Чтение онлайн

– Хватит бояться каждой поездки в Кисловодск, – мягко сказала Алиса, словно догадалась, о чем я подумала.

Она громко вздохнула и добавила:

– Ладно, Никки, сегодня не будем грустить. Жду тебя в зале галереи у «Графа».

– Хорошо, – промямлила погасшему телефону.

Я нарядилась в любимое темно-фиолетовое платье с эффектным вырезом на спине. Взглянув в большое зеркало, натянуто улыбнулась. Собрала волосы сверкающей заколкой и выбрала туфли на высоком каблуке. Успела как раз к приезду такси.

– Ну наконец-то! – воскликнула сестра и кинулась ко мне.

– Прости, что заставила волноваться, – осторожно обняла ее в ответ.

– Главное, что приехала, – Алиса солнечно улыбнулась, веснушки заплясали на милом личике. Как я все же соскучилась.

– Потрясающе выглядишь! – похвалила я, оценив зеленое в цвет глаз платье сестры и блестящие остроносые туфли на тонкой шпильке. Вместе с объемной прической она разом стала сантиметров на пятнадцать выше.

– За такие выкрутасы тебе надо хвалить меня сильнее, – засмеялась Алиса, – сейчас перерыв между поздравлениями, так что еще есть время подумать над речью.

На тридцатилетие сестра арендовала в ресторане целый зал, залитый светом хрустальных люстр. Столы ломились от закусок и напитков, вазы пенились белыми розами. Кто-то из гостей наполнял тарелки, другие весело что-то обсуждали. Парочки прогуливались по большому залу и фотографировали друг друга на фоне всего этого великолепия.

В стороне от людей, у выхода на веранду, стоял мужчина, который, в отличие от прочих гостей, выглядел здесь случайным человеком.

– Кто это? – я указала в его сторону.

– В смысле? – Алиса удивленно посмотрела на меня.

Я оглядела зал и гостей, но нигде его не видела: «Что за фокусы?» – пронеслось в мыслях.

– Мужчина, только что был там.

– А как он выглядел?

– Добрый вечер! – поздоровался возникший словно из ниоткуда мужчина, склонившись в старомодном галантном жесте. Он поцеловал руку ошарашенной Алисе, а потом и мне.

– Кажется, я вас где-то видела? – рассеянно спросила я.

– Вряд ли, я только сегодня приехал в Домбай.

– И, вероятно, прогуливались по поселку? – продолжала я расспрашивать, узнав в нем того человека из кафе.

– А вы откуда знаете? – удивился мужчина, вновь коснувшись моей руки.

По телу пробежала волна странной слабости. Кажется, бессонные ночи и кофе на завтрак, обед и ужин давали о себе знать. Я глубоко вдохнула, надеясь, что слабость пройдет, но все же потеряла равновесие. Незнакомец подхватил меня под руку.

– С вами все в порядке?

– Да, не беспокойтесь, много работы, усталость. С кем не бывает, – ответила я. У него были удивительно синие глаза. На миг мне показалось, что свет померк и высокий силуэт, облаченный в лунный свет, исчезает в распахнутом окне. Эти глаза… Слова благодарности растворились.

– Прошу прощения, что прерываю, но, Никки, сейчас твой выход. Надеюсь услышать трогательное поздравление, – сказала Алиса с ехидной улыбкой.

«Черт, поздравительная речь! Я должна найти достойные слова, но как это сделать, когда в голове полный бардак!» – запаниковав, я отстранилась от загадочного спасителя.

Даже поднимаясь на импровизированную сцену возле столика с подарками, я ощущала его прикосновения и чувствовала взгляд. Украдкой глянув, заметила, как к нему подошла девушка, одетая совсем не к месту, как байкерша, только без шлема. Она что-то сказала. Он с тревогой проводил меня взглядом и направился вместе с ней к выходу.

Алиса стояла рядом, гости в ожидании смотрели на меня. На мгновение я растерялась, но, собравшись с мыслями, начала говорить. Если бы кто попросил повторить речь, не смогла бы сделать этого и под страхом смерти. Я восхищалась сестрой, ее удивительной способностью любить жизнь и справляться с трудностями с высоко поднятой головой. Казалось, что нападающие проблемы разбивались в дребезги о силу духа Алисы. Я даже немного ей завидовала. Вот бы научиться так же принимать удары судьбы, а не превращаться в размазню. Четыре года назад я отдалилась от нее, чтобы не тянуть за собой и не погасить свет в ее глазах. Ведь я убила нашу маму и, хоть Алиса не обвиняла вслух, но где-то в глубине души наверняка не простила меня, и это заслуженно.

Прозвучали короткие аплодисменты, и обо мне тут же забыли, ведь начались танцы. Я с облегчением выдохнула – самый важный и ответственный момент вечера позади. Ко мне подбежала счастливая Алиса.

– Лучшее поздравление вечера! – улыбаясь, воскликнула она и замолчала. – Никки, знаю, как ты относишься к таким разговорам… – Алиса глубоко вздохнула и продолжила, – думаю, тебе пора вернуться домой. Хватит сидеть при «Аквилоне» и винить себя.

– Но я виновата! Виновата, что не сказала маме о предчувствии.

– Это лишь совпадение, понимаешь? – Алиса заволновалась. – Пойми, никто не может знать будущего.

– А если нет? А если все можно было изменить?

– Прошло уже много времени. Жизнь идет дальше, а ты закрылась от нее, поставив вокруг стены «Аквилона», – она смотрела на меня мамиными глазами, полными сочувствия и грусти.

– Давай поговорим в другой раз. Сегодня такой хороший день. Обещаю, в ближайшее время выберусь к тебе на пару недель, – я крепко обняла Алису, она всхлипнула мне в плечо, но, тут же натянув улыбку, спросила:

– Пойдем танцевать?

Не дождавшись ответа, схватила меня за руку и потянула в центр веселящейся толпы. Но скоро от громкой музыки, вспышек стробоскопов и духоты закружилась голова. Дышать становилось все тяжелее, бросило в жар. Предупредив сестру, я пошла на свежий воздух. По пути схватила со стола запотевшую бутылку воды и сделала несколько жадных глотков, надеясь, что станет легче. Приложила прохладную и влажную ладонь ко лбу, оказавшемуся нездорово горячим.

Выйдя из ресторана, перешла дорогу и оказалась в парке. Стало немного легче, в тишине головокружение прекратилось, но к жару прибавился озноб. Я побрела по тускло освещенному парку к ближайшей лавочке. Резкий неестественный ветерок подул в спину, я оглянулась, но тут он пронесся впереди, развевая платье и волосы. Приглядевшись, едва уловила мелькающие размытые силуэты. Дрожь внутри превратилась в колющее оцепенение. Я замерла, когда увидела трех истощенных существ, похожих на мужчин, только высоких, жилистых. Их кожа была красной, а глаза казались пустыми черными дырами. Твари скалились и шипели.