Чтение онлайн

На третий день Артур явился с работы пораньше и, поручив младших детей заботам старших братьев, утащил Молли в гости.

Выйдя из камина в красивом и уютном особняке, Молли увидела встречающего их хозяина, который поприветствовал Артура и произнёс:

— Миссис Уизли, добро пожаловать в мой дом.

— Мистер Риддл, я не ошибаюсь, предполагая, что это дом вашего отца в Литтл-Хэнглтоне? — спросила она у Тома, который и был хозяином.

— Вы правы в своих догадках, — ответил тот, и продолжил, — зовите меня Томом, я хоть и намного старше вас, но тешу себя надеждой стать вам другом.

— Хорошо, Том, — легко согласилась Молли, — тогда и вы зовите меня по имени. И, как я понимаю, меня пригласили сюда не просто так?

— Да, вы являетесь непосредственной участницей операции и имеете право узнать факты раньше, чем они появятся в газетах, — ответил Том и повёл её и Артура вглубь особняка.

Войдя в очередные двери, Молли поняла, что они достигли конечного пункта своего путешествия по дому. В гостиной, в которую они вошли, уже всё было готово к чаепитию.

Присев в кресло и пригубив чай, Молли переводила взгляд со своего мужа на хозяина дома, с нетерпением ожидая рассказа.

— Артур, ты позволишь мне начать? — спросил Том и, получив согласие, заговорил:

— Как ты помнишь, мы говорили, что у нас были подозрения, что во всей этой истории с Тёмным Лордом замешан Дамблдор. После твоего рассказа мы почти убедились в этом. Ища сведения, которые могли стать доказательствами, мы столкнулись с интересными фактами, которые навели нас на мысль, что Волдеморт никогда не существовал, а смерть Дамблдора только подтвердила этот уже известный нам факт.

— Каким образом? — спросила изумлённая Молли.

— Как мы смогли убедиться, у сторонников Тёмного Лорда пропали метки.

— Вы хотите сказать, что Дамблдор и был Тёмным Лордом? — Молли шокировано уставилась на невыразимца.

— Их никто и никогда не видел вместе, они никогда не сходились в битве один на один…

— Но битва в Министерстве, о которой я вам рассказывала?!

— Мы дойдём до этого. Как мы поняли, Дамблдор с конца пятидесятых годов стал создавать организацию, известную как Пожиратели Смерти. Он создал метку, которая, будучи наложена добровольно на человека, лишала того воли, заставляя действовать так, как хотел её хозяин. В эту ловушку попалось много магов, которые заинтересовались идеями, провозглашёнными Волдемортом.

Впрочем, те, кто воевал впоследствии на другой стороне, в созданном в противовес Ордене Феникса, тоже обрабатывались, но уже по другой программе. Чары, магловский гипноз, зелья. Да и просто воспитание будущих последователей ещё в школе, потакание одним, ущемление других. И те, и другие пополняли ряды противников, а их общий гроссмейстер разыгрывал одному ему известную партию. Как ты сама уже догадалась, пророчество тоже было подстроено.

— Но кто же пришёл в дом Поттеров?

— К ним пришёл Грюм, ведомый Петтигрю. Тебе ведь тоже показалось странным, что люди так точно знали, что происходило у Поттеров. Ведь единственный свидетель, оставшийся в живых, был мал и рассказать ничего не мог.

— А шрам Гарри?

— Тёмномагическое проклятие, ничего общего не имеющее с авадой, привязывающее к тому, кто его произнёс. Вытягивающее из ребёнка магию и дающее возможность привязавшему насылать ужасные видения.

— Но зачем? — она никак не могла понять мотивов директора.

— Всё это явно подводило магов к междоусобной войне, начало которой было положено в семидесятые. Было выбито много магов, потом последовали спокойные годы, потом противостояние возобновилось, как мы смогли убедиться, услышав твой рассказ. Судя по всему, в конце четвертого курса был бы поднят лич, которому Альбус перенаправил бы некоторые функции меток, позволяющие тому командовать Пожирателями, давно уже превратившимися в рабов. И как не горестно мне было это узнать, для создания лича был бы использован прах моего деда Марволо. Та битва в Министерстве была, естественно, постановочной и, как всегда, способствовала плану Дамблдора.

— А смерть от проклятия кольца?

— Это всё входило в план, он не желал становиться во главе светлой стороны в возобновившемся противостоянии. Эту функцию должен был выполнять Поттер, который, благодаря его плану, вырос бы нерассуждающим исполнителем.

— Дары Смерти? — Молли уже устала удивляться, но вопросы всё не заканчивались, она не могла поверить, что все эти события были просчитаны и осуществлены одним человеком, каким бы великим он не был. Тратить жизнь на козни? Она не могла этого понять.

— Дары Смерти — это сказка, но, как и в каждой сказке, в этой есть крупица правды. Существуют древние артефакты, воспроизвести которые сейчас нет никакой возможности. Палочка действительно наделяет волшебника силой, которой при обычных обстоятельствах у него нет. Она открывает в нём скрытые резервы, но владельцы гибнут, так как сила это ещё не всё, что нужно, а имея палочку, волшебник расслабляется. Мантия скрывает владельца и… всё. Других функций она не несёт, но чары, наложенные на неё, очень сильны. Многие желали бы заполучить себе в пользование вещь, свойства которой не надо подновлять постоянно.

— А кольцо?

— Оно не призывает души умерших, — в подтверждение этого Риддл снял кольцо, бывшее у него на пальце и, приложив камень к ладони, повернул его. Ничего не произошло.

— Но в чём состоит его функция?

— Оно даёт некроманту возможность поднять не жуткого лича, а видимость человека, отсюда и слухи, что один из трёх братьев смог вернуть невесту и даже иметь от неё детей, но потом он был вынужден отпустить её и сошёл с ума.

— Так это слухи?

— Слухи не появляются из ниоткуда… А Дамблдор хотел воспользоваться им, поэтому заинтересовался мной в школе, узнав мою родословную, и пришёл к моему дяде, но опоздал, тот уже передал кольцо мне.

— Но если всё, что вы мне рассказываете, верно, то Дамблдор становится, и правда, каким-то абсолютным злом. Зачем ему это, зачем стравливать магов, прорабатывать сценарии жизней, ломать судьбы? Зачем?

— Помнишь его высказывание, что смерть — это не конец, а начало ещё одного приключения?

— Да, помню, но причём здесь это?

— Дело в том, что тот человек, которого все знали как Альбуса Дамблдора, не является им, — проговорил Артур.

Молли, думавшая, что уже не сможет удивляться, снова была приведена в изумление мужчинами, с такой лёгкостью сообщавшими ей факты, которые не укладывались в голове.