Чтение онлайн

– Я сильно постарела?
– заплаканные глаза смотрели на Стаса с мольбой и немым укором.
– Почему ты так долго не возвращался?

– Я шел своей дорогой. Длинной дорогой. Ты уж извини меня, малыш.

– Ты научился управлять временем?

– Скорее, преодолевать его вязкую структуру.

– Забери меня отсюда! Куда-нибудь в прошлое. В далекое прошлое. Мы опять могли бы быть вместе. Ты, я, Надя и все остальные. Ты же можешь всех забрать отсюда?

– Могу, Сашка. Но делать этого не стану. Реальность прошлого очень нестабильна, ее легко нарушить. И малейший, даже самый незначительный срыв естественного течения времени может привести к совершенно непредсказуемым последствиям. Вплоть до исчезновения тебя или всех нас как личностей. Поверь, это значительно хуже, чем смерть. Расскажи лучше, что у вас здесь произошло за эти десять лет?
– Стас только сейчас заметил, что они находятся одни в большом помещении. Ковбой деликатно покинул их.

История, кратко изложенная Сашкой, была стара как мир. После его исчезновения колония Шамбалы в течение двух лет старалась поддерживать установленные им порядки и правила. Но постепенно вера в его возвращение стала угасать. Все реже проводились заседания Совета, которые стали по сути формальными и служили больше для утверждения и легализации принятых решений. А решения принимали два человека: Викинг, занимавший должность шерифа, и Оксана, выполнявшая функции административного руководителя. Как-то тихо и незаметно произошло полное замещение молодой и незрелой демократии авторитарным управлением.

С пассивного согласия членов Совета все больше и больше функций власти переходило к Викингу. Полный контроль над оружейным арсеналом, запасами пищи и топлива для электростанций, а также наличие хорошо подготовленной вооруженной команды позволило ему быстро и почти незаметно совершить переворот. Показательный суд и арест Оксаны стали последней каплей в переполнившейся чаше терпения колонистов. Примерно треть поселенцев под предводительством Ковбоя, Виктора и Сашки восстали против тирании Викинга и потребовали всеобщих выборов и возврата полномочий Совету.

Бунт был подавлен быстро и жестоко. Потеряв два десятка молодых жизней, часть колонистов укрылась на нижних ярусах пещерного города. Поскольку спелеологическими исследованиями руководил именно Ковбой, то у повстанцев в руках оказались все схемы и карты бесконечных пещер и лабиринтов Шамбалы. Даже при наличии минимального вооружения им удавалось весьма успешно контролировать около десятка нижних ярусов и отражать редкие атаки штурмовиков Викинга. Как справедливо заметил Гаврош, перманентные военные действия с переменным успехом продолжались уже более шести лет.

Назвать эту войну кровопролитной можно было с трудом. За шесть лет боевых действий с обеих сторон погибло едва ли пятьдесят человек. У Стаса создалось ощущение, что подобная ситуация вполне устраивала обе стороны конфликта, поскольку позволяла отвлечь население Шамбалы от насущных и более реальных проблем. А проблем хватало. Кроме озвученной Ковбоем все более заметной деградации, очень настораживала крайне низкая рождаемость. За истекшее десятилетие в колонии из пятисот человек родилось всего 38 детей. И с каждым годом рождаемость падала, а общее население Шамбалы также неуклонно снижалось.

Несмотря на почти полное отсутствие вирусных и иных простудных заболеваний, смертность в пещерном городе была достаточно высокой. Причиной тому была как затяжная шестилетняя война, так и крайне высокий травматизм, неизбежный в пещерных условиях жизни. Сказывалось и длительное отсутствие солнечного света, заменить который не могло даже искусственное ультрафиолетовое облучение в гигантской оранжерее гиперборейцев. Контроль над огромной теплицей позволял повстанцам вести контрабандную торговлю с жителями верхних ярусов. Тропические богатые витаминами фрукты обменивались на насыщенную белком водоросль спирулину, [231] крайне дефицитные консервы и иногда даже оружие.

Но самой большой проблемой, по глубокому убеждению Сашки, было крайне неустойчивое и нестабильное психическое состояние жителей Шамбалы. Это в одинаковой степени касалось обеих противоборствующих сторон. Саша была по специальности хирургом, но ей пришлось в срочном порядке переквалифицироваться в психотерапевта, поскольку именно эта специализация требовалась подавляющему количеству пациентов. Глобальная ипохондрия, [232] постоянно растущее число больных пресуицидальным синдромом, [233] зачастую ведущее к реальным актам самоубийства, не могли не беспокоить врача.

– Сашка, - Стас прервал монотонный, часто прерываемый всхлипываниями рассказ девушки.
– Когда мы покинули город, нас было около пятисот человек. Сколько сейчас жителей Шамбалы?

– Трудно сказать. Сюда, вниз, шесть лет назад ушло сто сорок три человека. Сегодня, с учетом новорожденных, нас всего девяносто восемь. Как обстоит дело у Викинга, затрудняюсь ответить, но, думаю, не лучше. Там ведь, кроме всех перечисленных факторов, людей еще и казнят. Оксану пять лет назад прилюдно повесили.
– Саша опять разрыдалась.
– Стас, скажи, почему так? Откуда такая жестокость? Ведь ты всем нам дал второй шанс. Неужели для того, чтобы мы вешали друг друга?

– Человек жесток по своей природе. Одно древнее существо совсем недавно мне поведало, что после катаклизма на Земле выжили отнюдь не самые лучшие представители нашей расы. Викинг по характеру лидер, и он насаждает свое видение устройства социума, оптимальное, по его мнению. Невозможно оправдать казнь невинного человека, я и не пытаюсь этого делать, но понять логику Викинга вполне могу. Мне за это время пришлось повидать много жестоких правителей и тиранов. Как это ни прискорбно, но иногда горы трупов двигали вперед науку и прогресс в целом.

– И к чему привел нас этот прогресс?

– Ты совершенно права, Сашка. Движение человечества по техногенному пути развития завело нас в тупик, участниками кульминационной части которого мы и стали. Но, может быть, у человечества еще будет шанс осознать это и пойти другой дорогой - по крайней мере, я на это очень надеюсь.

– Ты правда меня найдешь в той новой реальности, которую хочешь создать?

– Обещаю.

– А как я тебя узнаю?

– А я скажу: "Девушка, Вас подвезти? Ноги ведь промочите!"