на цепь собаку…
– Пошли. Утром расскажешь.
Утром Саня Принц проснулся от совершенно неожиданного звука, он даже не понял что это за крики такие. Потом дошло - так кричит петух утром. Видел в одном фильме.
Позавтракали - просто, молоком, хлебом, кашей. Народу в доме было немного - старший сын и дочь Николая Павловича уже жили в городе, остался в доме только младший сын, на год моложе Принца. Еще была Анна Ивановна, жена Николая Павловича, которая один раз в Йемене, в дальнем гарнизоне взяла автомат и стреляла из него, когда на гарнизон напали муртазаки*. В общем и целом - с Анной Ивановной шутить не стоило.
Позавтракав, Николай Павлович отправил сына куда-то на тракторе, сам же надел рукавицы и такие же рукавицы дал Принцу. Николай Павлович придерживался устаревших представлений о жизни - он считал, что на серьезные темы лучше всего говорится, когда работаешь.
Работа оказалась не из приятных - чистка свинарников. Сами свиньи весело рылись в огромном загоне, бултыхались в грязи - а Саня Принц налегал на лопату. Собрать все… что осталось от свиней вперемешку с опилками, подгрести это на проход - потом это все сдвигается трактором. Потом взять большую корзину набрать опилок из огромной кучи у входа и в одном из углов сделать свиньям что-то вроде постели, остатки рассыпать равномерно чтобы было чисто. Свиньи - они кстати не такие как о них думают, если и гадят, то только в одном углу, и по закону подлости - в самом дальнем от дверцы. Вонь, мухи - свинарник одним словом.
– Про Павла что знаешь?
– задал вопрос Николай Павлович, когда они оба присели передохнуть на корзины, в которых до этого носили опилки свиньям.
– Письмо прислал. Из Кабула. С фотографией - он и еще какие-то. С оружием.
– В наемники значит подался… - по тону Николая Павловича невозможно было понять одобряет он это или нет - понятно… От Павла стоило что-то ожидать в этом духе. По призыву в Афган не попал, не успел - так теперь добровольцем решил. Нарвется рано или поздно - хотя такие как он только на войне и живут. Свернуло у него крышу в Чечне, свернуло. Ну а тебя что сюда привело?
Сашка думал, как сказать - потом решил, что сказать следует правду
– Я не знаю что делать, дядя Коля…
Николай Павлович кивнул. Он не курил, не имел такой привычки - просто сидел и слушал.
– Для начала расскажи хоть…
И как рассказать? Дядя Коля, я легкими наркотиками торгую, а теперь мне предложили тяжелыми торговать? А я не хочу, потому что у меня девчонка есть, я ее люблю, а она героином ширяется?
А еще - я человека убил. Это что ли рассказать?
– Дядя Коля, а скажите… Вот если я торгую… по закону это можно, но…
Принц остановился, не зная, что сказать.
– Ты скажи, чем ты торгуешь.
Принц помолчал
– Есть такая трава, шалфей… но по закону это не наркотик, я точно знаю. Ее любят курить. Вот я и думаю…
– Хорошо это или плохо, что ты этим торгуешь? А как ты сам думаешь - хорошо это или плохо, если тебе стыдно даже рассказать мне об этом?
– Да я не об этом…
И об этом тоже!
– Понимаете… мне предложили… другим торговать… но я не могу, понимаете, дядя Коля, не могу!
– Почему не можешь? Если ты можешь торговать одним - что тебе мешает торговать другим? Это ведь, считай, одно и тоже. Что одно наркотик, что другое наркотик так ведь? Это ведь приносит деньги, правда? Или боишься, что в тюрьму сядешь?
– Да не в тюрьму…
Сказать?
– Понимаете… есть девчонка… мы с ней всего несколько раз встречались но мне она нравится… Но понимаете, она тоже…
Николай Павлович ждал. Безжалостно ждал.
– Она на героине сидит - наконец выдавил из себя Принц
Николай Павлович помолчал.
– Ну, вот так и бывает. Скажи сам, что это для тебя?
Наказание…
– Наказание?
– То-то и оно. Наказание. Помимо закона есть еще и правда. А правду не обманешь. Если ты продаешь наркотики - тебя накажут. Тебя накажет сама жизнь. И это - самое справедливое наказание из всех, какие только могут быть. Если бы тебя арестовали и посадили в тюрьму - ты бы так и не понял, какое зло ты совершал. А сейчас ты это понял. По-настоящему понял, а не на словах: слова это пустота. Скажи, то что с тобой произошло - это справедливо?
Увы, справедливо…
– Справедливо… - вздохнул Принц - справедливо…
Помолчали. Потом дядя Коля снова заговорил.
– Раз ты понял, значит и наказан зря. Ты хочешь что-то изменить?
– Хочу. Но как?
– Как?
– дядя Коля усмехнулся - интересный вопрос сам по себе. Как… Не так давно я смотрел по телевизору передачу. Там один милиционер, спрятав свое лицо, потому что ему было стыдно, рассказывал, что знает, где собираются подростки - наркоманы и не может ничего с этим сделать. Но если он не может ничего с этим сделать - зачем же он тогда остается милиционером? Для чего нужен милиционер, если он не может ничего сделать. Скажи честно - а ты что-то можешь сделать?