Народ Моржа
Шрифт:
«Не иначе как это „барабанщики" – местные колдуны или начальники. От драки они сбежали, но к своим почему-то не уходят. Может, от меня сбегут? Или, наоборот, – замочить попытаются? Впрочем, плевать!»
Они не сбежали, хотя Семен был хорошо виден на равнине. Когда до них осталась пара сотен метров, Семен поменял оружие местами: заряженный арбалет понес в руках, а пальму пристроил за спиной. Вскоре, правда, выяснилось, что эти трое вооружены лишь большими бубнами и множеством костяных побрякушек, навешенных на одежду. Арбалет Семен разрядил и тоже пристроил за спиной: «Двое парней и старичок – божий одуванчик. Уж как-нибудь справлюсь, если что…»
По мере того как Семен приближался, троица начала пятиться, но быстро прекратила это занятие, видимо сочтя его бесполезным. Один из парней приподнял свой бубен и несколько раз стукнул по нему ладонью, однако старичок остановил его жестом. Семен их понимал – вблизи он оказался для них гораздо страшнее, чем издалека. Люди были одеты в штаны и рубахи из оленьих шкур. Жидкая седая бороденка старика и волосы на голове были заплетены во множество коротких косичек. К концам некоторых из них привязаны костяные фигурки или ракушки.
Парни Семена не интересовали – молодежь мало что значит в первобытном обществе, – а вот старик мог оказаться серьезной «шишкой». Изнемогая от избытка звуков «ы» и «э», Семен произнес приветствие на местном языке. К ужасу в глазах старика добавилось изумление. Он быстро-быстро что-то залопотал. Пришлось остановить его:
– Я знаю мало ваших слов. Понимаю еще меньше: Надо колдовать. Садись!
Старичок все порывался что-то говорить, что-то объяснять, помогая себе жестами, однако Семен почти насильно усадил его на землю и сам уселся напротив. Не вдруг и не сразу, но ментальный контакт наладился.
– Кто ты?
– Не видишь, что ли? Человек.
– Нет! Ты же нерожденный!
– Н-ну, вообще-то можно считать и так, – не стал спорить Семен. – Родился я не в этом мире. А можно и по-другому: я рождался здесь множество раз. Примерно столько же, сколько и умирал. Это, впрочем, не важно.
– Ты пленник демонов моря?
– Пленник?! Я их повелитель! Впрочем, я здесь не для того, чтобы рассказывать о себе. Я буду задавать вопросы, а ты отвечать, понял?
В целом Семен мог быть доволен собой – наспех построенная им модель происходящего оказалась очень близка к реальности. Эти самые кытпейэ обнаружили на морском берегу поселение неандертальцев, увидели лодки и решили, что пришельцы являются «исчадьями ада». Долгое время люди надеялись, что эта нечисть сгинет сама по себе или в результате их колдовских действий. Ничто, однако, не помогало – длинномордые водоплавающие чужаки никуда не девались, а, наоборот, стали рыть норы во владениях другого – не морского – бога. («То есть прибрежный обрыв – это еще море, – догадался Семен, – а плоскотина над ним уже является настоящей сушей».) Дело дошло даже до того, что демоны по суше пришли к стойбищу, убили двоих людей, а одного утащили. Правда, при этом и люди смогли убить одного демона. Сей факт вселил надежду: значит, нечисть смертна в этом мире и как-то реагирует на людские воздействия. В общем, когда к стойбищу на берегу прикочевал еще один клан кытпейэ, руководство решилось организовать серьезную военно-колдовскую акцию. Результаты ее оказались ужасны.
– Сами виноваты! – твердо заявил Семен и задумался, в чем же их обвинить. – Мне ли не знать, как обращаться с морскими демонами!
– Но мы все сделали правильно!
– А что, такие существа здесь уже появлялись? И ваше колдовство от них помогало?
– Не появлялись…
– Вот видишь! Вы сами призвали их в этот мир и теперь страдаете.
– Сами?!
– Конечно! Терпение Уткэ кончилось – сколько можно безобразничать в его владениях?!
– Но мы все делали правильно…
– Если бы правильно, то здесь не появились бы демоны, правда?
– Не появились…
– Вас – людей – еще много осталось?
– Здесь, возле моря, совсем мало. Разреши нам уйти.
– Власть моя над демонами не безгранична. Но я постараюсь не дать им уничтожить вас. Если вы мне поможете, если будете хорошо себя вести.
– О, да!
«Горе побежденным, – грустно усмехнулся про себя Семен. – Чего от них потребовать?»
– Почему ты здесь? Кто эти молодые люди?
– Мои ученики. Они помогали камлать.
– Почему ты не ушел сразу к своим?
– Мне… Нам… Нам нужно отпустить души умерших, но… Но я не могу, боюсь… Может быть, демоны уйдут хоть ненадолго? Я не могу оставить… стольких вечно страдать.
– А тела погибших вам не нужны для правильного погребения?
– Да-да, конечно! Но демоны, наверное, не отдадут их… Хотя бы души…
Семену категорически не хотелось лезть в дебри чужой обрядности – надоела она ему. Он решил пойти самым коротким путем:
– Если кытпейэ признают свою вину, если покаются, демоны отдадут не только души погибших, но и их тела.
– Правда?! В чем же наша вина?
– Не те жертвы приносили Уткэ. И не так. Если у вас есть еда, то вам нечего делать в его владениях – он не любит, когда нарушают его покой. Если же вам нужна пища, вы можете просить о ней Уткэ, но то, что он даст вам, является его плотью. Вы должны употребить ее всю. Вы же отчуждали дубинами и копьями божественную плоть и предавали ее тлению.
– Но так…
– Я сказал, КАК надо. Ты мне не веришь? В дар же Уткэ следует приносить то, что живет на суше. Его демоны могут принять сейчас шкуры оленей, лошадей и бизонов, а также немного рогов.
– Мы дадим все…
– Ты говоришь за всех кытпейэ?
– Нет, но… Люди действительно смогут забрать тела погибших?
– Да. Можешь отправить учеников в стойбище с этой вестью, а сам… Хочешь, иди с ними, хочешь – займись душами погибших. Я буду рядом, и тебя не тронут.